Непростое наследство (СИ)
- Вот что, госпожа Ирмас, - холодно заключил Реджис, явно желая свернуть спор. Разве по рангу высокому господину связываться с такой, как я? - В вашей таверне только что произошло преступление. Им обязана заниматься городская стража. Думаю, вы понимаете, что будет, если они явятся сюда сейчас? И понимаете, насколько вам повезло, что я здесь и собираюсь заняться этим делом?
Сжимая край столешницы пальцами, я молчала. Реджис Эрван, городской маг-дознаватель, оказывает самую настоящую милость. Почему? Одним богам известно. Кто-нибудь другой на моем месте бы целовал руки и падал на колени. Но я не могу выдавить и пары слов благодарности.
- Поэтому давайте-ка оставим разногласия, которые мы не в силах решить, - продолжил Реджис. - И займемся делом. Куда ваша служанка унесла все, что было на столе у семьи Райнер?
- В кладовую.
- Идемте осмотрим. И, да, на вашем месте я бы добавил посетителям по кружке эля.
- Это еще зачем?
По взгляду дознавателя стало ясно, что все расположение ко мне, которое будто бы успело зародиться в прошлую встречу, окончательно утеряно. Вот, значит, как высокородные маги вымещают обиды. Стоит хоть самую малость погладить против шерсти и хороших манер как не бывало.
- Разве вам нужные дурные слухи?
- Они и так пойдут.
- Не хотите их уменьшить?
- Вы правы, - я подозвала Кайру, чтобы отдать указание.
Кладовая в «коте и лютне» просторная. Когда дядюшка покупал дом, она была втрое меньше и совершенно не подходила для хранения нужного количества припасов. После перестройки, установки новых полок и шкафов, сооружения подземного ледника кладовая влетела в ощутимую сумму, но полностью окупила себя. Не каждая таверна могла похвастаться такой роскошью.
Закрыв за собой дверь, я почувствовала холод и позавидовала Реджису, который попросту не успел скинуть плащ в зале. Дознаватель заметил, как я скрестила руки на груди. Затем обратился к узкому столу, где Лизет расставила тарелки, кружки и кувшины со стола семьи Райнер.
Обычно в кладовой было темно, как и полагалось для хранения большинства продуктов. На время работы Марта зажигала один-единственный фонарь над входом, чтобы не спотыкаться на ступенях, ведущих вниз. Делала она это привычным методом — от свечи. Я же не любила зажигать огонь вручную, с магией получалось проще и быстрее, но люди начинали глазеть, задавать вопросы. Сейчас, когда рядом нет никого, способного удивляться, я зажгла все три фонаря в кладовой.
- Благодарю, но не стоило, - проговорил Реджис, склоняясь над столом.
- Полагаю, для осмотра понадобится больше света.
- Свет не так важен, раз уж в еду добавили зелье, приготовленное с помощью магии.
Дознаватель обернулся, а я готова была провалиться сквозь землю. Браво, господин Эрван, вам снова удалось подчеркнуть мою глупость. Сама не знаю, почему каждое его слово вдруг стало невыносимо раздражать.
Я прошла к столу. От посуды, действительно, исходил тонкий аромат чужой магии. Причем довольно грубой, топорной, лишенной мало-мальски выверенных формул, на изучение которых у меня ушло несколько лет.
- Будто на скорую руку собирали, - хмыкнула я, проводя рукой над тарелками и кружками. - Чтоб тебя во тьму!
- Нашли что-нибудь?
Я тряхнула ладонью, желая избавиться от неприятного жжения на коже. Такое случалось, если среди компонентов попадался лишний или ядовитый. На случай второго, некоторые зелья готовились исключительно в перчатках. С первым состав просто-напросто выливался. Травницам дар для того и нужен, чтобы ощущать силу, исходящую от компонента, иначе действенного лекарства не выйдет.
- Да, - я поморщилась. Зелье, похоже, было совсем скверным. Не удивительно, что беднягу Линдара так скрутило. - Вот в эту кружку подлили какую-то самодельную дрянь.
- Можете понять, что именно?
- Я травница, а не предсказатель. Но с формулой явно ошиблись. Судя по реакции Линдара, в состав попало что-то ядовитое. Видите?
Я выставила ладонь и ойкнула, когда Реджис коснулся красного пятна.
- Так происходит всегда?
- Частенько, если работать без нужных условий. Не страшно — через пару часов пройдет.
Реджис внимательно разглядывал мою руку и не спешил отпускать. Неужели он никогда такого не видел? Разве в академии не было целителей? Или в его практике не случалось похожих ситуаций?
- А остальное? - наконец, оставил ладонь в покое.
- Ничего, - я провела над тарелками уже другой ладонью. - Похоже, зелье предназначалось только Линдару.
- И добавил его, скорее всего, тот, кто находился рядом, - мрачно усмехнулся Реджис.
- Хотите сказать, кто-то из семьи Райнер?
- Вполне возможно. Не буду отрицать. Сегодня в таверне много народу, а добавить зелье в кружку можно лишь, подойдя ближе. Если, конечно, не вы вознамерились отравить одного из посетителей.
- С ума сошли? - от негодования я взмахнула рукой и сбила одну из тарелок на пол. -Меня подозреваете? Думаете, стану травить человека, которого даже не знаю, в первый день открытия таверны?
Реджис дослушал до конца и произнес абсолютно спокойно:
- Согласитесь, госпожа Ирмас, подозревать можно кого угодно. А на вас подумают в первую очередь. Вы приезжая, новый человек в городе, знакомы с травами, ядами, а благодаря стараниям покойной госпожи Женивы имеете весьма неприятную репутацию.
Умом я понимала, насколько дознаватель прав. Именно это, а еще нежелание подвергать только-только открывшееся предприятие риску, удерживало от резких слов и удовольствия выставить его за дверь. Если вместо Эрвана пригласить городскую стражу, вероятно, использующую менее деликатные методы расследования, начнется сущий кошмар.
Дверь кладовой скрипнула и тяжело отворилась. На пороге показалась Эри.
- Госпожа Сорель, прибыл целитель. Он осматривает Линдара наверху.
- Благодарю, - сухо произнес Реджис. - Не трогайте ничего здесь и передайте другим.
- Да, конечно, - растерянно прошептала Эри и отступила в сторону, пропуская дознавателя. Вопросительный взгляд, брошенный на меня, остался без ответа. Самой бы понять, с чего вдруг Реджис принялся так лихо командовать в чужом доме.
В комнате, которая когда-то была моей спальней, собралось слишком много народу. Разместить пострадавшего Линдара здесь не слишком удачная затея. Но номера для постояльцев к концу дня оказались заняты. До того, как Пати стала вопить, что ее жениха отравили, я искренне этому радовалась.
К нашему с Реджисом приходу Линдар пришел в себя. Бледный как полотно, лежал на постели, слабо моргал, с трудом отвечая на вопросы целителя, едва шевелился. Рядом, вцепившись руками в деревянное изголовье, всхлипывала Пати. Господин и госпожа Райнер, стояли в углу. Их старшая дочь Ивон рядом.
Имени целителя я не знала. Он жил в паре кварталов в сторону порта. Терк как-то обмолвился будто он переехал из Крирейна из-за жены, страдающей заболеванием легких много лет. В Леайте климат мягче, а морской воздух способствовал выздоровлению. Целитель, полноватый мужчина средних лет, внимательно осматривал Линдара. Просил показать язык, щупал пульс, проверял реакцию глаз, приложил к коже на груди два амулета, вероятно, призванных выявить отравление. Ничего нового. Я видела подобные осмотры много раз.
- Сорель, наконец-то, - прошептал Анри, приютившийся около двери. - Я подумал, раз вы заняты, неплохо бы поприсутствовать.
- Правильно. Как тут дела?
Бухгалтер пожал плечами. Будущие родственники Линдара косились на него, но молчали. Мне самой стоило бы просить Анри находиться здесь. В конце-концов, мы на одной стороне.
- Целитель сказал то же, что и вы. Ему дали какое-то зелье. Не смертельное, но довольно опасное. Я тут подумал…
- Господа, - обернулся целитель, завершая осмотр. Амулеты показали какой-то результат, и он неодобрительно поцокал языком. - Прошу вас покинуть комнату, больному нужны покой и свежий воздух.