Лысый... шиноби? (СИ)

«Биджу, это будет долгий отчет, – мелькнуло у нее, – и, видимо, ванную я приму нескоро...»
***
Какаши прошёл вглубь палаты, положив пакет с фруктами. По прибытии с миссии он караулил Наруто денно и нощно возле госпиталя Конохи, дабы тот не вздумал сбежать и не натворил глупостей. Но, на удивление медперсонала и самого Хатаке, Узумаки даже не пытался сбегать. Он лишь лежал на койке и смотрел в потолок. На третий день мальчику надоело подобное времяпрепровождение и он хотел было потренироваться в палате, но как только дежурная медсестра увидела это, то мигом устроила блондину взбучку, позвав лечащего ирьенина. Последний строго-настрого запретил мальчику в ближайшие дни проявлять какую-либо активность. За всем этим наблюдал клон Какаши, устроившись на дереве.
Сегодня джонин впервые лично пришёл проведать своего подопечного после инцидента в Стране Реки. Узумаки четвёртый день лежал на больничной койке, уставившись в потолок.
– Мне жаль, что так вышло, Наруто, – почесал затылок Какаши.
– Вы ни в чём не виноваты, даттебайо. Это всё я, – Наруто вымученно улыбнулся, повернув голову к Хатаке.
– Нет, ты не прав. Твоей вины здесь нет. Это... это все Кьюби, он... – Какаши не был психологом, да и не готовился он к разговору с блондином. Потому и не знал, как себя вести с ним.
– Нет, сенсей, – взгляд Наруто стал холодным, – это я виноват. Если бы я тогда послушал вас и не стал бы посылать клонов в разведку... то и не увидел бы всего того, что сделали нукенины, – при вспоминании тех событий блондин поморщился. – И не вышел бы из себя... Эм... – Узумаки замялся. – Спасибо вам, Какаши-сенсей.
Джонин поднял бровь в удивлении.
– Спасибо, что остановили меня тогда, – пояснил Наруто.
– Мма-мма, – Какаши изобразил фирменный глаз-улыбку. – Полно, Наруто. На моем месте любой бы сделал то же самое.
– Это вряд ли, даттебайо, – хмыкнул мальчик, отворачиваясь к окну.
Повисла неловкая пауза. Ни ребенок, ни мужчина не знали, о чём ещё можно поговорить.
Продолжительную тишину вдруг нарушил Наруто:
– Они ненавидят меня...
Копирующий ниндзя нахмурился.
– Саске и Сакура... Они ненавидят меня, – повторил блондин.
– Нет, Наруто. Вовсе нет, – Какаши присел на стул возле окна. – Они с нетерпением ждут твоего выздоровления...
– Сакура подрабатывает в госпитале, – горько усмехнулся Узумаки. – Но за это время она так ни разу и не зашла ко мне.
Какаши вздохнул, взлохматив волосы. Вновь повисло неловкое молчание.
– Возможно, они опасаются тебя...
– Еще лучше, – фыркнул Узумаки.
– Дай им время, Наруто. Всё же не каждый день узнаешь, что твой сокомандник джинчурики...
– Кхе-кхе, – послышалось от двери. В проеме стояла недовольная... Сакура. – Какаши-сенсей, что вы такое говорите? Никто никого не опасается. – Девушка прошла в палату. – А не приходила я потому, что на курсах ирьениндзюцу много чего нужно учить, да и не пускали нас к тебе. Говорили, покой нужен...
Она внезапно остановилась, глядя на улыбающегося блондина. Глаза мальчика заслезились.
– Наруто-бака, ты что, плачешь?
– Я? – Узумаки притворно удивился. – Сакура-чан, будущий Хокаге не плачет. Да и вообще, подслушивать других не хорошо...
 
– Эй, я не подслушивала, – возмутилась Сакура.
Какаши растянул губы под маской. Генины стали в шутку препираться, а джонин решил уйти по-тихому, прошмыгнув в открытое окно.
Шуншин – и он стоит в парке возле госпиталя, щурясь от яркого солнца.
«Все хорошо, что хорошо заканчивается», – подумал джонин.
Вот только пять дней назад чуть не случилось непоправимое. И ему пришлось опробовать свои новые возможности в битве.
Хатаке, нахмурившись, побрёл на полигон и погрузился в воспоминания...
***
Пятью днями ранее
Какаши ринулся следом за Наруто.
– Оставайтесь на месте! – бросил шиноби через плечо. Впрочем, эта команда была излишней, ибо детей от страха парализовало и вряд ли в ближайшее время они куда-то уйдут.
Благодаря чакре Кьюби скорость Узумаки возросла, и поначалу Хатаке лишь глотал пыль, а расстояние между ними заметно увеличивалось. Но потом джонин додумался снизить нагрузку от утяжелителей, впитав из поножей и наручей чакру обратно в тело.
«Так-то лучше», – хмыкнул Какаши, ощутив легкость, и стал помаленьку догонять Наруто.
Не прошло и полминуты, как Хатаке решил действовать.
Когда до цели оставалось метров двадцать, он ушёл вперед шуншином. Через пару мгновений Узумаки отлетел назад от мощного пинка в грудь. Но не успел Какаши перевести дух и подумать о том, как лучше сдержать Лиса, как Наруто резко вскочил и помчался прямо на джонина – видимо, джинчурики забыл о наёмниках и всё-таки решил сменить цель.
В глазах мальчика не было ни намека на разум. Чёрные полоски на щеках стали более явными. Клыки вытянулись еще сильнее. Казалось, мальчиком овладели звериные инстинкты и достучаться до него при помощи слов было невозможно. Однако Какаши не терял надежду:
– Наруто, ты сильнее него. Ты можешь...
Закончить мужчина не успел, ибо вынужден был отклоняться от выпада когтистой лапы, что чуть не разодрала ему жилет. Следующие удары раскромсали деревянную чурку – от техники Замены – в щепки.
«Черт, это проблемно».
Убить джинчурики с обновлёнными возможностями Какаши не представляло труда, но вот сдержать – совсем другое дело.
Наруто оказался весьма силён. Судя по скорости и мощи ударов, он сейчас был на уровне среднего джонина. И это лишь с двумя хвостами! Но основная проблема заключалась в том, что Какаши не знал пределов прочности генина и не хотел его покалечить, но с другой стороны, и медлить нельзя, так как после высвобождения четвёртого хвоста Наруто может и не выжить из-за неподготовленного к таким нагрузкам детского тела.
– Гр-ра-а! – от Узумаки разошлась взрывная волна силы, а позади него возле второго отростка из чакры начал появляться третий.
«Вот уж не думал, что мне не придется сдерживаться против генина», – горько усмехнулся Хатаке под маской.
Пока Наруто стоял и поддавался злобе Девятихвостого, Какаши ловкими движениями скинул утяжелители. Хотя в отключенном режиме они весили всего лишь по двадцать килограмм каждый, но даже так Какаши ощутил, как его тело стало словно пушинка. Пока Наруто полностью не отрастил третий хвост, ему следует вывести джинчурики из строя и при этом не слишком сильно того ранить. Задачка не из легких. Но если учитывать регенеративные возможности блондина, то в принципе, главное – не попадать по критически важным органам.