Кровавая Ведьма (СИ)
Вопрос лишь в другом. А мне во всё это лезть стоит?
— Я… — невольно задумалась, не зная еще, как мягче ему солгать. И тут по обонянию, резко, будто первый взмах веера на осеннем балу, безжалостно ударил он — кислый, противный, гнилостный привкус. Да такой, что меня тут же чуть не вывернуло! — Фу-у-у!..
— Дыши, — руки у мага были свободны, и он тут же безжалостно уткнул меня лицом к себе в подмышку. И пахло там, прошу заметить, гораздо гуманнее! Всего лишь новой кожей хорошо пошитой куртки и мужским одеколоном. — Меньше вдыхаешь, дольше проживешь.
— Что это? — я даже не думала вырываться. Совсем наоборот, проявила чудеса изворотливости, и забралась носом под куртку, уткнувшись в мягкую, приятно пахнущую черную рубашку. И это после всех приключений-то! — Мерзость какая!
— Понятия не имею, — не знаю, врал, али нет, но голос звучал правдоподобно. И в той же мере шокировано. — Но вонь знатная. И на природную не похожа. Что-то… знакомое.
— Сомнительные у тебя знакомства, — едва слышно буркнула в ответ. Буркнула, да и затихла — говорить в такой атмосфере больше не хотелось.
Признаться честно, еще недавно в столь опасной близи от мага находиться не хотелось тоже…
Но пути богов, похоже, неисповедимы. Кто же знал, что в скорости, я в ненавистном имперском маге свое спасение смогу сыскать?
Да, не весть какая помощь-то на самом деле, всего лишь от гнусного запаха мой нос сберечь. Это ж не жизнь спасть, право слово!
Вот только… Почему и это сейчас сталося таким важным, да необходимым, как свежий глоток воздуха?
Да и сам воздух не помешал, как бы!
Мы едва дотерпели, честное слово. Когда вокруг возник обычный городской шум и послышались людские голоса, я даже головы поднимать не стала. И уж когда тюремная повозка притормозила, я, каюсь сердешно, понадеялась на скорую свободу и свежий воздух.
Да только зазря. Воняло на улице пуще прежнего!
— Меня вывернет, — глядя на возницу, распахнувшего дверь клетушки, в которой нас перевозили, честно пообещала я. — Возможно, на вас.
— Ты говори, девка, да не заговаривайся, — оттопырив первое, еще молодое, но уже откормленное пузико, едва подтянутое зеленым сукном военной формы, заявил тот. Да еще кнутом в руке многозначительно щелкнул! — Вылазь давай. И ты, хворый, тоже.
Хворый?
Я невольно покосилась на Волка за моей спиной, стоящего с широко расправленными плечами, без всяких пут на руках. Мои, к слову, он тоже когтями подрезал — осталось только дернуть разок, и я свободна! Но это решили оставить на потом. А пока…
Пока, маг был на голову выше нашего стража, в разы сильнее и тренированнее. Не говоря уж о его способностях мага! Да и вообще, разве мужик этот, являясь представителем власти Ансгара, не должен знать одного из Воплощенных зверей в лицо? Или, не знаю там, хотя бы по портрету!
Нет, прав Волк, что-то тут странное творится. И жуть, как интересно даже мне!
Еще б не попахивало так прескверно.
— Вперед пошли, оба, — удивительно, но демонстрация возможностей на слугу короны впечатления не произвела. Вот никакого! — И без шуток. Иначе шкуру спущу с обоих. И девке первой достанется.
— А чего сразу я-то? — стало даже обидно. — Вот вечно вы, недомужики так: чуть что, на бабах отыгрываетесь!
На моё возмущение Волк только усмехнулся, небрежно сунув руки в карманы куртки. Ну да, он-то у нас по части уколов толстокожий! А вот страж вдруг хохотнул, подталкивая меня вперед:
— Мне с тобой болтать резона нет. С тобой другие поговорят!
О! А вот это уже любопытно. Было.
Ровно до тех пор, пока страж не приволок нас не невольничий рынок!
— До сих пор интересно? — оказавшись в каком-то шатре средь кое-как одетых людей, явно голодных, забитых и измученных, зло прошипела я.
Я б еще и порычала, но руки нам успели снова перетянуть веревками, да покрепче! А надсмотр сменился с одутловатого дяденьки на крепких, лысых мужиков с такими зверскими лицами, будто они только что с острога сбежали.
— Ты не представляешь, насколько, — склонившись к моему плечу, тайком от всех ухмыльнулся Волк. — Торговля людьми в Ансгаре запрещена. За некоторыми исключениями.
Что ж, об этом наслышана. У них в империи люд работает всё больше по магическим договорам, которые, в случае необходимости перекупить или выменять можно. Продают обычно либо пленных, либо рабов, в Толии купленных.
А тут целый рынок! Хочешь, ткань купи, хочешь — фрукты, хочешь — игрушки детям. А для тех, кто постарше и испорченее — игрушки и вовсе живые будут!
Тьфу.
— А ты уверен, что мы пересекли границу?
— Более чем. Родные места я ни с чем не спутаю.
— Эй, вы, заткнитесь оба, — у самых наших ног угрожающе клацнул кончик кнута. Именно клацнул! Ибо применение стальных наконечников я видела впервые. — На сцену!
— Это чего, нас на торжище продавать будут? — изумилась я.
— А ты как думала? — хрипло усмехнулся в ответ Волк.
Да уж… Срамота-то какая!
Впрочем, ладно уж. Пойду, разок продамся, коли так просят. До чего дурного, думаю, дело не дойдет, а вот выяснить, что же такое тут происходит, страсть, как любопытно. Да и сжечь всю эту богадельню я всегда успею, ежели чего.
А пока что магией мы решили не пользоваться, оставив ее на потом. Не маги мы для остальных, и всё тут!
Но признаю, стоять на старом, шатающемся помосте, заляпанным кровью и чем-то еще, оказалось скучно и отчасти противно. И кому только в голову пришло это позорище сценой обозвать? Разве что публика внизу оказалась чуть приятнее взгляду, по одежке хотя бы. С виду вроде как купцы, может, помещики, или еще кто. Уловила краем глаза даже мастеровых, видимо, подмастерьев или служек себе покупали. Словом, много кого было там. И вот, что странно — среди всех их ни одной женщины я не увидела!
А вот среди рабынь очень даже много. И разбирали их не только с торжища, но и просто так, мимоходом. И брали всех подряд, даже хромых, кривых и беззубых.
Чудно́! Зато понятно, почему мое появление вызвало такой ажиотаж среди скучающих рабовладельцев. Я на фоне остальных блестела, як тот месяц со звездами!
По толпе понеслись шепотки, мгновенно перешедшие в бурное обсуждение. Правда, и оно захлебнулось, стоили распорядителю всего этого непотребства перекинуть мне на грудь мою же растрепанную косу. Вердикт был один, да громким:
— Ведьма!
— Ты кого нам притащил, Рымский? — едва ли не попятившись, взвизгнул какой-то щегол с первых рядов. — Ворожею подложить хочешь?
— Да какая она ведьма, — небрежно хмыкнул ведущий в облезлом костюме. И кивнул небрежно помощнику своему, что около меня стоял. — Будь она ведьмой, давно бы всё здесь в пепел превратила. Девка обычная, даром, что рыжая.
И шавка его меня в плечо толкнула, да так, чтобы я на колени грохнулась. Ну, я и грохнулась! Правда, развеять его слова, как и его самого, в прах не успела, только от неожиданности охнула. А рукастый этот тут же с помоста ласточкой мордой в грязь и слетел!
— Еще раз тронешь — руки вырву, — брезгливо стряхивая с ладоней разорванную в труху веревку, которой был связан, равнодушно заявил Волк под изумленные взгляды публики. И вскинул бровь, глядя на распорядителя.
Тот только ухмыльнулся, бросая в толпу:
— Но чернявый с ней в комплекте продается.
— И кто ж их купит? — донеслось с задних рядов. — Сумасшедший только! Нет, девка-то хороша. Но к этому есть вопросы!
— Да! Что это за товар, который под охраной, который трогать нельзя?
— Вот именно! Серебра отсыпать тебе, и за что? Явно же не за три медяка отдашь!
— А что такое? — откровенно насмехаясь над их трусостью, ядовитенько бросил распорядитель. — Разучились рабов воспитывать?
— А можно я их спалю? — не сдержавшись, тихонько спросила я, когда Волк играючи, но аккуратно поставил меня на ноги. — Ну, пожалуйста!
— С этим подождем, — тем же тоном откликнулся маг, легко разрывая путы на моих руках под возмущенные охи окружающих. — Что-то мне подсказывает, нашу колоритную пару абы кто не купит.