Непростое наследство (СИ)
- Ох, Ламар, что ж вы натворили, - не веря собственным глазам, я замерла напротив зеркала. Отражение - какая-то хитрая магия, иллюзия, искажение, но не истинная правда. - И как прикажете выйти из комнаты?
- С гордо поднятой головой и не скрываясь под маской. Я нарочно сшил ее, чтоб вас сразу узнали. Кому-кому, а хозяйке праздника прятаться нечего.
Помоги, Лорхана.
Тонкое кружево совсем не скроет лица. Едва появлюсь, у гостей не останется сомнений, кто перед ними. Бесстыжая девица в ярком платье, прибравшая к руках таверну и вынудившая собственного двоюродного брата ютиться в клоповнике у самой рыбацкой пристани. Пока тот днями разгружает трюмы, она спокойно кладет денежки в карман, попивает вино и развлекается, как душе угодно. Дамиен весьма преуспел в заведении знакомств за последние дни.
- Уместно ли сейчас? Ламар, платье прекрасно, но…
- Не вздумайте отказываться, - серьезно заявила Арлет, поправлявшая пышный рукав. - Знаете, сколько ночей я просидела над вышивкой? Не будете же плевать на мою работу из-за сплетен. Ну, посмотрите, как к лицу, Сорель.
- Откуда было знать, чем все обернется? - подхватил Ламар. - Праздник вот-вот начнется, платье готово. Не оденетесь же в старое! Да и вспомните про уговор — в Леайте должны узнать, кто сшил ваш наряд. Взгляните - чудно сидит, а? Я вдохновлялся песней, которую услышал недавно. Какие там слова, Арлет?
- И не забыть мне никогда ее смешливый шепот,
И локоны черней вороньего крыла,
И стан, прикрытый алым шелком, - тут же напела девушка.
- Светлые боги! Ненавижу эту песню.
Старинную балладу о капитане, вернувшемся из дальнего плавания и пережившего страшные шторма, и хозяйке таверны, с которой провел ночь, едва успев ступить на берег, в Леайте знали все. Разумеется, каждый второй из моряков норовил вспомнить и с намеком подмигнуть, мол, вот как должно быть, госпожа Сорель. И плевать, что на пышногрудую и черноволосую деву я совершенно не похожа, да и не каждый из них капитан корабля.
- А, по-моему, очень красивая и печальная история — они ведь больше не увиделись.
- Это портовый город, Арлет, здесь никто ни с кем второй раз не видится, - заметила я и повернулась боком.
Не зря Ламар Бенуа носит гильдейскую брошь — платье восхитительное. Не будь Дамиена с его притязаниями, я бы искренне приплясывала от радости. Но сейчас, когда имя Ирмас успела вывалять в грязи каждая собака, чувства померкли.
В отличии от слов пошлой песенки, ткань благородного темно-красного оттенка лишь немного переливалась при движении. Юбка не была слишком пышной, как входило в моду в последнее время, и красиво струилась, скрывая даже кончики туфель. Вышитый узор черными и серебристыми нитками, над котором трудилась Арлет, завивался чуть ниже талии и поднимался к груди. Рукава начинались от запястий и выше локтя становились широкими, приоткрывая плечи. Очень красиво и слишком заметно.
- Кое-чего не хватает, - Ламар взмахнул рукой. - Арлет, милая, где подарок?
- Подарок?
- Просто прелесть, - она тихонько хлопнула в ладоши и протянула маленький мешочек. - Дождаться не могла, пока до него дойдет дело.
Ламар быстро справился с тесемкой и, спустя мгновение, продемонстрировал кулон на плотной золотой цепочке.
- О, нет, - я замотала головой. - Не могу принять.
- Это не от нас.
- Вот как?
- Позволите? - Ламар аккуратно переложил мои волосы на плечо. - Не злитесь, Сорель — я пообещал сохранить все в тайне. Арлет предлагала рассказать и, представьте, мы из-за этого поспорили. Неделю назад в мастерскую пришел мужчина и захотел узнать, платье какого цвета наденете. Разумеется, я хотел выставить за дверь, но мужчина объяснил, к чему вопрос и позже явился с подарком.
Красный камень был огранен в форме капли — гладкий, сверкающий и прохладный. Увидев, как он дополняет наряд, я ощутила, как растерянность сменяется восторгом.
- Кто к вам пришел, Ламар?
Арлет закусила нетерпеливо закусила губу и отвернулась. Видно, тяжело сдержаться.
- Он просил молчать. Сказал - хочет видеть украшение на вас, и вы сами догадаетесь.
- Светлые боги! Только этого не хватало.
- Сорель, не понимаю, - усмехнулся Бенуа. - Такая красивая вещь. Чего боитесь?
За всю жизнь я не получила от мужчин ни одного дорогого подарка. Да и вообще никакого, если уже начистоту. Тибо спел пару песен в мою честь на морском празднике, а Анри принес новенькие перья и плотную бумагу. Быть может, женщины вроде Бланш Сибилл и ее матушки привыкли к украшениям по любому поводу, но я знала: драгоценности просто так не появляются. Для начала, у дарителя должны быть деньги.
- Догадываетесь, кто? - привстала на носочки Арлет.
- Есть пара мыслей, - я погладила кулон.
Себастиан Мейкс, показавший щедрость в первую встречу, как-то неожиданно исчез, едва только поползли слухи о Дамиене. Среди завсегдатает-моряков вряд ли кто-то готов раскошелиться. Возможно, Ноэль Лэндри решил, что помощи с бумагами недостаточно? Реджис Эрван… нет, он бы не стал. С чего вообще взяла, что господин дознаватель занимался бы подобными глупостями? На кой ему Сорель Ирмас, когда есть более подходящая дама? Ноэль, больше некому. Ну, или же Мейкс передумал и решил примириться.
- Не каждый мужчина обладает хорошим вкусом, - вздохнула Арлет. - И готов тратиться на подарки.
- О, да, - подхватил Ламар. - Будь кулон чуточку побольше или повычурнее, все бы испортил. Ваш поклонник, Сорель, определенно обладает прекрасным чутьем.
- Кто этот поклонник? Ламар, отвечайте.
- Нет-нет, - портной с хитрой улыбкой развел руками. - Ни за что. И никакой магией не испугаете.
- Ну, скажите. Терпеть не могу сюрпризы. Арлет?
Она беззвучно изобразила, что завязывает над губами невидимый узел.
- От нас ничего не добьетесь, - твердо заверил Ламар. - Не лишайте себя удовольствия. Сегодня праздник, веселитесь. И только попробуйте сказать, что я не гений — платье сидит превосходно.
- Во тьму ваши секреты, - я снова поправила кулон, к которому так и хотелось прикоснуться. Пожалуй, получать подарки приятно даже от неизвестного мужчины. И разгадывать, кто он, тоже. В конце-концов, маскарад, все хотят спрятаться. Может, получится и у меня?
Тибо и Анри в один голос твердили, что начинать маскарад положено непременно вечером, лучше ночью. Людей привлекают полумрак, таинственность и возможность спрятать лицо, чтоб после не было стыдно. Надеюсь, городские власти и стражники придерживаются того же мнения и не запретят использовать уличную территорию в следующий раз. Накануне пришлось выслышать недовольство нескольких соседей, когда мы с Кайрой и Мод принялись разносить листовки с приглашением. Одна противная старуха даже взмолилась богам, чтоб те покарали нас, нечестивых, за распространение разврата. Зато в квартале красных фонарей затею оценили. Госпожа Розин, владевшая популярным заведением, пообещала непременно заглянуть и «припомнить ушедшую юность».
Хоть «кот и лютня» работала как обычно, столы на улице расставили с вечера. Эри и Кайра проснулись с рассветом, чтобы успеть украсить крыльцо и развесить цветные флажки. Анри решил, что уходить домой будет потерей времени и заночевал в таверне. Боюсь, скоро ему слишком понравится - еще надумает поселиться насовсем.
Музыканты и первые гости появились, когда солнце склонилось к горизонту, а шпиль на городской ратуше позолотился теплым оранжевым светом. В хорошую погоду такое случалось каждый вечер, и даже я не могла поспорить, что, если и искать причины любить Леайт, список следует начать с закатов. В прибрежных городах они особенно хороши.
Тибо, раздобывший у приятелей-артистов поношенный, но яркий золотистый костюм, с важным видом исполнял роль распорядителя. Лихо отдавал указания пятерым музыкантам и двум акробатам — где расположиться, куда деть вещи, как себя вести. Те неделю назад рассказывали, как едва сводили концы с концами и готовы выступить за любую плату, лишь бы с голоду не помереть. Как Тибо умудрялся разыскивать таких — загадка.