Морель и госпожа Смерть (СИ)
— Я не хочу выходить замуж! — воскликнула Лиза.
— Тебя никто не спрашивает, — припечатала бабушка Тамара.
— Приготовление мороженого придется отложить, — констатировал Морель.
— Зачем же откладывать? Я хочу подтвердить свою профессиональную квалификацию. — Лиза была в ярости от всего происходящего. Если не прекратить этот разговор, то снова придется тушить пожар! — Хоть до свадьбы, хоть после. Здесь, или в вашем замке — мне все равно. Но как только вы достойным образом оборудуете там кухню!
Глава 5
Семейство Принца Датского
…Параллельный мир. В Парижском доме некроманта Мореля…
Ришар Морель скорым шагом шел от садов Ранелага по бульвару Ожье и дальше по Рю де ла Помп в сторону мэрии 16 округа Парижа. День был пасмурный, типичная переменчивая парижская весна, фешенебельный район, где селились богатые и знаменитые. Ришара не смущали пространственные наплывы, когда фасады начинали подрагивать, бледнеть и на месте современных вдруг вставали дома, которые помнили прежние времена. Желтые фасады с зелеными ставнями и шиферными крышами мансард, кирпичные арки, железные ворота. Сады за стенами поднимались куртинами платанов, каштанов и акации. Где-то здесь можно было увидеть тот самый легендарный насос, что доставлял воду в замок Мюэтт. Но тут же эти картины сменялись современным городским ландшафтом. Тоже зелень деревьев, благородные, облицованные камнем фасады, кованые ограды фешенебельного Пасси (16 юго-западный округ Парижа на правом берегу Сены — прим.авт.)
Порталы искрили и меняли плоскость пространства, ломали трехмерность, открывались, закрывались.
Ришар искал нужный коридор. Белая Госпожа дала точные указания, исполнить которые следовало неукоснительно. Но для этого надо было войти в дом брата.
Ришар присмотрелся к табличкам все еще бесконечная Рю де ла Помп пересекает проспект Мартин, продолжается тянуться в сторону Венесуэльской площади. И конца не видно. Хотя…вот по нечетной стороне вилла Эрран, через несколько домов за ней авеню де Монтеспан, а по четной сплошняком стоят фасады. Здесь! Одна из стен справа бледнеет, колеблется и размывается, вместо дома открывается переулок. В реальном мире его давно нет, этот участок Рю де ла Помп много раз перестраивали. Но за порталом в тупике прекрасный особняк. Родовое гнездо!
Ришар шагнул вправо, повел перед собой рукой, развернулся через левое плечо и исчез в реальном мире, чтобы оказаться в параллельном.
Перед ним открылся другой Париж, прекрасный, загадочный, магический, населенный не только людьми, но и существами отличными от человеческой расы.
Гравий садовой дорожки хрустел под ногами. Перед особняком был большой сад, река, в новом мире упрятанная под землю, тут по-прежнему плескалась, бежала через сад, закручивая волны на быстрине. Ивы полоскали в ней серебристые косы. Вот и мост.
Наконец можно прийти в себя, отдохнуть дома, обняться с братом. Ришар нежно любил Лорана, при жизни они были не разлей вода, хоть и не погодки, разница в возрасте большая. В бессмертии это уже не имело значения — какие-то десять лет по сравнению с Вечностью. Впрочем, некоторые вещи оставались неизменны, например, Ришар все ноги сбил о булыжную мостовую бесконечной улицы Помп. И надо же было брату придумать обосноваться тут. Мог бы прекрасно жить в замке в Лиможе, там и места больше, и городская суета не досаждает. Так нет, ему надо ближе к Сорбонне, не дают покоя профессорские лавры. И дела Ордена, безусловно тоже.
Кто бы мог подумать? Лоран — Великий Магистр. Вначале все возмутились — на этом посту многие видели старшего из братьев Морель, но Белая Госпожа решила так, и мудрость её оказалась безгранична. Традиции Тампля Лоран перенес в Устав Ордена Мертвой Розы, он вдохнул новую жизнь в великие начинания храмовников и готовился их воплотить. Вот за это Ришар уважал младшего брата. Орден был свято предан Белой Госпоже и при любых обстоятельствах оставался её опорой.
Ришар уже поднимался на крыльцо, обдумывая как лучше изложить брату суть дела, порученного ему Госпожой.
Времени было мало, все же стоило поторопиться и воспользоваться метро, а не плестись пешком по Рю де ла Помп. Ну или порадовать Лорана эффектным перемещением.
Просторный холл встретил Ришара тишиной и сыростью. И какой-то неприятный дух… не то чтобы пахло тленом… неужели брат занимается опытами в городском доме?Мертвая тишина вместе с паутиной висела под древними сводами. Что за грязь и запустение? Странно… Лоран поборник чистоты и комфорта. С каких это пор он живет как в бесхозном склепе?
Навстречу Ришару выкатилось нечто, похожее на череп и закрутилось под ногами. Да это и был череп. Следом за ним выбежал и остальной скелет, подхватил свою часть, водрузил на место и приветственно защелкал челюстью и замахал руками.
— Ничего не понимаю! Прекрати мельтешить костями! — приказал Ришар, — Где Лоран?
Скелет радостно закивал и протянул гостю блокнот с записями разговоров. На отдельном листке там было послание от брата. Остальное какая-то невообразимая чушь не его почерком, на староанглийском. Вот они плоды просвещения скелетонов!
Ришар прочел и присвистнул.
— В Лиможе! Кто бы знал, а я сразу сюда махнул. Нельзя ли вызвать мессира Мореля сюда? Он мне очень нужен.
Скелет вновь начал усиленно жестикулировать. Ришар отрицательно покачал головой, он знал многое, а вот немой язык жестов — нет. Все когда-нибудь происходит с нами в первый раз. Придется изучить, но это со временем. Морель-старший протянул блокнот скелетону и сказал:
— Лучше напиши, будет больше толку. Идем в кабинет.
Из записки в блокноте, адресованной всем посетителям особняка в Безымянном переулке, Ришар узнал, что Йорик — управляющий, дворецкий и доверенное лицо мессира Лорана Мореля, профессора Сорбонны, ректора факультета медико-магических наук, главы Ордена Мертвой Розы, и прочая, и прочая… И что в отсутствие хозяина по всем вопросам следует обращаться к оному Йорику.
Но Ришару нужен был именно Лоран и как можно скорее! Морель-старший только собрался заявить об этом, как вновь отвлекся на странный запах, что так удивил его при входе. Чуткие аристократические ноздри Ришара затрепетали, и он, как борзая, пошел по невидимому, но осязаемому следу.
Источник запаха находился в кабинете хозяина дома. Когда Ришар туда вошел, он не только увидел, но и услышал. Даже глухой трехдневный покойник восстал бы из гроба при этих криках и женском визге.
Удивительная картина предстала взору Мореля-старшего. Люди в старинных одеяниях разыгрывали в кабинете брата странную пьесу. Принимали картинные позы и говорили все разом, из-за этого с большим трудом можно было разобрать смысл. Только отдельные слова и крепкие выражения. Ими изобиловала речь всех участников действа. А было там человек десять. Из них всего две женщины, остальные — мужчины. Двое в коронах, трое с обнаженным оружием. Самый высокий и внушительный рыцарь — в вороненых доспехах. Он опирался на двуручный меч и говорил громче всех, голос, как из бочки, доносился из шлема с опущенным забралом.
На гиганта в доспехах петухом наскакивал невысокий тучный вельможа, с золотой цепью на груди и берете со страусиным пером. Колоритный персонаж, похожий на портрет Генриха Восьмого Английского, сыпал бранью, в выражениях не стеснялся.
— Клянусь всеми гвоздями с креста Спасителя, это еще надо доказать, — вещал он. — Мои права законны, я коронован архиепископом, по праву престолонаследования.
— Не может быть такого права при живом короле, — гудел из шлема рыцарь.
— Не может! — поддакивал второй венценосец, тоже высокий и представительный, он был с рыцарем заодно.
— А чем ты можешь доказать, что жив? — ерепенился коротыш.
— Если бы я знала, что ты жив, то разве связалась бы с этим убожеством! — рвала на себе рыжие кудри худая, плоская, как жердь, женщина, что постарше.