Воин Ллос (ЛП)

— Пусть тебя не обманывает их веселость, — сказала Аззудонна Заку и положила руку ему на предплечье. — Они понимают, что цена может быть высокой.
— Цена вполне может быть любой, — поправил он.
— И они готовы заплатить ее, служа своей богине.
— Тогда, возможно, мы все немного глупы, — пробормотал Зак себе под нос.
— У вас есть план как нам действовать, когда мы наконец придем? — спросила Аззудонна их обоих, игнорируя мрачный настрой своего возлюбленного.
— Нет, — ответил Зак. — Нет. Кроме как найти Джарлакса и присоединиться к нему, у меня не было реальной идеи о том, как я и Галата найдем свое место в битве.
— Теперь все по-другому, — сказала Аззудонна. — Авернил возглавляет эту группу.
— Тогда он сможет найти их место, в то время как ты, я и Галата найдем наше.
— Путь Галаты лежит с Авернилом, — заявила Аззудонна.
Зак приподнял бровь на это и искоса взглянул на паладина, которая кивнула, соглашаясь с этим заявлением.
— Теперь все изменилось, Закнафейн, — сказала Галата. — Мы — грозная сила, которую ты видишь перед собой, и в основном из-за их доверия и любви друг к другу, а также божественных сил, данных Темной Девой. Мы должны оставаться на стороне тех сил, которые объединились с нами в Мензоберранзане, не считая даже ваших друзей, теперь, с этими новыми дополнениями.
— На стороне?
— Да. Мы знаем, как сражаться, не сомневайся. В свою очередь, мы окажем неожиданную услугу нашим союзникам и позаботимся о том, чтобы наши методы не мешали их собственным боевым действиям. С тобой, ведущим нас через лабиринт Мензоберранзана, мы нанесем сильный и быстрый удар и заставим наших врагов дрогнуть.
— Ты недооцениваешь…
— Я — нет.
— Я всего лишь хочу сражаться рядом со своим сыном.
— Конечно, хочешь, — сказала Аззудонна. Она придвинулась ближе к Заку и поцеловала его в щеку.
— И, возможно, это произойдет, — сказала Галата. — Но я уверена, что Алефаэро привел Нвизи не просто так. Он эксцентричен, его пути неизвестны, но его способность ясно видеть дороги будущего не вызывает сомнений у тех, кто его знает. Мы найдем способ наилучшим образом послужить Эйлистри, и Аззудонна почти наверняка останется с нами. А ты, Зак?
Закнафейн вздохнул и обдумал это. Он указал подбородком назад, на толпу празднующих каллидийцев, осматривающих каждый предмет и каждую монету так, словно они забрали сокровища самой Тиамат.
— Они выглядят как дети, которых я веду на бойню, — посетовал он.
— Не ты ведешь их, — напомнила Галата.
— Они празднуют победу, как будто сама Паучья Королева пала в том логове. И они даже не участвовали в битве.
— Но я была прямо там, внизу, рядом с тобой. Я разочаровала тебя?
Он слегка усмехнулся, рассматривая могущественного паладина.
— Вряд ли.
— Они тоже не будут. Ты увидишь.
— Позволь им немного отпраздновать, — добавила Аззудонна. — И делай это с осознанием того, что они хорошо знают, что может произойти, и если их ждет смерть, они охотно пожертвуют всем ради служения Эйлистри, сражаясь за свои убеждения.
Зак сдался, покачав головой.
— Я не собираюсь умирать здесь, внизу, и я, конечно, не хочу, чтобы ты умерла здесь. Не после того, что мы нашли, любовь моя. — Он протянул руку и нежно погладил ее бело-фиолетовые волосы. — Это то, о существовании чего я никогда не подозревал, чего я не видел за столетия своей жизни на моей родине. Чего я никогда не видел, пока не отступил от своих собственных ошибочных суждений о человеческой жене моего сына и честно не осознал их связь.
— У тебя были любовницы, — ответила Аззудонна с кривой усмешкой. — Так ведь?
— Это было утешением. Это было бегством от окружающей нас реальности. Она замечательная женщина, и я всегда буду заботиться о ней. Но все было не так. Такое чувство, что мы только что встретились, и в то же время, как будто мы были вместе целую вечность. Я не могу представить свою жизнь без Аззудонны. Я всегда рад тебя видеть, и все же, я ужасно боюсь, потому что ты здесь.
— Я не позволю тебе умереть, — прошептала она, придвигаясь ближе для поцелуя, а затем прошептала на ухо Заку:
 
— И я знаю, что ты не позволишь им убить меня.
Вскоре после этого труппа снова двинулась в путь, добиваясь хороших успехов, их шаги были легкими, когда они углублялись в Подземье. Во время каждого перерыва жрецы приносили еду и питье, а также заклинания исцеления для больных ног, в то время как Алефаэро устанавливал магическую тревогу, а Нвизи бросал свои цветные драгоценные камни, читая их танец, распознавая их путь, а таке проверяя, нет ли поблизости опасностей, которые могли бы скрываться поблизости.
И их было много, но все они были прирожденными хищниками, будь то животные или монстры, а не дроу-жрицы Ллос. Дальше по коридору спаривающаяся пара ускользающих зверей, крупных шестиногих кошек с парой похожих на хлыст щупалец, растущих из их плеч, построила свое логово, которое, как предупредил Нвизи, было заполнено квинтетом детенышей. Закнафейн знал об опасности ускользающих зверей, но ему не нужно было предупреждать каллидийцев, потому что они тоже были знакомы со странными монстрами, которых они называли дирлаграунами.
Искусные в приготовлении не только простого хлеба, жрецы волшебным образом создали толстые куски мяса, в то время как волшебник Алефаэро сотворил плавающий волшебный диск. Они загрузили волшебную тележку и отправили ее по боковому проходу, нагруженную штабелями, которых хватило бы, чтобы дирлаграуны были сыты в течение многих десятидневок.
Заку пришло в голову, что истинный ужас Подземья всегда заключался в элементе неожиданности. В этих туннелях и пещерах никогда нельзя было терять бдительность, потому что это означало бы нарваться на засаду.
В Подземье всегда было какое-нибудь существо, что-то поистине чудовищное, готовящее засаду.
Но благодаря ясновидению Нвизи эта грань катастрофы притупилась, и труппа двигалась день за днем без особых проблем, делая много коротких привалов, а Алефаэро наколдовывал маленькие полусферические защитные купола для более длительных остановок.
Это оказалось самым легким путешествием, которое Закнафейн когда-либо совершал по извилистым путям Подземья, и хотя он не знал, как это может обернуться, когда их настигнет настоящая беда, что в конечном итоге и произойдет, его уверенность в своих товарищах только возросла. Он отбросил свои страхи, наблюдая за их, казалось бы, чрезмерной радостью от набега на логово монстра, которого они с Галатой убили, и начал понимать, что любая детская открытость или широко раскрытые глаза, которые он мог наблюдать среди них — это еще не вся история этих храбрых эвендроу.
Он подумал об их игре в Каллиде, где они танцевали, пели и глупо хихикали над небылицами и непристойными играми, а затем он подумал об их более серьезной игре, о своей драке с Адин Дуайн в бочке замороженного винограда и о Каззкальци, кровавом спорте.
Да, этих эвендроу было легко недооценить.
И все, кто это делал, были действительно глупцами.
Зак знал, что они были недалеко от Мензоберранзана, и некоторые туннели и многоярусные пещеры были ему очень знакомы. Они миновали грибной сад, страну гигантских миконидов, грибного народа. Зак бывал в этом месте много веков назад — вечно предприимчивый Джарлакс не раз имел дело с миконидами и торговал с ними грибами, которые составляли основной ингредиент некоторых из самых популярных напитков в его таверне в Браэрине. Казалось, мало что изменилось, поскольку весь этот мир Подземья был буквально высечен из камня.
Зак подумал о своей родине, Мензоберранзане, городе и пещере, которые простояли тысячелетия. Каждая семья дроу пыталась оставить на нем свой след, будь то винтовые лестницы, перетекающие от сталактита к сталактиту, подсвеченные волшебным огнем различных оттенков, но это были такие мелкие детали, подумал он. Он был уверен, что город выглядел почти так же, как вскоре после своего основания.