Слияние (СИ)

Но надежда была на то, что, столкнувшись с моим навесом, ракета резко отклонится и заденет стенку шахты. Ну, а дальше, как заверил нас «Орлёнок», произойдёт взрыв топлива. Да, центр управления и все шахты, скорее всего, разнесёт к чертям. Да и остальные ракеты могут взорваться. Но шанс спастись у нас всё же будет.
На вопрос «Орлёнку», почему тот убеждён, что после такого не последует ядерный взрыв (или даже все двенадцать), тот ответил довольно сложными для понимания формулировками. Если просто — для этого в самой боеголовке что-то с чем-то должно смешаться, тем самым запустив процесс деления ядер. А при разрушении ракеты этого не случится, так как инженеры-ядерщики, предусмотрев подобную ситуацию, создали защитные механизмы.
Хотя, малый шанс ядерного взрыва всё-таки оставался. Мы ведь не знали, какие именно изменения американцы внесли в МБР и шаманили ли они над самой боеголовкой.
Если худший сценарий всё же случится, то главной проблемой станет даже не наша смерть. А то, что Путоранская зона может измениться на манер той, что находится в Индии. А она, как мы узнали из последних новостей, после атаки ядерным оружием стала не иначе, как филиалом ада. Этаким мини-солнцем, к которому невозможно подойти даже на километр.
Из всего вышесказанного следует, что ни один из представленных вариантов нам не подходит. Поэтому нужно постараться предотвратить их все. То есть не дать ракете взлететь.
Ну, а навес, который я намеревался первым делом разместить над МБР, нужен был для гарантии, что она, как минимум, не покинет шахту.
— Здесь, — добежав до нужного места, я освободил друзей и сразу же приказал «Крылану» создать для меня лазейку в стене. — На той стороне находится МБРка. Сделаем над ней навес. А после разберёмся с морпехами.
— Есть, — Амиру понадобилось не больше пяти секунд, чтобу создать в стене светящуюся нишу. Столько же времени у меня ушло и на создание прохода.
— «Инженер», внимание! — услышал я «Орлёнка» по голосовой связи. Как я понял, он и до этого пытался до нас докричаться, но мы его не слышали из-за того, что были оглушены светошумовыми гранатами. — Прямо перед вами враг! — вторил он. — Как слышишь? Хейст ждёт вас в ракетной шахте…
Но было уже поздно. Проход был создан.
Впрочем, остановило бы меня предупреждение «Орлёнка»? Скорее всего нет. Ведь нам во что бы то ни стало нужно было добраться до ноутбука, на котором шкала загрузки продолжала заполняться. И сейчас она показывала 32%.
— Где он? — с тревогой вглядываясь в образовавшееся пространство, проговорила «Милаха».
Поначалу на той стороне коридора никого не было. Видно было только верхнюю заострённую часть ракеты. Но не стоило надеяться, что разведчик ошибся. Ведь я и сам уже на камере видел, как американский командир, взбирается по металлической лестнице на верхние мостики шахты.
— «Инженер», — тем временем продолжал «Орлёнок» подкидывать информацию. — Вас берут в тиски. Три десятка морпехов увязались за вами и вот-вот нагонят.
— Останетесь здесь, — отдал я приказ «Крылану» и «Милахе». — Подготовьте этим гадам достойную встречу.
— Так точно, — в один голос ответили те.
— Это самое, Макс, — твёрдым голосом проговорил «Орлёнок». — Плохи ваши дела…
Впрочем, это было понятно и без лишних слов.
Нас окружили. Причём не абы кто, высокоуровневые морпехи, которые даже по отдельности представляют немалую опасность.
— Хейста я возьму на себя, — я отошёл немного назад и ткнул пальцем в одну из стены. — «Крылан», нужна ещё одна лазейка здесь.
Я решил, что ещё одна стена сможет задержать подступающих с тыла врагов. Ненадолго, конечно, но секунд тридцать (а может и целую минуту) она нам выиграет.
— Выглядит надёжно, — с опасливой улыбкой глянула «Милаха» на возведённую мной бесцветную стену.
Загрузка данных — 35%.
Тем временем Питер Хейст поднялся на самый верхний мостик, что находился двумя метрами ниже того места, где я сделал проход в ракетную шахту. А затем враг, оттолкнувшись мощными ногами от решетчатого покрытия, в один прыжок оказался прямо передо мной. Тем самым перегородив мне путь к ракете.
  
Вот теперь мы не просто в окружении, а в самой настоящей ловушке.
Выглядел американский командир так, словно застыл в начальной форме превращения в волка. На его голом торсе было чрезмерно много растительности. Причём выросла она не по всей площади его тела, а рваными островками. Лицо «украшала» бесформенная бородка. А тёмно-серая грива волос спускалась до самых плеч.
Его глаза горели жёлтым. Нижняя часть лица слегка выпирала вперёд, будто желала стать звериной пастью. Горы мышц, что присутствовали везде, где это возможно, так и кричали, что Хейст способен голыми руками разорвать пополам кого угодно.
Этакий Росомаха на самых лютых стероидах получился. Надеюсь, у него нет в наличии огромных когтей. Хотя, его чрезмерно массивные ногти выглядят не менее опасными.
Загрузка данных — 38%.
— Вы опоздали, — оскалившись, заговорил американец на русском без какого-либо акцента. Его голос звучал так, словно какой-то зверь научился разговаривать. Это лишний раз подтверждало мою теорию, что этот морпех приготовился перевоплотиться в животное.
Понимая, что своими разговорами враг пытается тянуть время, я ничего отвечать ему не стал. Впрочем, я бы вряд ли стал вести с ним диалог и при других обстоятельствах.
Вместо слов я, шагнул в проход, ведущий к ракете, и уверенными шагами направился в сторону врага. Одновременно с этим я услышал позади себя стрельбу — это подоспевшие морпехи принялись палить из автоматов по преграде перед собой.
— Решил приступить сразу к делу? — прорычал Хейст и тоже сорвался с места. — Что ж, так даже лучше.
Я принял решение ни в коем случае не подпускать к себе Хейста. Да, Андрюха «Кулак» неплохо натаскал нас в рукопашке перед миссией. Но первый же бой с морпехом (в коридоре перед залом управления) показал мне, что тягаться в этом ремесле с американскими диверсантами мне ещё рановато. Как ни крути, а они, можно сказать, всю жизнь готовились к этой миссии. Я же в профессиональную армию попал совсем недавно.
Когда расстояние между нами сократилось до трёх метров, противник прыгнул вперёд, будто, подобно оборотню, желая наброситься на меня, повалить на лопатки, а затем разорвать горло когтями (в данном случае — ногтями).
Но этому случиться было не суждено, так как Хейст получил удар энергетическим кулаком в самом начале своего прыжка. И это было, отнюдь, не прощупывание врага, как я обычно это делаю в каждом бою. В этот удар я вложил почти половину своей маны, что превышало уровень сопротивления противника.
Расчёт был на то, чтобы переместить поле битвы из тесного коридора в ракетную шахту. Это даст мне простор для манёвра и я смогу, как ликвидировать технарей, так и возвести навес.
К моему облегчению, задумка удалась. Получив мощный удар по шерстяной груди, американец вылетел из коридора в шахту, как пробка из бутылки. В падении он сломал своей спиной железные перила, а один из мостиков под его весом и вовсе промялся и покосился на бок. Также он чуть было не зацепил ракету, но каким-то чудом сумел извернуться, и та осталась невредимой.
Не тратя ни мгновения, я последовал за противником и уже через секунду стоял на железных мостиках. Буквально в трёх метрах от верхней части монструозной межконтинентальной баллистической ракеты, при виде которой захватывало дух. Как ни крути, а эта зверюга таила в себе просто ужасающую мощь, способную превращать в пыль целые города.
В двадцати метрах подо мной продолжали свою работу американские технари, на ноутбуке которых шкала загрузки заполнилась уже на 43 процента. А чуть ниже технарей шипел и извергал клубы белоснежно пара охладительный блок ракеты.
Звучала тревога. Красным светом мигали настенные лампы.