Воин Ллос (ЛП)

Битва была неизбежна. Не стычка или пробная игра в нападки взад-вперед, нет.
Она неоднократно напоминала себе об ограниченных возможностях и силе здесь. Она была могущественной, это верно, превосходящей, возможно, любого другого дроу в Мензоберранзане, но, в конце концов, она была одной дроу против тысяч. Хотя она могла бы захватить одну из этих областей призыва в открытом бою, ее усилия в таком нападении мало что изменили бы в войне по сравнению с потенциалом отчаянного плана, которому она сейчас следовала.
Тем не менее, она пролетела мимо пункта назначения, просто чтобы взглянуть на сражение на улице перед Домом До'Урден.
Теперь это превратилось из стычки в более крупное сражение, в котором участвовали союзники с обеих сторон. Молнии и огненные шары, ливни с мокрым снегом и энергетические ленты, сбивающие с неба хазми и других летающих демонов, летели с балконов До'Урден.
Ивоннель воспряла духом, узнав, что дом хорошо защищен. Потери Жиндии при проникновении в это легко обороняемое место были бы значительными, если бы ей это вообще удалось.
Нет, Жиндия и ее союзники в конце концов справятся с этим, Ивоннель знала. На стороне Ивоннель было полно смертных дроу, в то время как ряды их врагов были полны демонов, привлеченных из почти неисчерпаемых запасов в дыму Бездны.
Война на истощение обернулась бы против союзников Ивоннель.
Что делало ее миссию еще более срочной. Она пролетела мимо Дома До'Урден, пересекла Западный Разлом, затем пролетела над домом Даскрин, приземлившись перед длинным павильоном, ведущим в Храм Богини, и стала видимой, как только коснулась земли. Затем она спокойно и целенаправленно направилась к часовне, которой управляла ее тетя, почти желая, чтобы стражники, дроу и нефритовый паук, попытались остановить ее, когда она двинулась вперед.
Она слышала шепот, удивленный и призывающий кого-то действовать, но никто не двинулся против нее.
Огромные, богато украшенные двери распахнулись, когда Ивоннель поднялась к ним по лестнице, хотя часовые дроу их не закрывали — это Сос'Ампту, без сомнения, давала ей понять, что ее уже узнали и объявили о прибытии.
Она собралась с духом и прошла прямо через прихожую, лишь мельком взглянув на более крупные конструкции, на возвышающихся нефритовых пауков, стоящих на страже по обе стороны. Они пошевелились, когда она вошла, покачиваясь вверх и вниз, словно желая прыгнуть и разорвать ее на части.
Пройдя по относительно узкому входному коридору, она вошла в главную часовню, красивое большое помещение в форме тела паука с восемью ножками, ведущими к кольцу часовен поменьше. Несколько нефритовых паучьих конструкций стояли повсюду, казалось, беспорядочно и неподвижно, хотя Ивоннель знала, что их можно довольно легко вызвать к жизни.
Множество глаз повернулось в ее сторону, когда она вошла — не паучьих глаз, а жриц. Она попыталась прочесть выражения их лиц, но увидела там слишком много эмоций, от благоговения до кипящей ненависти, чтобы уловить хоть какие-то намерения.
— Где Первая жрица Храма? — спросила она ближайшую, которая просто продолжала смотреть на нее.
Ее ответом стали звуки возни из задней части комнаты, и она подняла глаза, чтобы увидеть Сос'Ампту, входящую из коридора в сопровождении больших драуков. Что-то еще, что-то похожее на облако тени, было позади них, но оно было окутано тьмой, и она не могла разглядеть его. Оно оставалось за пределами комнаты, когда Сос'Ампту подвела драуков к гостье.
— Смелость еретички войти в это священное место, — сказала Сос'Ампту, качая головой. — Или это просто глупость?
— Или я действительно еретичка? — ответила Ивоннель.
Сос'Ампту недоверчиво уставилась на нее. — Возможно, ты забыла, что сделала на поверхности. Я нет.
— Я ничего не забыла.
— Твоя кража драуков была святотатством, — сказала Сос'Ампту. — Твое непочтение к богине в той паутине, которую ты сплела, и, кроме того, нелепая история, которую ты сочинила, была в равной степени еретической и богохульной.
— Откуда взялась сила плести эту паутину? И идея сделать это была основана на рассказе, который вы осуждаете как ересь, рассказе, который был передан мне самой Ллос в воспоминаниях Верховной Матери Ивоннель Вечной. Как было дано Квентл.
 
— Ложная история Мензоберранзана!
— Воспоминания твоей матери, которая правила этим городом на протяжении тысячелетий и была там при основании, — возразила Ивоннель. — Воспоминания, данные нам по приказу Ллос.
— Именно Громф и это иллитидное существо Эльвидденвельп дали Верховной Матери Квентл воспоминания в надежде сделать ее более грозной, более приемлемой Верховной Матерью после кончины Верховной Матери Триль. Громф, а не Ллос, стоял за этим вливанием, так кто может подтвердить правдивость?
Пытаясь придумать свой ответ, Ивоннель обнадежила себя тем фактом, что Сос'Ампту использовала официальный титул Квентл, и в ее тоне не было заметно неуважения.
— Я могу, — ответила Ивоннель. — Это благодаря Ллос я была благословлена воспоминаниями. Сама аватара Ллос отправилась на Фестиваль Основания и позаботилась о том, чтобы я привлекла такое же внимание, не так ли?
— Не имеет значения. Мы разумные существа со свободной волей. Наш выбор не предопределен ни одним из богов.
— Так ли это? — спросила Ивоннель. — Тогда почему действия на поверхности такие…
— Богохульные? — вмешалась Сос'Ампту. — Тебе был дан великий дар, но ты использовал его, чтобы подорвать само существо, которое требовало твоего божественного вознесения. Ты, Ивоннель Бэнр, должна была занять место Верховной Матери и сделать это во славу Ллос. Ты, с того момента, как научилась управлять своим физическим существом, чтобы стать женщиной, полноценной женщиной, верховной жрицей более чем благородного происхождения — божественного происхождения. Трон Мензоберранзана был твоим! И опять же, в силу обстоятельств, это было твое право, Ивоннель Глупая. Когда ты проложила путь к уничтожению Демогоргона в этом самом городе, оказав такую великую услугу нашей возлюбленной Леди Ллос, никто, даже Верховная Мать Квентл, не устоял бы против твоего восхождения к титулу Верховной Матери и первому месту в Правящем Совете.
— Я возглавила уничтожение Демогоргона чтобы спасти жизни дроу, а не на службе у Ллос.
— И это было твоей ошибкой, и это было твоей катастрофой!
Ивоннель никогда не видела Сос'Ампту такой оживленной, взволнованной и явно разъяренной. Даже в воспоминаниях Ивоннель Вечной нельзя было найти таких внешних эмоций и яда в отношении этой конкретной дочери Бэнр.
— Зачем ты пришла в это место? — потребовала Сос'Ампту.
— Чтобы найти лучший способ. Если мы не сможем предотвратить эту войну, улицы Мензоберранзана будут залиты кровью дроу.
— Улицы Гаунтлгрима, возможно, были бы залиты кровью наших врагов, если бы не ты.
— Мы можем найти лучший выход.
— Какой лучший выход?
— Ставка. Компромисс. Возможно, те, кто отвергает Ллос, могли бы уйти…
— Ты говоришь чепуху, потому что знаешь, что обречена.
Драуки, окружавшие Сос'Ампту, достали длинные копья. По всему залу жрицы укрылись и начали петь, в то время как нефритовые пауки начали окружать Ивоннель, Сос'Ампту и драуков — даже тех двух гигантских созданий из прихожей.
— Ты думаешь, я боюсь тебя, жрица? — спросила Ивоннель.
Все двери часовни захлопнулись, за исключением той, через которую вошли Сос'Ампту и ее свита.
— Они также магически запечатаны, Ивоннель Еретичка, — сказала ей Сос'Ампту. — Ты не можешь использовать свои заклинания, чтобы покинуть это место, и ты не можешь открыть двери. Я не смела надеяться, что ты будешь настолько глупа, чтобы забраться в мое логово, и все же ты здесь.
— Я не собираюсь уходить, — ответила Ивоннель. — Я снова спрашиваю, разве нет другого выхода?
Внезапно клубок дымчатой тьмы позади Первой Жрицы Храма растекся по обе стороны от Сос'Ампту, словно призрачные руки, стремящиеся обнять ее. Она не пошевелила ногами, но отступила, когда эти тени сомкнулись вокруг нее, отодвигаясь от Ивоннель, как будто призрачный шар притягивал ее в свои объятия.