Воин Ллос (ЛП)

— Грязь не скроет такую мощную магию, как у Иглы Коза, от обнаруживающих заклинаний внутри этого.
— Бениаго и Джарлакс, конечно, использовали магическое обнаружение и раньше, — сказал Реджис.
— Они не искали посох. Это не было приоритетом Джарлакса, и я полагаю, он боялся найти его из-за того, что это могло значить для меня — особенно потому, что он отчаянно хотел, чтобы я отправилась с ним на север. Но сейчас я ищу посох. Он мне нужен, и мне нужно, чтобы Реджис помог мне найти его.
Эта мысль совсем не взволновала Реджиса. В этом теле, после своего перерождения он был наследником дженази, и он мог нырять глубоко, очень глубоко, и выдерживать холод и давление. Но темнота глубин приводила его в ужас, и особенно из-за этих обломков, где ему, возможно, придется столкнуться с результатами своего саботажа в виде скелетов и наполовину съеденных трупов.
— Вы с Далией пришли за мной, когда я заблудился в аду кокона Шарон, — уговаривал Энтрери. — Я не забыл этого и никогда не забуду. Теперь я прошу вас пойти со мной, чтобы найти Далию, или, по крайней мере, найти ее посох.
— Просишь как друга? — спросила Доннола.
— Как я уже сказал, я щедро заплачу, если потребуется.
— И, конечно, как я уже сказал, ты этого не сделаешь, и, конечно, я пойду с тобой к месту крушения. — Реджис посмотрел на свою жену, надеясь, что он не перешел границы дозволенного, сделав такое заявление и приняв это решение, предварительно не обсудив его с ней наедине.
За исключением того, что она явно думала не в этом направлении, сказав неожиданно:
— Я тоже пойду. И я буду стоять на палубе «Мести Дюдермонта», ожидая, когда ты поднимешься. — Она повернулась к Энтрери. — И если он не всплывет, я выброшу тебя за борт, чтобы ты отправился за ним, не сомневайся!
Энтрери, казалось, это весьма позабавило.
— Она выбросит, — заверил его Реджис.
Мрачный мужчина кивнул. — Я уверен, что она попробовала бы. — Он посмотрел на Доннолу и снова кивнул, даже слегка наклонил голову. — И, возможно, у нее даже получилось бы.
— Уж поверь, — тихо пробормотал Доннола.
Реджис знал, что уважение Энтрери к Донноле не было притворным, потому что его любимая жена, Доннола Тополино, прожила такую же трудную и жестокую жизнь, как и Энтрери, служа в высших чинах одной из самых страшных гильдий убийц в Агларонде.
Энтрери кивнул Донноле и Реджису, и с этими словами все трое начали приготовления к отъезду.
— Мы здесь, чтобы провести разведку и доложить, — руки Инзры Миззрим подали знак дроу через туннель.
— Их всего пятеро, а нас двадцать, — подал ответный сигнал дроу из дома Ханцрин.
— Мы не знаем их намерений! Вспыхнули руки Инзры.
— Мы знаем, что они не Ханцрины. Кто из присутствующих здесь, кто не Ханцрин, является союзником нашего дела?
Когда разведчик Ханцрин не получил ответа, Инзра жестом приказал ему вернуться к основной группе, ожидая в более сложной местности, усеянной естественными колоннами и боковым туннелем. Идеальное место для их засады.
— Присмотрись, — сказала Инзра Бенове Фэн Тлаббару, волшебнику, сопровождавшему эту группу.
Уже вышла и наблюдаю за приближением небольшой группы.
— Ты узнаешь кого-нибудь из них?
— По крайней мере двое из Бреган Д'Эрт.
Инзра широко улыбнулась на это, пока разведчик Ханцрин не предупредил:
— Возможно, убегают от Джарлакса. Или, возможно, с информацией, которую матроны очень хотели бы получить.
— У них нет заклинаний обнаружения поблизости от нас, — сказала Маллора, жрица Дома Миззрим. — Я наложила много оберегов и сигналов тревоги. Мы можем отступить перед ними и удерживать на них наши заклинания ясновидения и яснослышания до тех пор, пока мы действительно не узнаем их намерения и, возможно, не узнаем больше о том, почему они маршируют в Подземье.
— У них вообще нет заклинаний обнаружения?
— Никаких, — уверенно ответила жрица.
Она ошибалась.
— Просто разведывательный отряд, — и Дзирт, и Джарлакс услышали в своих головах сообщение, отправленное третьим из их фланговой группы, который стоял между ними лицом к каменной стене в туннеле, параллельном отряду из Мензоберранзана. — Несущественный.
 
— Ты можешь провести нас к ним? — спросил Дзирт.
Джарлакс ответил прежде, чем Киммуриэль:
— Он может, но тебе это не понравится.
— Они утверждают, что в их группе двадцать человек, но я вижу только дюжину, — передал Киммуриэль телепатически. Ожидайте, что поблизости прячутся еще восемь человек.
— Предупредите передовых, — проинструктировал Джарлакс. — И пусть остальные снимут свои магические заклинания против обнаружения и поспешат присоединиться к бою.
— Мы всего в двух днях пути от Гаунтлгрима, — сказал Дзирт. — Пленные были бы ценны. Даже если они мало что знают, они могут понадобиться нам для обмена позже.
— Если мы сможем их взять, — согласился Джарлакс.
Киммуриэль казался далеким от них, его мысли и пристальный взгляд были сосредоточены на том, что находилось за каменной стеной перед ними. Однако Дзирт знал, что он слышал их разговор.
— Дайте им подойти ближе, — разведчик-Ханцрин подал знак Инзре, которая держала свой длинный лук наготове.
Впереди по коридору пятеро дроу Бреган Д'Эрт двигались без каких-либо внешних признаков беспокойства.
Инзра улыбнулась, подумав, что это будет легко и быстро, и с пятью прекрасными трофеями, которые можно показать своей Матроне и Жиндии Меларн. Она верила, что та станет Верховной Матерью города, и поэтому лучше пользоваться ее благосклонностью…
Эта мысль внезапно оборвалась, и выражение лица Инзры сменилось любопытством. Она начала опускать лук, но обнаружила, что вместо этого поднимает его, затем поворачивается вправо и выпускает стрелу, которая, пролетев через узкий туннель, пронзила колено другого Ханцрина с достаточной силой, чтобы пройти навылет и задеть второе.
— Что? — мужчина взвизгнул от шока и боли.
Инзра продолжила поворачиваться, заметив испуганное выражение лица Беновы Фэн Тлаббара, чьи руки были подняты в агонии от произнесения заклинания.
Бенова справился с шокирующим вмешательством и продолжал, до тех пор, пока следующая стрела Инзры не влетела ему в рот, пронзив затылок и отбросив его на камень.
Инзра почувствовала, как к ней возвращаются ощущения, как будто кто-то другой был внутри нее, управляя ею, как раз вовремя, чтобы жрица Маллора Миззрим закончила свое собственное заклинание, которое заморозило бедную, сбитую с толку лучницу на месте.
По коридору шли пятеро солдат Бреган Д'Эрт, теперь уже в полной боевой готовности, стреляя из ручных арбалетов.
Инзра почувствовала, как один болт попал ей в затылок, почувствовала, как сонный яд просачивается по венам. Она увидела, как Ханцрин, которого она подстрелила, пытается прийти в себя, с луком в руке, то накладывая стрелу, то хватаясь за свои израненные колени. Со своего места Инзра не могла сказать, собирался ли мужчина стрелять в нее или в приближающихся врагов, но это не имело значения, потому что один ручной арбалетный болт за другим вонзались в поверженного парня, движения которого почти сразу стали вялыми.
Инзра почувствовала, что оседает на землю. Последнее, что она увидела, было приближение остальной части ее группы, атака внезапно прервалась, когда трое новичков в бою — так она подумала — просто вышли из стены справа от нее, один направился прямо в бой, второй бросил на пол что-то похожее на большое перо, а третий пристально смотрел на жрицу Миззрим, которая по какой-то причине, казалось, вообще ничего не делала.
А потом появилась большая птица, гигантское нелетающее существо, которое рассеивало солдат Инзры, швыряло их в разные стороны, клевало их своим гигантским клювом.
— Как странно, — сказала Инзра, прежде чем усыпляющий яд унес ее с поля боя.