Непростое наследство (СИ)
- Врут. Клоди была вполне способна говорить. После того, как успокоилась и приняла противоядие, тем более.
Ренард протянул бумагу и, пока я ставила подпись, продолжал:
- Странно, что господин Ошиль пригласил вас. Обычно в таких делах помощь оказывал я.
- Вы живете дальше, а времени было мало. Гляньте-ка. Верно написала?
- О, да, все в порядке. Прошу.
Ренард придвинул счет, сумма в котором оказалась чуть больше, чем я рассчитывала, но торговаться и спорить с недовольным аптекарем бесполезно. Мало того, что он не узнал ни единой сплетни, так еще и уязвлен выбором Ошиля. Отправь целитель карету именно за ним, новости в Леайте разошлись бы куда быстрее, а мы с Реджисом остались в таверне.
- Может, юной госпоже тоже что-нибудь нужно? - спросил Ренард у Эри, замершей возле витрины со стеклянными сосудами, где застыли, залитые растворами змеи, насекомые, корни растений и сухоцветы.
- Нет, что вы, - она вздрогнула и сделала шаг назад.
Взять Эри с собой я решила совершенно случайно, уже стоя на пороге. Из кухни вышла хмурая Кайра и посетовала, мол, та снова плачет и ни с кем не говорит.
С моря подул прохладный ветер, небо то и дело затягивало тучами - погода не годилась для прогулок по набережной. Кроме нас с Эри, на подобное решились только две пожилые дамы и компания из четверых моряков, усевшихся на скамью и громко о чем-то споривших.
- Ну и что с тобой? - спросила я, надеясь, что не придется перекрикивать шум волн.
Глаза Эри наполнились слезами, но она лишь пожала плечами и не поддалась.
- Не знаю, что делать, госпожа. С наследством ничего не выходит, а Анри… господин Равьен по-прежнему в мою сторону и не смотрит.
- Насчет наследства лучше поговорить с Равьеном-старшим, а насчет Анри…
- Знаю, скажете: глупости, пора забыть и выбросить из головы, - сразу насупилась Эри. Видимо, наследство волновало ее гораздо меньше. - И Марта так сказала, и Терк, и даже Мод с Лизет.
- Может, они правы? Считаешь, Анри передумает, если плакать по углам и делать вид будто его не существует?
Эри уставилась на море и пару минут молчала, потом бросила обиженное:
- Легко судить со стороны. А мне как быть? Вижу его каждый день, и уйти никуда не могу из-за проклятого Кеннета. Скоро вроде бы его дружки должны в порт вернуться. Вам господин дознаватель ничего не говорил?
Сшейдов же хвост! Если «Аванти» войдет в гавань, останется надеяться только на сильные шторма у Дюмоновых островов и внезапно испортившуюся память капитана Кристофа Рентье. Иначе они с командой завалятся в таверну и проблемы отчима Эри мигом станут моими. Надеюсь, хотя бы она сама контрабандистов больше не интересует.
- Не говорил. Может, они передумали или изменили маршрут. Кому нужны новые неприятности?
- Не знаю, госпожа. Я очень их возвращения боюсь. Кеннет толком не рассказывал ничего, только кричал, мол, не суй нос в чужие дела. Но я-то приглядывалась, подслушивала и, по всему выходит, он много и капитану Рентье, и капитану Далину задолжал. А раз уж сам за решеткой, вдруг оба ко мне придут?
Эри втянула воздух, снова перебивая подступающие слезы.
- Вы, госпожа Сорель, лучше расскажите, что к леди Сибилл наденете? Я краем глаза у вас лиловое платье заметила. Может, его?
- Не знаю пока. Я, наверное, и не пойду.
- Как это? Нужно идти обязательно.
Новое приглашение от Бланш я бы предпочла скрыть и никому не показывать. Но слуга-посыльный, что его доставил, оказался настоящим олухом и передал Лизет, а не лично в руки, как полагалось. Купился на болтовню, улыбку и бесплатную кружку эля. Лизет, разумеется, осмотрела конверт сама, распустила язык на кухне и только потом передала мне. Так все в таверне узнали о предстоящем ужине в доме леди Сибилл, а я подверглась долгим уговорам согласиться.
- На вашем месте, госпожа, я бы обязательно с леди подружилась. И со всякими важными господами, которые к ней захаживают, тоже. Среди них хватает достойных мужчин. Матушка всегда говорила: женщине проще живется, если найти правильного мужа. Только вот сама…
Эри отвернулась.
- Глупости болтаю, да? Но, знаете, госпожа Сорель, страшно, когда ты совсем одна и никого рядом. Мой отец никогда не боялся. Что бы ни случилось, горой вставал и за матушку, и за меня, не позволял обижать. Высоким таким был, сильным, ни разу не болел. Кто б мог подумать, что сердце остановится? Он никогда не жаловался — работал, работал, а однажды вдруг охнул, схватился за грудь, упал и уж не поднялся. Целитель из городской стражи потом говорил, мол, поделать ничего было нельзя. Матушка за Кеннета-то от отчаяния и вышла. С деньгами обращаться не умела, с юности болела часто, да и не красавица, если честно. Потому и страшно, госпожа. Вдруг придется за первого встречного?
Эри все-таки смахнула слезу, а я плотно сжала губы, чтоб не сказануть лишнего. Одна и одна — подумаешь! Если б знать как проще живется! Моя мама ничего подобного не говорила и за первого встречного замуж не собиралась, хотя дважды звали. Помню, однажды вечером они с дядей Ларти поспорили. Тот уговаривал принять предложение какого-то знакомого, а мама упрямо собиралась дождаться отца. Знала, что лжет, но одно и то же раз за разом твердила. В конце-концов, дядя плюнул, грубо выругался и хлопнул дверью. После они недели три не разговаривали. И кто теперь рассудит, права она была или нет?
- Не придется, Эри. Из «кота и лютни» никто не гонит. Подожди до совершеннолетия, а потом сможешь получить наследство.
- Если Кеннет к тому времени его кому-нибудь другому не перепишет или не спустит.
- Где? За решеткой?
- Все равно страшно, госпожа. Вот бы Анри помогал…
- Так пусть помогает. Если не будешь отворачиваться, а попросишь, он не откажет.
Эри сердито шмыгнула носом, поправила на плечах шарф и, покосившись на шумных моряков, проговорила:
- Идемте отсюда, госпожа. Вон какой ветер сильный поднялся, и тот, с рыжей бородой, на меня пялится.
Первым делом в таверне я отправлю Эри к Марте, сбагрю учетную книгу с запасами спиртного Анри, а сама запрусь в кабинете и приготовлю, сколько смогу, противоядия и защитных зелий. У Ризы Ниарис, наверняка, имеется собственный и немалый запас, а вот мне не помешает. Вдруг иммер снова захочет поохотиться в городе, или, кто-то из слуг решит прогуляться по темным улицам. Мод не прекратила бегать на свидания, а Терк не оставил привычки выходить на улицу при бессоннице. Про Анри, вечно засиживающегося допоздна, говорить нечего.
- Не передумали насчет леди Бланш? - спросила Эри, когда свернули на улицу с красными фонарями. - Лиловое платье бы подошло. Его господин Бенуа перешил? Интересно, за мое возьмется? Неужели вам не хочется в благородное общество? Как настоящей леди?
В сшейдову нору бы это приглашение. Бланш вряд ли оставила идею заполучить Реджиса в прошлом. Вступить с ней в противостояние на равных я не смогу никогда, да и смысла никакого. От разочарованной женщины с разбитым сердцем можно ожидать чего угодно. Ни одна тварь, придуманная ариарнами, не сравнится с ней в хитрости и жестокости.
- Я, госпожа Сорель, иногда мечтаю, как в красивом наряде войду в богатый дом, сяду у камина, сложу ручки и буду ждать гостей. Потом пить с ними вино, говорить о чем угодно. Все как в книгах, которые матушка прятала. Говорила, мол, рано еще, но я тайком читала. Ам выдумки, а на деле надо с Мартой овощи чистить и просить городскую стражу, чтоб позволили с Кеннетом увидеться. Почему жизнь такая, а, госпожа?
- Кто ж ее знает, Эри? Какая есть.
Шли молча до самой таверны. Советовать я не умела, а болтать впустую не хотелось. Ругать тем более — ведь не мать, не сестра и даже не подруга. И не жрица, чтоб жизни поучать, да уговаривать на смирение. Могу только подать капитану Жакри лишнюю кружку за обедом — вдруг станет добрее и даст разрешение увидеться с Кеннетом. Или к Равьену старшему отвести.