Роза в хрустале (СИ)

А она, после стольких вопросов, смутилась и даже щеки покраснели. Засуетилась, разливая похлёбку, на стол поставила, сходила за хлебом. И только, когда всё подготовила, ответила.
— Дозора долго не хватятся. До кроны дня два пути, и отряды надолго уходят, ловят магов по лесам. У нас есть несколько дней.
— И что потом? — неторопливо Скай ел, приятное тепло разливалось по телу, успел отвыкнуть от домашней еды.
Пожав плечами, Верея принялась за свою порцию.
— Придумаем что-нибудь. Я поставила отвод глаз на дом, но я ученица, надолго не хватит.
Скай отложил в памяти, что требуется ментальная схема. Только с его схемами последнее время тоже не всё ладно. Они быстро разрушались. Изгнание, которое блокировало стихийную магию мешало и менталистам или была другая причина.
— Ты не изгнана? Мне показалось или во время нападения были стихии. Спасла меня.
— Повезло. Палачи испугались магии и только выстрелили в меня ядовитыми осами. Дважды повезло, что появился ты.
— Интересное название, — Скай представил полет маленьких зубчатых дисков.
Он вспомнил, что не на все вопросы ведающая ответила.
— Так зачем ты Уинку? — увидев, как она вздрогнула, обругал себя — мог бы и догадаться «зачем», но не дал слабины, продолжал смотреть цепко и безразлично.
Под его взглядом Верея вначале сгорбилась, сжалась вся, отводя глаза, но Скай не сдался, оставаясь жёстким. Последний раз, когда он размягчился, глядя на ведающую, тут же получил удар кинжалом. На ошибках Фолганд учился быстро.
Замешательство Вереи длилось не долго, она резко выпрямилась, решительно задрала подбородок, в медовых глазах был вызов и ирония.
— Как думаешь, зачем вам, мужчинам, девушки? Или ты слишком молод, чтобы знать?
Скай расхохотался. Искренне и с внезапной лёгкостью. Ответ ему понравился. Точно они начали игру, где каждый делал свой ход, следил за противником и подстраивал свои действия под ситуацию. Глядя на Верею, на её нежную кожу, маленькие ладошки с тонкими пальцами, он с трудом мог представить, как она одна управляется с бытом в лесном доме. Конечно, стихия всегда помогают ведающим, но Верея явно не была создана для постоянных опасностей и тягот.
Теперь она сердито постукивала ложкой о миску, наблюдая за странным весельем гостя. Для неё ничего радостного не было.
— Ладно, — он отодвинул пустую миску, чувствуя, как снова клонит в сон, раны ныли. — Давай угадаю. Уинк, привыкший получать все и сразу, решил забрать тебя в крону, так у вас называют замок с землёй? — она кивнула в ответ. — Но сразу сделать этого не смог. Почему?
— Учитель и его родичи помешали. Мы все здесь жили.
— Где они теперь?
— В кроне. Оттуда всех увозят в Хриллингур, — уголки губ Вереи опустились, и последние слова она произнесла шёпотом на выдохе.
Ведающая сидела такая потерянная и грустная, что Скай боролся с желанием обнять её, закрыв от всех бед, коснуться губами волос, утешить. Но не поддался искушению, замкнул чувства, думая о них, как о глупой блажи.
— Возможно их отбить у стражи, когда повезут в город? — он сам понимал, что говорит чушь и сил у них не хватит, но хотел как-то поддержать Верею.
Она тут же встрепенулась и в глазах появилась радостная надежда.
— Я бы попробовала!
Радость угасла. Верея не была наивной девочкой и быстро поняла, что все надежды ложны. Но Скай задумался, если он поможет ей вернуть магов, то со спокойной совестью пойдёт дальше. А пока, даже не представлял, как оставлять Верею в одиночку бороться с палачами тени.
После, она показала ему, где можно отдохнуть. Раненного его положить на кровать она не смогла, втащила в дом. Сам Скай с удовольствием вытянулся на постели и мгновенно заснул. Он почти не запомнил сон, но образы ритуального круга и стихийных жертвенников не переставали преследовать его. В чашу лилась вода, огонь горел над плоским камнем, ветер сдувал песок, а сам Фолганд лежал на земле. Полностью обнажённый и расслабленный. Становилось жарче и над жертвенниками плыли потоки, перетекая друг в друга, рождая в Скае силы и желания.
 
В доме Вереи он пробыл несколько дней, разрываясь между тревогой за сестру и заботой о безопасности девчонки с медовыми глазами. Скайгард сразу же поставил ментальную защиту, чтобы уводило палачей от жилья. Много сил потратил, но пока он складывал схемы, Верея смотрела с таким интересом, что не мог отступить. Так они рассчитывали обмануть дозоры, которые прошли бы рядом, оставшись без добычи.
Скай понимал, что может попытаться идти дальше, преодолев слабость и следуя своей задаче, но его постоянно точила мысль, что он подал Верее надежду на освобождение учителя и его родичей. Для подобного предприятия нужно много сил и минимальное знание противника. В конце концов сестра с Дарионом, у неё есть защита. Раз маг вытащил Ри из подземелья, то справится и с остальным, а у Вереи не было никого. Так рассуждая, Скай успокаивал себя.
Раны его постепенно затягивались. Верея каждый день помогала делать перевязки, накладывала новые снадобья для заживления, осторожно касаясь тела, использовала стихии, совсем как Вельда делала это для своих родных. И каждый раз Скайгард искал в себе силы, чтобы сохранить обычную отстранённость. От прикосновений ведающей становилось жарко, как во снах, где он продолжал видеть ритуальный круг магов. От Вереи текла такая мощная сила, ему казалось он видит потоки, идущие от тонких пальцев во время лечения. Он вспоминал, как в детстве, мама лечила его ушибы и порезы, как исцеляла после страшной истории с Мальтусом и Древом. И никогда Скай не чувствовал стихий, только тепло и любовь. Ни разу он не видел сплетения энергий от действий отца или сестёр, оставаясь слепым и бездарным для привычной Фолгандам магии. С Вереей всё вышло иначе — он не видел стихий вокруг, но спокойно воспринимал их рядом с ведающией.
Верея всегда чуть улыбалась, занимаясь лечением, иногда тонкие брови начинали хмурится, она поднимала глаза на Ская, глядя с каким-то удивлённым сомнением, но возвращалась к перевязке и стихиям, молчаливая и сосредоточенная, и вскоре улыбка возвращалась на её нежное лицо. Больше всего Скай любил именно этот момент озарения строгой неброской красоты Вереи внутренним светом.
В другое время они охотно болтали о зельях, травах и всём том, что сближает двух магов. Скай взял на себя тяжёлую работу, которую мог выполнять. Первое время Верея возмущалась, пытаясь помешать, но очень быстро убедилась в упрямстве Фолганда и смирилась. Она начинала заниматься чем-то другим, иногда поглядывая на Ская, и снова улыбка приподнимала уголки губ ведающей, а медовые глаза теплели и казалось манили Ская. Но младший маг твёрдо держался на расстоянии, сохраняя строгость и холодность. Он не мог доверять той, кого знал несколько дней.
  
45
 
Для обеих сторон встреча посреди леса оказалась неожиданной. Южане сидели у костра так тихо, что Дарион, отвлёкшись на Маргариту, не успел проверить, что же там за густым кустарником, который они обходили.
Недобрые взгляды палачей тени вызывали дрожь. Маргарита сжалась, скрывшись за спиной мага.
— Вот это да! — один из палачей в несколько шагов оказался перед путниками.
Краем глаза Дарион отметил, как второй заходит сбоку, но пока расслаблен и не собирается нападать. Он знал привычки дозоров. Вначале они захотят поиграть с пленниками, что может сыграть на руку.
— Смотри, Кирт! Это же тот раб! — третий вытер жирные от зажаренного мяса руки о штаны и присоединился к товарищам. — И девка с ним. Ринн отвалит нам за них немало золотых.
Палачи опасливо окружили Маргариту и Дариона.
— А они изгнаны? — молодой и рыжеватый парень рассматривал их с интересом и брезгливостью одновременно.
— Говорят, что да.
Все трое засмеялись, подходя ближе. Дариона оттащили в сторону.
— Тогда поиграем, — парень приблизился к Ри и протянул руку к лицу.
Она отшатнулась, прижалась к стволу дерева. Дарион хмуро смотрел себе под ноги, опустив руки, не двигаясь с места.