Воин Ллос (ЛП)

Дзирт взлетел высоко в воздух, трезубец пронесся под ним, и когда он поднимался, Дзирт изогнулся, перевернулся, возвращаясь сверху, снова изгибаясь и поворачиваясь, чтобы в полной мере использовать вес своего падения, падая почти плашмя, так что вся его сила собралась в этом единственном ударе. Удар сверху вниз по боковой части лица Малагдорла, с силой откидывающий голову мужчины в сторону.
Дзирт приземлился почти плашмя, но легко, тут же вскочив, готовый отступить или нанести новый удар.
Однако ему не нужно было делать ни того, ни другого. Голова Малагдорла повернулась так, что он оказался лицом к лицу с Дзиртом, хотя смотрел ли он недоверчиво на Дзирта или куда-то в пустоту, Дзирт не мог сказать.
— Я воин Ллос! — Малагдорл взревел, отрицая это.
Затем он просто повалился на бок.
— Расскажи об этом ей, — ответил Дзирт. Он вложил Мерцающий в ножны и сделал шаг к Ледяной Смерти.
Громф почувствовал, как сила выходит за пределы его мощного посоха. Покалывающая энергия прокатилась по его руке так же уверенно, как языки пламени от огненных шаров, которые не могли быть пойманы орудием.
Он знал, что если просто позволить ему проглотить еще несколько заклинаний, то оно лопнет, но в этот момент окончательного неповиновения это не казалось ему достаточно удовлетворительным.
Он не знал, ушли ли Кэтти-Бри и Энтрери, но если нет, то это была их собственная вина, и поэтому ему было все равно.
Его волновал только этот момент перед ним, когда он мог ударить Ллос — по крайней мере, ее аватару — по лицу.
Он опустил посох на колено, зная, что это будет концом его физического тела, что высвобожденная энергия ответного удара превратит его в пепел. Иногда такой участи можно избежать, так гласили старые тексты, которые он читал, исследуя этот вопрос, но Громф даже не пытался спастись.
Он увидел, как посох треснул об его колено, увидел ослепительную вспышку, почувствовал, как волна жара прокатилась по нему.
И затем он почувствовал себя вне тела, как будто само сознание и сущность удадроу, известного как Громф Бэнр, просто перестали существовать, и ничто не имело значения, ни прошлое, ни будущее, потому что не было настоящего — только эта мысль, его, казалось бы, последнее переживание и выражение… небытия.
Тьма. Такая глубокая, что он больше не понимал, что это тьма.
Тишина. Такая тишина, что он больше не понимал, что это тишина.
Он просто больше ничего не понимал.
 Глава 28 
 Расплата 
Дзирт начал двигаться к упавшему мастеру оружия, но затем раздался такой рев, такой громоподобный грохот, такой ослепительный белый свет, затем такая ошеломляющая волна сотрясения, что Дзирта сбило с ног — многие были сбиты с ног.
Дзирту удалось взять себя в руки и обернуться, чтобы увидеть источник, омывающий, расширяющийся круг силы на западе, в сталактитовом лабиринте, известном как Паутина Ллос, в доме Меларн. Словно тяжелая лопата, врезающаяся сбоку в сосульки на свесе крыши, сила удара расколола эти сталактиты.
Множество огненных шаров взорвалось среди падающих камней. Серия разноцветных лучей вспыхнула во все стороны, усиливая разрушения и саму мощь взрыва.
Вся пещера, в которой находился Мензоберранзан, застонала в знак протеста. Землетрясения продолжались, шпиль за шпилем Дом Меларн падал с высоты, огромные куски потолка пещеры над Паутиной Ллос откалывались и падали следом.
— Дзирт! — крикнула Даб'Ней, выводя рейнджера из шока, и, обернувшись, увидел, что Малагдорл снова стоит на ногах.
Его сабли взметнулись вверх, но огромный воин бросил оружие и поднял руки.
— Это я, Киммуриэль. Ты отослал его разум прочь, и поэтому я нашел здесь последнюю опору. Но быстро, бегите все вы в Дом Бэнр. Враг пришел!
Обрадованный тем, что его друг каким-то образом все еще был здесь, Дзирт наблюдал, как тело мастера оружия промчалось мимо него к Даб'Ней и Джарлаксу, легко выхватив у них Браелина и устремившись к Дому Бэнр.
 
Дзирт задержался ровно настолько, чтобы схватить трезубец и Хазид'хи.
— Владей мной! — разумный меч зазвенел в его голове. — О, истинный воин, я вернулся к тебе!
— О, заткнись, — ответил Дзирт и сунул глупую штуку в одни из своих ножен, нисколько не заботясь о неудобной посадке в ножнах, предназначенных для сабли.
Они побежали к дому, добравшись до ворот вместе с сотнями бегущих от битвы перед Домом До'Урден.
Стражники Бэнр выстроились вдоль стен и дорожки, ведущей во внутренний двор, с оружием наготове. Те, кто был на стене, посылали снаряды, физические и магические, в преследующую орду демонов, в то время как те, кто стоял у ворот, внимательно наблюдали за входящими — и им пришлось выждать довольно большую паузу, когда к дому Бэнр прибыл Малагдорл Дель'Армго.
— Он со мной, — сказал Джарлакс.
— И со мной, — добавил Дзирт.
— Прекрасный пленник! — сказал им Джарлакс.
Команда Бэнров немедленно подбежала к огромному мужчине, выпустив магические веревки, чтобы крепко связать его запястья и лодыжки. Они были неосторожны с ним и с силой повалили его на землю, чтобы окончательно вывести из строя.
— Ты чувствуешь эту боль? — спросил Джарлакс.
— Немного, — признал Киммуриэль. — Но он этого заслуживает.
— Я расскажу Ивоннель, кто ты на самом деле, и она освободит…
— Нет, — перебил Киммуриэль. — Он уже просыпается. Он вытолкнет меня.
— Тогда найди другого, послабее, и…
— Нет! — решительно сказал Киммуриэль. — Я могу придумать что-нибудь менее нравственное.
— Тогда тело, — предложил Джарлакс. — Только что убитое и физически исцеленное жрицами, когда ты войдешь и сможешь управлять им.
Здоровяк, поднявшийся на ноги, рассмеялся над абсурдной идеей.
— Тогда как? — потребовал ответа Джарлакс.
Дзирт подошел, чтобы поддержать своего друга.
— Куда ты пойдешь? — взмолился Джарлакс, когда Киммуриэль не ответил.
— Ты знаешь, — громко ответил огромный одержимый.
— Нет, — выдохнул Джарлакс. — Я не позволю тебе!
Дзирт увидел, что Джарлакс сдерживает слезы.
— Возьми другого, послабее, и держись, — приказал Джарлакс.
— Мое время подходит к концу, — повторил голос Малагдорла. — Ничего нельзя сделать.
— Кроме как попрощаться, — сказал Дзирт. — Я запомню наши беседы по дороге в монастырь, мой друг. Да обретешь ты единство с коллективным разумом и покой в вечности.
— И ты, воин. Выживи, прошу тебя.
— Здесь станет так пусто… Я буду скучать по тебе, Киммуриэль, — сказал Джарлакс так тихо, как Дзирт никогда не слышал от разбойника.
За этим последовало рычание, рев вызова, когда Малагдорл, беспомощно связанный, снова взял под контроль свой разум.
Момент боли был прерван криком Даб'Ней: «Закнафейн!»
Дзирт и Джарлакс обернулись и увидели бегущих к ним Зака и Аззудонну, квадрат каллидийцев и Даб'Ней, заключивших друг друга в столь необходимые объятия.
Кэтти-Бри попыталась встать с коврика, на котором лежала. У нее сильно болели все суставы. Она чувствовала себя так, словно ее бросили на само солнце.
Но она чувствовала.
Она была жива.
Во внезапной панике она приподнялась на локтях и развернулась.
Артемис Энтрери сидел на полу рядом с ее кроватью, тяжело прислонившись к ней.
— Боюсь, я запачкал кровью ваше постельное белье, — сказал он и издал беспомощный смешок.
Кэтти-Бри каталась по полу, зовя на помощь, поскольку боялась, что у нее не осталось магической энергии, чтобы исцелить тяжело раненного мужчину.
— Я показал ей кинжал, — сказал Энтрери приглушенным тоном. — Я имею в виду Жиндию. Или я думал, что это была Жиндия. Боюсь, она стала чем-то большим, чем матрона-мать.
— Дух Ллос вошел в ее тело, — сказала ему Кэтти-бри.
— Преобразил ее тело. — мужчина остановился и посмотрел на Кэтти-бри. — Громф?