Виват, Королева! (СИ)

— Я не верю, не правда.
— Даже я далекий от финансового рынка и всей этой ереси, понимаю, о чем он говорит, — Исаев продолжал улыбаться, наливая себе новый бокал.
— И мне плесни, — Зимин по-молодецки достал из буфета пустой бокал и подставил Исаеву, — Я, если честно ахуел. И что самое главное, что не особо радует, что большинство его партнеров об этом в курсе, то есть пройдет какое-то время, я не знаю, день, два, месяц и все эти люди, которым он должен, придут за деньгами к тебе. Я сегодня разговаривал с Лешкой Трибунцевым, он в теме, попросил, чтобы я организовал ему встречу с тобой, познакомиться там и все такое. Ну, просто он тоже денежки свои вложил, а как бы ни ответа, ни привета. Гордеев его завтраками кормит, а конкретики никакой не дает. Человек переживает.
— Поздравляю вас, Вера Николаевна, ваш отец — глубоко порядочный человек, — Артем достал из кармана брюк пачку сигарет, доставая одну и подкуривая, — И что делать теперь?
Вера рассеянно перевела взгляд на Самохину, которая делала вид, что изучает свой маникюр, но краем глаза все равно косилась на бумажки, разбросанные Верой на столе.
— Лен, а ты какими судьбами здесь вообще?
— Ой, да случайно на самом деле, — блондинка выпрямилась на диване, стоило только обратить на нее внимание, заулыбалась, — Я была в кафе, увидела там Мишу, он обедал со своим другом, ну решила подойти, поздороваться, он потом предложил подбросить до дома, а по пути заехали сюда… Ну фактурненько тут у вас, нормально так.
Все втроем разглядывали Самохину, сидящую на диване, пока она хлопала длинными ресницами, разглядывала их в ответ. Мишка забавно крякнул, а потом, поправив очки, тряхнул головой и вернулся к папке.
— Можно конечно попробовать признать сделку недействительной, но опять же, для этого нужны веские основания, вряд ли поверят, что ты подписывала договор под принуждением или находясь в невменяемом состоянии, потому что бумаги составлены грамотно, там вообще не подкопаешься. Отчуждение права собственности тоже под вопросом — тонущий корабль не нужен никому. Этим вопросом надо заниматься основательно, я просто узнал по факту, что мы имеем, а как это исправить, пока не знаю. Надо посоветоваться с умными людьми.
— То есть, если не выплатить долги, меня могут убрать…
— Теоретически да, но это крайний случай, я думаю, что тебя долго будут доить, потому что убирать тебя не особо выгодно, — Зимин деловито поправил очки и взлохматил волосы.
— Не неси хуйню, Миш, — влез Исаев, — А ты блять даже думать об этом забудь, никто не будет марать руки об малолетнюю девчонку.
— Так в том то и прикол…
— Ты меня, не слышишь что ли? — Артем ударил кулаком по столу, — Мишка займется этим вопросом, а я проломлю башку твоему папаше, и все сразу встанет на свои места.
— Ну, если вы пришли к какому-то решению, может тогда выпьем за встречу, м? — Самохина подкралась незаметно, подставляя два пустых бокала Исаеву под руку — для нее и для Веры.
Клинкова, психуя, и сдувая прилипшие ко лбу пряди волос, изо всех сил пыталась затянуть непослушные шнурки корсета.
Замерла, вглядываясь в зеркало, после того как в голове, назойливой картинкой всплыла гримерка «DOLLS» и Антонина, которая затягивала этот корсет так умело и так мастерски, словно делала это не раз.
Сейчас она понимала, что бояться нечего, Исаев тогда четко установил границы дозволенного и свою территорию, защитив тем самым Веру от подобного рода вмешательств. Но воспоминания не стереть и не выкинуть, и несмотря на пройденное время, девушка все равно передергивала плечами, задавая себе только один вопрос: а что было, если бы он не пришел?
Ладно, так или иначе, все в прошлом, поэтому сейчас только и оставалось, что скрасить, слишком сложные, морально тяжелые будни, костюмированной вылазкой.
Вера тяжело вздохнула в очередной раз, зажимая шнурок зубами, пока руками поправляла атласные шлевки на спине, затягивая их потуже. Вытащила из-под вороха одежды «плюшевую» юбку, натягивая ее поверх черных атласных трусиков, параллельно подтягивая чулки.
Когда внизу громыхнула входная дверь, Вера ойкнула от неожиданности, наспех обводя губы яркой помадой и надевая туфли.
— Малыш, — позвал Артем снизу, а потом звякнула дверь стеклянного бара и мужчина, судя по всему, достал бутылку.
Вера медленно спускалась по лестнице, придерживаясь за перила, чтобы неловко не поскользнуться и не распластаться прямо перед Артемом.
— Что у нас на ужин? — Исаев повернулся, так и не донеся бокал до рта, нахмурился, — Та-а-а-к.
— Я ожидала несколько другой реакции…
Исаев вздохнул:
— Где ты это взяла?
— В твоих вещах. Не нравится?
— Я думал, это не нравится тебе, — мужчина все-таки сделал глоток из бокала и отставил его на кухонный островок посреди кухни.
— Тогда почему не выбросил?
— Вер… Я не знаю. Давай выбросим сейчас.
Клинкова заметно поникла, обнимая себя за плечи и снимая неудобные туфли прямо в пороге.
— Что-то случилось? Ты неважно выглядишь.
— Сегодня встречался с Гордеевым, пытались решить свои вопросы мирно…
— Но?… — Вера в нетерпении поджала пальцы на ногах, приваливаясь плечом к дверному косяку.
Артем отвернулся к окну, снова хватаясь за бокал:
— Но не вышло. Расхуярили «Алые Паруса», Ярика привалили, еще несколько пацанов подлатать надо будет. Витька твой сегодня слишком яростно защищал своего хозяина, тоже получил по ебалу, нормально так.
Вера сорвалась с места, хватая Исаева за воротник и заглядывая под футболку.
— Почему ты не сказал, что пойдешь к нему? — Рыжая неожиданно разревелась, обнимая мужскую шею, после того как не нашла никаких следов, — Я не переживу, если с тобой что-то случится. Слышишь меня?
Артем обнял девичью талию, прижимая девушку к себе и утыкаясь носом в распущенные волосы. Гладил ее по спине, шепотом просил успокоиться, потому что сил смотреть на ее слезы не было.
Она в такие моменты будто снимала с себя маску. Менялась на глазах. И не было больше этой роковой соблазнительницы, этого лукавого прищура, которым она так манила всех мужиков вокруг себя. Даже в этом блядском прикиде, она сейчас была похожа на маленькую девочку, с этими глубокими зелеными глазами, в которых стояли слезы.
Она действительно беспокоилась, переживала.
И Артем, буквально на мгновение представил, что очередная такая сходка, может закончиться иначе, и он может больше ее не увидеть.
— Я дома, малыш, все хорошо. Ну, не плачь, — он продолжал ласкать пальцами ее лопатки, чувствуя, как всхлипы затихают и Вера понемногу успокаивается, — Так что у нас на ужин, я злой, голодный серый волк, что мне приготовила Красная Шапка, м?
Вера вытерла растекшуюся тушь и пристально посмотрела на Исаева.
— Вообще-то, на ужин у тебя должна была быть я, — она в детской манере, хлопнула его ладонью по плечу, — Но я вижу, что ты не особо настроен.
Мужчина усмехнулся:
— Негоже ужин с десерта начинать, Вера Николаевна, вас в детстве не учили?
— Хорошо, Артем Александрович, на ужин у вас индейка под сливочно-чесночным соусом.
— Неплохо, — Исаев улыбнулся так, по-доброму, потрепав Веру по макушке, — Тогда приглашай к столу, хозяйка, а я пока руки помою.
Вера провожала его спину до тех пор, пока он не скрылся из поля зрения, и даже тогда, когда услышала, как он открыл кран в ванной.
Господи, Спаси его и Сохрани.
«Ни о чем больше не прошу».
Клинкова неосторожно звякнула фужером об столешницу, чувствуя, как выпитое вино дает о себе знать. Она потянулась, вытягивая ноги, лежащие на коленях у Артема, пока тот с каким-то остервенением доедал уже второй кусок индейки, попутно заталкивая в рот и картошку, и соленые огурцы.
— У Захара день рождения в четверг, нужно будет в магазин игрушек заехать, велосипед ему купить.
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍- Купим, — согласился Исаев, не отрывая глаз от тарелки.