Тест на измену (СИ)

— Я люблю тебя, Паша, — не устаю повторять. — Я так сильно тебя люблю.
— И я очень тебя люблю. Ты любовь всей моей жизни.
В свадебное путешествие мы едем в Японию. Как и планировали девять лет назад. Гуляем по сумасшедшему Токио, едим настоящую японскую кухню, много фотографируемся. Мы совсем не вспоминаем прошлое и наше расставание. Как будто его не было. Я по-прежнему считаю, что все происходит вовремя и так, как надо. Если мы с Пашей расставались на семь лет, значит, это было нужно.
С Ромой я не общаюсь. Он есть у меня в друзьях в соцсетях, но я не захожу на его страницу. Даже не знаю, что у него происходит в жизни. Он тоже мне не пишет. Мне не грустно и не обидно от этого. Рома был важным человеком в моей жизни, но наше время прошло. Так бывает. Люди расстаются. Надеюсь, у него все хорошо и он счастлив.
Идет время, ничто не омрачает наше с Пашей счастье. Он продолжает возглавлять «Стройкапитал», а я продолжаю работать там директором по связям с общественностью. Правда, теперь коллеги смотрят на меня совсем другими глазами. Ровно с того момента, как табличку у двери в мой кабинет поменяли. Раньше там было написано «Калинина Арина Юрьевна», а теперь «Севастьянова Арина Юрьевна». Моя старая подруга Лена, кстати, наконец-то тоже вышла замуж. Познакомилась с кем-то на сайте знакомств. Я снова стала с ней общаться, поэтому мне одной из первых Лена поведала о своей беременности.
— Павел Александрович же не уволит меня, потому что я беременна? — взволнованно спрашивает.
— Конечно, нет! Уйдешь в декрет, как полагается. Потом вернёшься на свою должность.
Паша продолжает держать в страхе весь коллектив «Стройкапитала». До сих пор все боятся, что он их уволит.
— Ну слава Богу, а то я вся так разнервничалась.
— Не переживай, — приободряюще обнимаю ее за плечи.
— А вы ребенка не планируете?
Тактичность никогда не была сильной стороной Лены. Ей неизвестно о моих выкидышах, я никому не рассказывала. Во время последней беременности, когда лежала в медцентре, Лена думала, что я в продолжительном отпуске за свой счет.
— Пока нет, хотим пожить для себя.
Я спокойно говорю о детях. Заслуга психиатра. И за Лену я искренне рада, никакой зависти не испытываю. Но по мере того, как растёт Ленин живот, меня все чаще начинают посещать мысли о ребёнке. Попробовать ещё раз? А вдруг в этот раз получится?
В университете у меня был преподаватель. Он задавал больше всех, к его зачетам и экзаменам было нереально подготовиться. Когда я открыто возмутилась, что невозможно выучить все то, что он нам задал, преподаватель, поправив на переносице очки, спокойно ответил: «Все возможно, пока бьется человеческое сердце». Смысл его слов до меня дошёл лишь со временем.
Я много думаю о ребенке, но Паше пока не говорю. Мы вообще не поднимаем эту тему. Родственники, кстати, тоже не лезут с вопросом о детях, что удивительно. Ну, у Пашиных родителей уже есть внук, Марина родила мальчика. А вот мои, кажется, наконец-то научились тактичности.
Однажды бесцельно листая ленту соцсети, мне попадается новость о том, что у популярного рэпера и его жены родилась дочь. Ребенка выносила суррогатная мать. И меня осеняет. Я как одержимая начинаю читать в интернете про суррогатное материнство.
Есть специальные агентства, которые этим занимаются. Они подбирают клиентам суррогатную мать, и она за материальное вознаграждение вынашивает чужой эмбрион. Агентство получает за свои услуги комиссию. В целом, суррогатное материнство в России особо не регулируется. Есть множество рисков, включая то, что суррогатная мать не захочет отдавать ребенка биологическим родителям, но ведь все эти знаменитости как-то рожают детей с помощью суррогатных матерей?
Меня останавливает только одно: без понятия, как сказать об этом Паше. Так как мы вообще не говорим о детях, я не знаю, хочет ли он еще ребенка. Вдруг нет?
Паша, как всегда, читает мои сомнения у меня на лице.
— Расскажи мне, что тебя беспокоит? — спрашивает как-то раз перед сном.
Он перекладывает мою голову с подушки к себе на грудь и запускает пальцы в волосы. Начинает медленно их перебирать.
 
Вздыхаю.
— Не хочешь рассказывать?
— Хочу, но не знаю, как, — честно признаюсь.
— Как есть.
Надо об этом поговорить. Тяжело носить в себе.
— Что если нам прибегнуть к помощи суррогатной матери?
Я чувствую, как напрягается Пашина грудь и он перестаёт дышать. Молчит долго. Даже перестал перебирать мои волосы.
— Это будет чужой ребенок? — спрашивает после очень долгой паузы.
— Нет, это будет наш ребенок, просто другая женщина выносит его и родит.
— Кхм, это как?
Паша очень далёк от медицины.
— Если объяснять по-простому, то соединят твой сперматозоид с моей яйцеклеткой и занесут эмбрион к другой женщине. Грубо говоря, она выступит в роли инкубатора.
— То есть, нам сделают ребенка в пробирке и какая-то чужая женщина его родит? — произносит с сарказмом.
Медленно выдыхаю.
— Да.
Снова молчит. Долго молчит. Я прямо чувствую, как в его голове происходит тяжёлый мыслительный процесс.
— А может, сами попробуем? — вдруг предлагает. — Что если получится? Есть же масса примеров, когда после многих выкидышей женщины все-таки рожали.
Теперь моя очередь долго молчать и размышлять. Да, таких примеров полно. Я в свое время сидела на форумах для беременных, там постоянно кто-то рассказывал, как после нескольких выкидышей смог родить ребенка и даже не одного. Готова ли я снова рискнуть? Страшно. Очень страшно.
— А если опять не получится? — спрашиваю.
— Мы не узнаем, пока не попробуем.
Это верно. Но мы с Пашей так ни до чего и не договариваемся и больше эту тему не поднимаем. Я поняла, что он не хочет, чтобы нашего ребенка вынашивала посторонняя женщина. А он понял, что я не готова снова рисковать.
Я перестаю читать про суррогатное материнство и снова начинаю жить в свое удовольствие. Мы ходим по ресторанам, ездим отдыхать и наслаждаемся друг другом. У нас есть мы, наша любовь, нам хорошо вместе.
Ах, как же нам хорошо!
Наша семейная жизнь — это один сплошной медовый месяц. Мы все делаем вместе, каждую свободную минуту вместе, практически не ругаемся, устраиваем друг другу свидания и романтики, делаем сюрпризы. Я и не думала, что семейная жизнь может быть такой.
Мне кажется, так в моей жизни было всегда. О том, что я уже когда-то была замужем и там все было совсем иначе, даже не вспоминаю. Но ровно до тех пор, пока однажды, листая ленту социальной сети, я не натыкаюсь на фотографию Ромы. Он, счастливо улыбаясь, держит в руках младенца. У меня сердце замирает, когда вижу это. Под снимком множество комментариев с поздравлениями с отцовством.
Не долго думая, я захожу в сообщения, по поиску нахожу диалог с Ромой и пишу ему:
«Привет! Увидела фотографию, что у тебя родился ребенок. Искренне поздравляю! Очень рада за тебя!»
Я пишу чистую правду. Мне действительно радостно за Рому.
Он отвечает быстро.
«Привет, Арина! Очень приятно тебя слышать! Да, у меня неделю назад родился сын))))»
«Классно! Ты женился? Как вообще твои дела?»
«Да, мы с Ренатой поженились пару лет назад))) В целом, все нормально. Недавно открыл свою айти-фирму. У тебя как дела? Чем занимаешься?»
Мне ни секунды не обидно, что Рома женился на девушке, с которой изменил. Я и сама все семь лет нашего брака мысленно изменяла ему с Пашей.
«Мы с Пашей тоже поженились несколько лет назад. В остальном все так же. Работаю там же в «Стройкапитале». Это у нас с Пашей теперь семейный бизнес)))»
«Круто! Поздравляю тебя!»
«Спасибо))) И я тебя))»
Рома лайкает мое последнее сообщение и больше ничего не отвечает. Да и говорить нам больше не о чем. Я слегка пролистываю назад наш диалог и читаю старую переписку. Там я пишу Роме, чтобы зашёл после работы в магазин и купил молоко и туалетную бумагу, а он отвечает «Ок».