Лысый... шиноби? (СИ)
Он был парнем флегматичным и во многом в жизни плыл по течению. Его единственной страстью три года назад была цель — стать сильней. Но, увы, в конечном счёте, достижение цели не сделало его счастливым. Разумеется, сейчас он хотел найти себя и попробовать нечто новое — и отношения с Анко могли бы стать тем самым глотком свежего воздуха. Тем мотиватором, побуждающим стать кем-то другим. Начать новый виток жизненного пути.
Одно смущало Сайтаму. Он уже давно знает Анко, но раньше она вела себя вполне в рамках допустимого. Почему же её поведение так резко переменилось? Есть ли какая-то причина?..
— Скажи-ка, Сайтама, — отвлёк его от важных мыслей Джирайя. — В чём твой секрет?
— Ты о чём?
— Я о Наруто, — пояснил саннин. — Он буквально боготворит тебя. Называет тебя самым мудрым, самым сильным, самым великолепным и… биджу задери, этот ряд можно продолжать долго. Так как ты смог добиться этого?
— Ну, я ничего толком и не делал.
Джирайя сокрушённо покачал головой:
— Если честно, то мне даже немного завидно. Я угощал его раменом, помогал советами в отношениях с девушками, учил фуиндзюцу и ниндзюцу. Я даже перед уходом уговорил его подписать контракт с жабами. На горе Мьёбоку время течёт быстрее, потому у Наруто будет гораздо больше времени на тренировки, нежели у его противника на экзамене. Фукасаку присмотрит за ним, дабы он не натворил глупостей, как недавно на тренировках с фуин подавления… Знаешь, Сайтама, я сделал всё, чтобы этот парнишка признал меня наставником, но при этом он всё равно прямым текстом заявляет, что ни один шиноби не годится тебе и в подмётки…
— У-а-а… — широкий зевок лысого прервал Джирайю. — Блин, ты слишком много болтаешь. Наруто просто признал мою силу. Наверное, поэтому он так относится ко мне. Я сам не знаю, как так вышло. И чё ты так паришься из-за этого? Какая разница, кого он признает?
— Для меня — большая разница, потому что я — его… — Джирайя спохватился и замолк на полуслове, будто вспомнив о чём-то. — Впрочем, неважно… Сайтама, мне говорили, что ты чрезвычайно силён. Однако, без обид, в это верится с трудом.
— Ну, хочешь — верь, хочешь — нет. Мне-то чё?
— Как командир группы, я должен знать, на что способны члены моего отряда, — осклабился Джирайя. — Пока Какаши отошёл, почему бы нам не схлестнуться в тренировочном поединке? Заодно я проверю твою силу? Так что…
— Не-а, — прервал его Сайтама.
— Но почему? — удивился саннин.
— Мне влом.
Джирайя завис с приоткрытым ртом. Видимо, пытался переварить ответ лысого. Чтобы кто-то отказывался поспарринговаться с одним из легендарной тройки из-за лени? Это, очевидно, не укладывалось в его голове.
— Чё-та этот Какаши запаздывает, — почесал затылок Сайтама. — Может, ты сходишь за ним?
— Хм… и вправду, — вышел из ступора саннин. — Что-то его долго нет. Да и сенсорикой я его поблизости не ощущаю.
— Может, ему поплохело? — предположил Сайтама. — Вот и отошёл… помню, в нашу прошлую встречу он выглядел болезненным…
Джирайя пожал плечами, но, сложив пожитки обратно в многоразовый фуин-свиток, заявил, что проверит, где носит Копирующего Ниндзя…
***
Природа и климат Страны Огня нравились Какузу намного больше дождливого Аме. Парадоксально, однако, несмотря на относительно малое количество годовых осадков, местные деревья отличались повышенной пышностью крон и немалым размером, что отлично подходило для засад.
В Стране Огня он поймал немало жертв из Книги Бинго. К слову, его путь наёмника начался после первого поражения, коим стала встреча с Сенджу Хаширамой ещё полвека назад. Всё же того парня не просто так нарекли «Богом шиноби». Повезло, что Первый Хокаге был на тот момент в хорошем расположении духа и относительно миролюбиво настроен, потому дал сбежать охотнику за головами. Если бы старейшины Такигакуре не приказали Какузу пойти на столь самоубийственную миссию, он бы никогда не стал тем, кем он есть. Не стал бы отступником, ценящим лишь собственную жизнь и деньги.
Какузу опустился перед озером на корточки и набрал флягу. В кристально чистой воде плескались серебристые кунимасу. Во многих странах этот вид рыб считается вымершим. Но не здесь.
— Знаешь, Какузу, — подал голос Хидан, смачно пожирая яблоко. — Мне маманя в детстве говорила: «Не пей воду из озера — в ней рыбки ебутся…»
— Хм… и где сейчас твоя мать? — спросил Какузу, проигнорировав часть о рыбках. Флягу с ледяной водичкой он сунул за пазуху.
— О… я её грохнул, — беззаботно поведал культист. — Вырезал её кишки, закрутил вокруг шеи и повесил… она сдыхала в муках…
Охотник за головами поморщился. Об этой истории он не знал. Впрочем, несмотря на мимолетное омерзение к поступку сумасшедшего шиноби, ему было глубоко плевать, какое прошлое имеет Хидан.
Заметив его реакцию, Хидан оскалился:
— Поверь, Какузу, моя маманя была той ещё блядью. А батю своего я и не знал никогда, ибо среди той толпы ебарей, что её отпердолили, точно определить, кто реально был моим батей — нереально.
— И ты только за это её убил? — поинтересовался Какузу. — За то, что она была шлюхой?
— Чё? — раскрыл рот Хидан. — Шутишь? Конечно, нет. Я грохнул эту блядь, потому что она отказалась принять Джашина-саму!..
— Какузу-сан, — к двойке нукенинов подошёл двухголовый звуковик с серо-голубыми волосами. — Джиробо поймал кабана. Вы будете…
— Я не голоден, — сухо перебил наёмник.
Сакон перевел вопрошающий взгляд на Хидана. Но тот лишь хмыкнул:
— Вместо кабана я предпочту разделать того жирдяя, что его поймал… или тебя…
Сакон немного взбледнул, а челюсти плотно сжались, выдавая нешуточное напряжение.
— Ха-ха-ха… — рассмеялся Хидан. — Расслабь булки, ушлёпок, вы пока можете быть нам полезны. Так что живите… И нет, я тоже жрать не хочу, — закончил он, выкидывая яблоко.
Сакон молча ушёл к своей группе Звука.
Какузу должен был признать, что детишки оказались весьма сильны, особенно под вторым уровнем Проклятой Печати. Оттого в бою могли представлять угрозу даже элитным джонинам. Они и по отдельности оказались довольно умелые, а уж работая в команде, смогли доставить Хидану определённые хлопоты.
Орочимару хорошо их натаскал. А эксперименты с вживлением джуин помогли им овладеть занятными дзюцу.
Но для победы над Какузу и Хиданом этого всё ещё было недостаточно, особенно против их «обновлённых версий». Хидан за короткий срок стал искусней в обращении с косой, а также подтянул физическую силу. А охотник за головами получил хорошие сердца, позволяющие использовать мощные техники. Особенно радовало приобретение сердца Ягуры. Было бы здорово получить ещё и сердце джинчурики Четырёххвостого, но тело последнего забрал в свою коллекцию Сасори, сразу после извлечения биджу.