Лысый... шиноби? (СИ)
Генин проигнорировал вопрос Мечника Тумана. Парнишка, нервно стиснув кулаки, всматривался в сторону далёкого леса, куда «чихо-дзюцу» лысого унесло его дорогого Гай-сенсея.
– Думаю, Зверь в нокауте, – ощерился Забуза под маской. – Всё же… – фразу он не закончил, так как напротив Сайтамы появился живой и даже относительно невредимый Гай. – Да как так? Что они за монстры такие?!
– Будьте вдоровы, Файтама-фама! – бодрым тоном произнёс Гай. Врата были временно деактивированы. Джонин, несмотря на то, что не успел применить ни одну из своих коронных техник, выглядел неважно, хотя и не показывал, как ему тяжело.
– Э… спасибо, конечно, – ответил Сайтама. – Но я обычно не болею.
– Йош! – Майто поднял кулак вверх. – Воифтину, Файтама-фама, нафтоящие мувцины не болеют. Продолвим бой?
– Толстобровик, ты уверен? Выглядишь ты не очень.
– Фила Юнофти во мне пылает, как никогда! – заявил Гай.
– Ну, как скажешь, – поскреб висок Сайтама. – Только пыль не поднимай, а то я от неё чихаю.
Гай вновь открыл Шестые Врата и бросился в битву. Сайтама не сопротивлялся. Он даже не блокировал его удары. Видимо, парень о чем-то крепко задумался.
Сайтаму вновь подбросило в воздух. Над ним вдруг возник Гай, который тут же обрушил на лысого град ударов, после чего нанес мощный добивающий ногой:
– Обратный Лотоф!
Парня опять впечатало в землю, хоть и не головой вниз, а плашмя. В месте столкновения с почвой, образовался глубокий кратер. Остатки ударной волны дошли даже до наблюдателей.
Однако Майто на этом не закончил. Ещё находясь в воздухе он прокричал:
– Утренний Павлин!
Землю накрыло бесчисленным множеством огненных снарядов, что срывались с рук Зелёного Зверя.
Казалось бы, после битвы с Акацуки гореть на этом «полигоне» уже нечему. Но Гай вновь сумел удивить, доказывая, что от пламени его Юности может гореть даже камень.
Как только Гай очутился на земле, то тут же отступил как можно дальше от огня.
– Федьмые Врата! Врата Шока!..
Как только синяя аура покрыла его тело, мастер тайдзюцу тут же сложил специальную печать:
– Хирудора!
Из его рук вырвалась светлая энергия, что тотчас оформилась в оскаленную морду огромного тигра. Джонин направил Зверя из энергии прямо в лысого. Только он собрался высвободить всю взрывную мощь техники, как монстра из ауры будто распылило, а следом за этим в облаках над пустырем появилась сияющая золотом и синевой дыра, сквозь которую на землю полился слепящий солнечный свет.
– Эй, я здесь, – послышалось сзади, и Майто ощутил, как его легонько хлопают по плечу.
Гай, обернувшись, в недоумении уставился на партнёра по спаррингу. Тот был абсолютно невредим.
Джонин совсем не чувствовал лысого, полагаясь на зрение и инстинкты, но ранее видел, как тот уклонялся от каждого выпада Асакуджаку, превратившись в десятки размытых силуэтов. Когда Утренний Павлин не подействовал, Гай решил использовать специальный приём в Седьмых Вратах – Полуденный Тигр. Однако Сайтама апперкотом отразил технику в небо, походя уничтожив её, а заодно разогнав тучи.
– В общем, я выиграл, – сказал Сайтама, и вышел вперёд. – Теперь есть бесплатный хавчик на месяц, – чуть тише добавил он.
Лысый вдохнул поглубже и резко выдохнул – все пламя от Асакуджаку погасло, как по мановению руки. Парень обернулся, улыбаясь.
– Отлично, Гэй. Теперь я знаю, кого буду брать с собой на пикник. С тобой спички точно не нужны. Костёр на раз сделаешь.
Гай, отключив Хачимон, упал на колени и ударил головой о землю:
– Файтама-фама, фпафибо вам ва науку. Прошу, фтаньте моим фенфеем!
– Э-э… – Сайтама на мгновение задумался. После чего ответил: – Нет. Забудь об этом.
***
– Забуза-сан, – от воспоминаний Забузу отвлёк голос Хаку.
– Да, Хаку. Мы скоро уходим, – хрипло бросил мужчина.
Парень спокойно кивнул, преданным взглядом пожирая мечника.
Момочи ещё раз оглядел Юки, который воспитывался им как его оружие. И Хаку это полностью принял.
«Оружие всегда должно быть с хозяином… но если вдруг оружие сломается, смогу ли я...»
Он мотнул головой, отогнав дурацкие мысли. За последнее время Хаку стал скорее его щитом, а не оружием. Тот факт, что Хаку готов был защищать Забузу ценой своей жизни, задел какие-то струны в его сердце. Он вспоминал, как Хаку вытащил его из-под носа команды Зелёного Зверя, как ухаживал и приводил в чувства после этого... Вспоминал, как Хаку бесстрашно встал тогда перед лысым монстром, готовый биться с превосходящим по силам противником до самого конца.
Тогда возле дома архитектора Забузе, столкнувшись с такой силой, казалось, что он был ближе всего к смерти. И лишь находясь в шаге от шинигами, Забуза начал осознавать, что Хаку не просто инструмент, не оружие, а…
А, собственно, кто он для него? Младший товарищ, к которому Забуза так привязался и даже проявлял подобие заботы? Напарник? Соратник? Или… может быть, даже… друг?
«Биджевы коноховцы. Лезет теперь всякая ерунда в голову».
– Мы будем прощаться с шиноби Конохи? – спросил Юки.
Забуза не промедлил с ответом:
– Нет, мы уйдём, как уходят шиноби из Кири. Не прощаясь.
– Да, учитель, – склонил голову Хаку. – Позвольте спросить, какова наша следующая цель?
Шиноби задумался. Как только они доберутся до схрона с Мечом, можно идти куда угодно. Остальных туманников из его группы убили. Потому в Стране Волн его больше ничего не держит.
– В Тумане начались какие-то подозрительные шевеления, – протянул Момочи. – Однако нам пока рано туда возвращаться.
Забуза, встретившись с монстрами вроде Гая и Сайтамы, понял, что был словно лягушка на дне колодца. Забуза и Хаку оказались не готовы к такому. Неизвестно, какие противники их ждут в будущем. Поэтому они должны быть более приспособлены к этому миру. Они должны стать сильнее. Гораздо сильнее.
– Пока что мы слишком слабы. Но в будущем это изменится. Мы отправляемся в путешествие, Хаку. В путешествие на поиски силы...
Глава 23
Как только Седьмая команда подкрепилась, то тотчас поспешила убраться обратно в Коноху. Вернее, спешил, как ни странно, обычно спокойный Какаши. Наруто же, напротив, агитировал остальных генинов и наставника проследить за битвой незнакомых шиноби, ведь такая возможность выпадает редко. Но Хатаке пресёк подстрекательские попытки блондина.
— Мы сейчас же отправляемся в Коноху. Это не обсуждается, — потребовал Какаши.