Лысый... шиноби? (СИ)

Из примечательного — одна девица во время бега держала подмышкой хрюшку, вторая — аналогичным образом сжимала крупного белого слизня.
Женская половина горожан провожали фигуры куноичи завистливыми взглядами. Мужчины пускали слюни на пробегающих мимо них красоток (особенно на блондинку), даже не обратив внимание на того, за кем они бегут.
Вскоре загадочная троица скрылась в клубах пыли далеко за воротами.
Все потихоньку начали возвращаться к своим делам, и только сидящий мужчина в парке, широко раскрыв рот, пытался прийти в себя. Карандаш с блокнотом выпали из его рук. Он встал с лавочки и приложил руку к протектору с рожками, на котором было выбито кандзи «Масло», и посмотрел вслед убежавшим шиноби.
По его щеке стекла одинокая слезинка, а губы немного задрожали.
— Какаши, — шепнул он.
Мужчина тряхнул головой, взлохматив вихры беспорядочно торчащих белых волос. Затем, гордо подбоченившись, с достоинством произнёс:
— Моя школа!..
 Глава 37 
Анко спала сладким беззаботным сном. Ей снился Сайтама, пригласивший её на свидание и подаривший огромный букет роз. Во сне образ лысого был настолько идеализирован, насколько это вообще может быть во сне. Сайтама в её мечтаниях не носил это жуткое нечто вырвиглазной расцветки, вместо этого он оказался облачён в синий брючный костюм, пиджак почему-то был надет на голое тело, никакой рубашки с галстуком не было, но так казалось даже лучше.
После ужина в дорогом ресторане они гуляли по вечерней Конохе, держась за руку. Потом зашли к нему на чай. Она не до конца осознавала, что это сон, иначе уже давно бы запрыгнула на него, вне зависимости от места действия. И вот они уже подходят к постели. Сайтама снимает пиджак и…
Противный звенящий скрежет прервал её грёзы.
Она раскрыла глаза, не сразу определив, где находится. И только через пару мгновений до неё дошло, что она в госпитале Конохи, а разбудил её звук пожарной сигнализации. Она застыла в постели. У неё всё равно нет водных техник, а серьёзных пожаров в больнице отродясь не бывало, все сразу тушили санитары. Скорее всего, это какая-то проверка или учебная тревога для медперсонала, значит, ей не нужно переживать… Но этот раздражающий звук.
Анко поморщилась и прикрыла уши руками. Помогло это не сильно. Тогда она засунула голову под подушку.
Но и это не сработало.
— Да биджу вас задери! — прошипела Митараши и встала с больничной койки. Она ещё не до конца восстановилась после ударной дозы «лекарств» от Кабуто, потому её слегка шатало. Однако даже так, держась за стеночку, она добралась до двери, чтобы выглянуть в коридор и выяснить, чего же там такое происходит.
Не успела она повернуть ручку двери, как звон прекратился.
«Точно учебная тревога», — подумала Анко и с облегчением пошла обратно в постель.
Состояние было далеко от хорошего, и всё ещё хотелось спать. Она ругала чёртовых ирьёнинов, неужели они не могли сделать так, чтобы тревога прозвенела позже?
Глаза начали слипаться, но дверь в палату отворилась.
Анко ожидала увидеть ирьёнина, но вместо этого в проходе появился тот, кто ей недавно снился.
— О, ты уже не спишь? — сказал Сайтама и зашёл, прикрыв за собой дверь.
В руке у него была сумка с продуктами. В глазах Митараши начала скапливаться влага.
 
Неужели это правда? Неужели Сайтама пришёл проведать её после произошедшего в Лесу Смерти? Вдобавок ещё и принёс ей поесть. Живот её заурчал, ожидая, что его наконец набьют вкусняшками.
Лысый сел на стул возле её кровати и поставил пакет рядом:
— Ну и утречко, я чуть деньги не профукал сегодня. Этот Орочи никак не утихомирится. Чуть опять не сбежал. Надеюсь, в этот раз его хорошо зафиксируют.
Анко пыталась осознать, о чём толкует Сайтама. Но получалось плохо, мозг мог думать только о еде. Желудок опять выдал требовательную руладу. Анко уже очень давно ничего не ела.
Её напарник, видимо, это услышал и улыбнулся. После чего полез в сумку.
«Надо же, он меня сейчас будет кормить», — подумала Анко. Сайтама вытащил банан и, чуть ближе наклонившись к ней, стал снимать кожуру.
Надо ли ей протягивать руку, чтобы взять банан? Или же Сайтама покормит её сам? Ками, как же это смущает!
Её щёки покрылись румянцем. Анко всё же решила не торопить события, едва слышно пискнув слова благодарности, она немного приподнялась на локтях и протянула руку, чтобы взять еду, однако…
— Ом-ном-ном, а фрукты у этой старушки неплохи, — парень быстро снял кожуру и откусил больше половины банана, расслабленно откидываясь на спинку стула.
Анко ожидала, что вторая половина будет отдана ей, но не успела моргнуть и глазом, как от банана осталась лишь кожура, которую Сайтама нагло кинул на тумбочку возле её койки.
— Э?.. — на лице Митараши застыло выражение почти детской обиды.
— Ну что, ты уже себя получше чувствуешь? — проговорил Сайтама, уплетая уже третий банан. На очереди шла пара яблок, которые он положил себе на колени.
— Да, я в норме… Сайтама, а фрукты ты…
— Купил себе на перекус, — сказал лысый, догрызая второе яблоко. Анко и забыла, с какой скоростью этот парень способен уплетать за обе щёки.
— А можно мне?.. — во взгляде Митараши читалась мольба.
— Да, конечно, — кивнул Сайтама, покончив с третьим яблоком. Анко улыбнулась. Всё же ей тоже кое-чего перепадёт. — Денег дай — я позже куплю тебе.
— А-а?
— Что такое? — не понял Сайтама, вновь переходя на бананы.
Анко хотела было возмутиться, но из окна в комнату запрыгнул анбушник в маске енота.
— Приветствую, Сайтама-сан! — склонился он в уважительном поклоне.
— Даров.
— Хокаге-сама приказал уведомить вас, что сумма за поимку нукенина пока не может быть выдана вам одним платежом. Коноха выплатит вам вознаграждение в течение нескольких месяцев.
— Агась, — кивнул лысый, — все нормально, главное, чтобы в конечном счёте заплатили. Но мне вот, чего интересно. Я ведь поймал Орочи дважды. Значит ли это, что мне причитается двойная награда?
— Кхе-кха-кхах… — анбушник подавился слюной и закашлялся.
— Чё случилось? Попало чего в горло? — забеспокоился лысый. — Может, тебе мандаринку дать? — Сайтама в мгновение ока очистил мандарин и, казалось, готов был запихнуть оный прямо анбушнику под маску.
— Кхе… нет, спасибо.