Роза в хрустале (СИ)

А у Скайгарда побелело и застыло маской лицо — слишком хорошо читал душу Фолганда хитрый маг.
— Не хочу быть лордом над ними, — собравшись с мыслями, Дарион обернулся и сел на лавку рядом. — Я толкователь справедливости и только. Наивно и глупо было думать о переделке мира, поэтому теперь я делаю, что могу.
— Как ты посмел встречаться с моей дочерью за спиной у родных? — Стефан выдохнул слова, разозлился на себя, потому что не с этого собирался начинать. — Какого тёмного лика, женщины этих земель похожи на Маргариту!?
— Подумаешь, поиграл немного с девочкой, — Дарион повёл плечами, сощурился, иронично рассматривая теперь старшего Фолганда и, похоже, остался доволен. — Всё в рамках приличий. Я знаю правила магов. Да, и не интересуют меня все эти бессмысленные телодвижения. Сам знаешь, практикующий маг всегда сумеет получить пользу от желаний плоти. К тому же, это было так давно…, — и иронию унесло быстрой водой, как не бывало, тень легла на лицо хозяина земель. — Похожи… похожи, но все они не Маргарита.
Стефан запомнил ту мгновенную боль, что увидел в Дарионе при упоминании Ри. Боль, которую тот умело спрятал за привычным сарказмом. Даже Скай заметил, погасил ярость от насмешки мага, поняв, что не так всё просто в истории с сестрой.
— Где Маргарита? — Стефан задал вопрос, но ответ знал — дочери в землях Люция не было и нет.
— Я давно не выходил в Фолганд. Сдержал слово мага…Почти сдержал. Признаю, один раз нарушил запрет.
— Значит, не ты убил снова? Туман, влага низин, удушье, — на время Стефан отложил в сторону увиденное через узы возле портала, позже спросит, почему столько людей перемещается через него в Фолганд.
Дарион сидел, опустив голову, и после слов Стефана резко вскинулся, взгляд заметался, потемнел.
— Вы правы, — слова тяжело пробились из него. — Я убил. Что с Ри?
Почему-то, признание мага не принесло Фолгандам радости. Напротив, плечи Скайгарда опустились, нервным движением он сложил руки на груди, а отец на мгновенье отвёл взгляд от Люция. Они не произнесли ни слова. Скай достал хрустальный куб с розой из дорожного мешка и поставил на верстак напротив Дариона. Короткого взгляда оказалось достаточно, чтобы маг вскочил с места, и невольно запустил пальцы в собственные волосы, пытаясь совладать с собой.
— Вы не можете её найти.
Он не спрашивал, утверждал с такой неистовой уверенностью, наполненной отчаяньем, что Фолганды побледнели, но ожидали объяснений.
— Я решил — это какая-то глупость с туманом, мертвецом… Случайность из-за подарка, который сработал не так, как нужно. Больше удивился, почему вы ищете Маргариту у меня, — Дарион опустил руки, пальцы оставались сжаты, но он уже совсем не выглядел взволнованным. — Пять лет назад, только поселившись в своих землях, я разорвал сделку с богом низин, поместив в этот куб. Я сделал его стражем и защитником для твоей дочери, Стефан Фолганд. Поэтому отчасти, я виновен в гибели того, кто посмел тронуть Маргариту. Каждый, кто попытается навредить Ри — умрёт.
— Неплохая новость, — фраза Скайгарда прозвучала так холодно и ехидно, что и Дарион покачал головой.
— Плохая новость — чем дальше она от дара, тем меньше шансов на защиту.  Подождите немного. Работу закончу и пойду с вам, — Люций осмотрел свою мастерскую, немного растеряно и часто моргая, словно не понимал, а что он тут делает. — Сделка отменена, но я придумаю, чем помочь.
— Мы дошли по следу до Красного угла. Там же нашли тело потом, — теперь Стефан решил говорить только о деле с Дарионом, все личные вопросы они выяснят, когда найдут Маргариту. — След нехороший. У Ри закрыты связи стихий с внешним миром.
— Она не может сплетать схемы? — Дарион короткими быстрыми мазками заканчивал работу с колыбелью, пропитывая лаком дерево.
— Боюсь, что так.
Маг надолго замолчал, полностью сосредоточившись на ментальных схемах и лакировке колыбели. Закончив дело, Дарион убежал в дом и вернулся через некоторое время полностью одетый для дороги, на ходу проверяя хорошо ли вложен кинжал в сапог. Стало заметно, как маг подволакивает ногу — вместе со сделкой окончательно пропали чары и способность двигаться легко, старые изъяны остались при нем. Он подхватил колыбель, пояснив:
 
— Предупредим, что ухожу.
Создав портал, Люций провёл через него и Фолгандов. Из пролома они вышли во дворе небольшого замка. Ведя гостей по внутреннему переходу, маг постоянно кивал каждому, кого встречал. Кто-то улыбался ему, кто-то прижимался к стене или просто хмуро отворачивался. Но как заметил Скай, первых было намного больше.
  
22
 
После ухода третьего, из оставшихся в живых, похитителей прошло совсем немного времени. К Маргарите подошли, растолкали, думая, что пленница продолжает спать, а она не спешила признаваться в обратном. Потом её куда-то вели, крепко ухватив за предплечье. Осторожно переставляя ноги, она пыталась сориентироваться по звукам, но кроме неровного дыхания рядом ничего не слышала. Носки сапожек часто упирались в края ступенек, и она поняла, что они поднялись наверх. Там и остановились. Затёкшие и израненные о камень руки развязали. С силой толкнули в спину, отчего она почти упала, и дверь позади захлопнулась.
С наслаждением Маргарита сорвала повязку. Щурилась на тусклый свет из маленького окошка, такого грязного снаружи, что рассмотреть и кусочка свободы не удалось.  Оглядев новую тюрьму, она тут же догадалась зачем привели именно сюда. Главарь говорил о подготовке к поездке.
В комнатке с обветшалыми стенами стояла ванная, заполненная холодной водой, и прочие необходимые сейчас Ри предметы. На покосившемся столике оставили чистое полотенце, тут же — тарелка с кашей и маленький черный хлебец. Ненадолго Маргарита замерла, испытывая дрожь от всех событий, навалившихся так внезапно, от невероятной усталости и страха.
— Соберись, — прошептала чуть слышно сама себе. — Ты сможешь.
Упрямство Фолгандов не дало раскиснуть, по щекам скатилось несколько слезинок и только. Она продолжала верить, что родные вот-вот найдут её. Никогда не прекратят поисков, поднимут стражу Управы, гвардию лорда земель — используют все возможные средства. И в этот момент Маргариту больше всего беспокоило, как бы отец с братом не заключили новых сделок с богами Фолганда. Знала, что способны на подобное ради спасения родной крови.
Не представляя, сколько отведено ей времени, она заторопилась. Подпёрла стулом ручку двери, какая-никакая, а преграда. Воду согреть не вышло. Она попыталась — вдруг изгнание, как назвали это похитители, закончило действие — и пустота в итоге. Стихии не нашли связи с природой вещей. Разделась, поминутно оглядываясь на дверь, но желание смыть мерзость оказалась сильнее страха. Стоило забраться в воду, привыкнуть к холоду, как Маргарита неистово начала тереть лицо и шею, которых больше всего касался Красс. Она задрожала, снова ощутив грубые пальцы и в других местах, и тёрла себя всю, пока кожа не покраснела, скрыв синяки.
Маргарита с головой, полностью погрузилась в воду, вынырнула, задышала глубоко и ритмично, понимая, что эмоции не станут союзниками в беде. Вместе с покоем пришли воспоминания. Удивительно, как внезапно из памяти сами собой рождались кусочки того счастливого года, когда они были вместе с Дарионом. Робкая улыбка появилась и пропала на губах Маргариты, а порозовевшая кожа ощущала нежные прикосновения пальцев мага.
Они любили лежать в разнотравье на склоне холма. Дарион строил на плато рядом дом, и многое из его замыслов не было готово. И он приподнялся, опираясь на локоть, показывая, как распланировал обустройство участка земли. А Ри было достаточно слышать его голос, но она вникала и задумчиво кивала головой, предлагала какие-то мелкие изменения. В эту минуту они напоминали парочку молодожёнов, обсуждающих будущий совместный быт.
На самом деле, она чаще смотрела не на постройки, а на указующую руку. Отчего-то руки мага волновали её не меньше, чем глаза, губы или изящное, но мускулистое и гибкое тело. Она точно знала, что тонкие пальцы могут быть сильными или чуткими, как того захочет сам Дарион.