Невест-то много, я одна

– А у нас подростковый бунт, – усмехнулся молодой отец взрослого мальчишки. – Бессмысленный и беспощадный. Поэтому учителя юный наглый бунтарь выгнал. Мне заявил, что ему это в жизни не пригодится, потому что он, видите ли, бастард, и никто не захочет позориться и вызывать его на дуэль. Мол, недостойно с ним связываться.
– А вы?
– А я сначала ругался, объяснял, наказывал, убеждал, а потом отступился и дал ему время на осмысление.
– Ничего себе. А нас за это розгами пороли и в карцер сажали. – Прикусила я губу. Потом взглянула на мужчину, с аппетитом поедающего обед. – Можно высказаться?
– Нужно. Вы теперь член семьи.
– Ну не член, и не семьи… – едва слышно пробормотала я. – Если вы позволите, я возьму Лекса на себя. И нам нужно ваше разрешение и финансирование.
– На что?
– На школу фехтования и на всё остальное. Лекс – парень. Насколько я помню наших ребят из приюта и со всей округи, они стайные животные. В смысле… Ну, вы поняли.
– Можно сказать и так, – издал смешок его сиятельство. – Мы животные стайные, хорошо что не стадные.
– Я устрою его в школу фехтования. И научу драться.
– Сами?! – опешил лорд. – Драться?!
– Шутите? – подняла я на него глаза. – Я же девушка. Хотя в нос дать могу. Нет, не сама. Позволите? Только мне нужно будет на это время. Я не смогу сидеть здесь, в надзоре, безвылазно.
– Знаете, Эрика. А давайте! Считайте, что вы действительно уже его мачеха, тем более что он сам об этом мечтает. Займитесь, сделайте для него то, что считаете нужным. Если это не во вред, конечно.
– Да вы что?! Он мой друг! – оскорбилась я. – Просто ему нужно подсказать. Он слишком долго был в изоляции и не знает как… Я помогу ему.
– Что требуется от меня? – внимательно поглядев на меня некоторое время, спросил маркиз.
– Деньги, ваше верительное письмо, подтверждающее, что я представляю ваши интересы. И информация.
– Деньги будут. Письмо напишу. Необходимую информацию вам предоставит Анри, спрашивайте. И возьмите, пожалуйста, вот это.
Он снял с мизинца кольцо-печатку с фамильным гербом, вырезанным на рубине. Я ожидала, что он протянет его мне, но его сиятельство встал, обошел стол и склонился надо мной:
– Вы позволите?
Через секунду оно красовалось на моей руке. Причем колечко-то непростое, это явно артефакт, так как ободок его уменьшился и плотно обхватил мой безымянный палец.
– Достаточно будет продемонстрировать его при необходимости.
– Что оно означает? – спросила я, вытянув руку и любуясь ювелирной работой. Кольцо хоть и мужское, но очень аккуратное и изысканное.
– Да много чего. Но в данном случае оно покажет, что вы имеете непосредственное отношение к роду ди Кассано. Показывайте его при необходимости, вам окажут содействие так же, как и мне.
– О… А у Лекса я такого не видела.
– Как признанному бастарду ему полагается другое. Герб должен быть перечеркнутым, вы ведь наверняка это знаете. Я еще не заказывал у ювелиров для него. Просто ранее в нашей семье не случалось… М-да, – смущенно потер подбородок проштрафившийся представитель старинного аристократического рода.
– А нам с Лексинталем позволите поучаствовать в разработке эскиза? Мы хотим.
– Мы? – улыбнулся мужчина. – Вы уже за него говорите?
– Уж поверьте, он точно захочет, – фыркнула я. – Но верительную грамотку вы мне все равно напишите. Отдавайте мне пустую тарелку, а вам вот, груша. У меня же еще куча дел.
В приемной я первым делом очистила и убрала в короб посуду. Убедилась, что Анри тоже уже поел, и обратилась к нему:
– У меня вопрос.
– Слушаю.
– Меня интересует лучший в городе учитель фехтования. Причем в школе, а не из тех, что приезжают на дом к ученикам. Не самый дорогой и пафосный, а самый умелый и дающий максимальный результат.
– Хм. А вам для чего? – озадаченно поднял брови секретарь.
– Буду устраивать туда сына его сиятельства.
– Но… насколько я знаю, к мальчику приходят частные учителя. Маркиз не жалеет денег на его обучение, в том числе на фехтование.
 
– Просто подскажите мне, а дальше я разберусь.
– Не могу сейчас сказать. Мне нужно сначала подумать и собрать информацию.
– Ладно. А я пока прогуляюсь, – мило улыбнувшись, я выскользнула в коридор.
Кто лучше всего может знать то, что мне нужно? Те, кто ближе к этой области.
Спустившись на первый этаж, я прогулялась по коридорам, по холлу, выискивая знакомые лица, вышла на крыльцо. Нашла там одного из тех, кто подходил ко мне накануне как к вестнице смерти. Вот ему-то я и задала вопрос:
– Меня интересует школа фехтования, в которой самый лучший учитель.
– Так не примут же вас туда, леди.
– Безусловно, – согласилась я. – Так что? Подскажете?
– Для благородных-то другие, – почесал затылок мужчина. – Там всякие приседания, ревера́нсы.
– Стоп! Мне нужен учитель фехтования! Понимаете? Не реверансов и приседаний. А такой, который владеет шпагой как бог и сможет научить.
– Я сейчас с мужиками поговорю. Надо обсудить. Вечером сообщу, да?
Стражник, топая сапогами, ушел прочь, а я подняла лицо к солнцу и прикрыла глаза. Тепло… Хорошо.
– Леди Эрика? – прошелестел рядом тихий бесцветный голос.
Я подпрыгнула и шарахнулась в сторону. Судорожно обернулась и узрела неприметного худощавого парня с мышиного цвета волосами и блеклыми чертами лица.
– Пакет для его сиятельства.
– О… Вы коллега Мо́рока?
– Мираж, да.
Он протянул мне пухлый конверт, внимательно глядя в глаза. Потом скользнул взглядом ниже, оценил перстень, что я получила вот только перед этим. Мгновение помедлил и поклонился.
Забрав послание, я уточнила, нужно ли передать что-то на словах.
– Всё там, маркиз знает. Не советую пытаться вскрывать и проявлять любопытство.
– И не собиралась, – поджала я губы. За кого он меня принимает? Приличные люди не читают чужую переписку.
– Учитель фехтования вам для кого нужен, леди? – спросил вдруг соглядатай маркиза. Подслушивал, значит.
– Для сына его сиятельства. Парнишку надо сделать самым-самым. Я хочу ему помочь. Вы знаете?
– Разумеется. Езжайте на Малую Речную улицу. Голубой дом с белым балконом и флюгером единорогом. Господин Фуарье́. Не факт, что он согласится взять на обучение вашего протеже́, но попытаться можете.
– Спасибо! А что… – Тут я моргнула, а когда снова подняла ресницы, уже стояла на ступенях одна. – Вот и поговорили.
Послание Миража я передала его сиятельству, чем его весьма озадачила. В том смысле, что он же сам на месте, отчего же его тайные сотрудники решили действовать через меня?
А я-то откуда знаю? Велено передать, я передала.
Вечером я снова прошлась перед строем идущих в ночную смену стражников. Не нашла ни одного смертника. Получила взамен клочок бумаги с пятью именами. Господина Фуарье среди них не было.
Приехав домой, я сразу же нашла Лекса и осчастливила его новостью:
– Я тут подумала и решила: ты будешь учиться фехтованию.
– Да я и так учусь, – фыркнул он. – Ко мне учитель приходит. Приходил. И снова будет.
– Нет, ты не понял. Ты будешь учиться в школе фехтования с другими парнями. Ты же не девчонка, чтобы к тебе на дом приходили учителя. Ты должен уметь выживать в ста́е.
– Э-э-э… – опешил он. – И ты нашла мне стаю?!
– Не совсем, – стушевалась я. – Но я над этим работаю. Твой отец дал свое согласие, чтобы мы с тобой поездили и нашли тебе…
– Стаю, я понял, – съязвил парнишка.
– Да! Отлично я придумала? И смотри, вот! – Я продемонстрировала перстень. – Лорд Риккардо сказал, чтобы я показывала его при необходимости, и тогда нам помогут.
 
– Ого! Папа сам его тебе надел?! – вцепился он в мою руку и чуть ли не обнюхал кольцо.
– Да. Но это еще не всё. Я выпросила для нас с тобой разрешение поучаствовать в разработке эскиза для твоего перстня с именным гербом. Тебе как бастарду полагается немного отличающийся от фамильного родового. Вот ты должен подумать и нарисовать что-то – ух какое красивое! Только, чур, без меня не делать. Рисую я плохо, но буду подсказывать.