Виват, Королева! (СИ)

— Хорошо, — Вера махнула рукой, забираясь на кровать и усаживаясь напротив Артема, у него в ногах, — Когда мы отмечали мой день рождения, в эту ночь почему-то был рейд, вас всех поголовно замели в Бутырку, Жломского не тронули…
— Не аргумент, — Исаев сел на кровати, отрицательно качая головой, — Мусора пришли по нашу душу, они прекрасно знают, что Жломский сторонний наблюдатель и может работать как угодно и с кем угодно. Он на нейтральной территории, ему поебать, главное, чтоб бабки платили.
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍- Никто до последнего дня не знал, где будем праздновать, откупали ведь и «Адонис» и на «Ручей» делали ставку, решилось все в последний момент, но накрыли и нас и «Адонис», а перед этим его еще и пасли несколько дней. А организацией занимался Жломский.
— Мы специально так сделали, чтобы чужие не узнали, решили перестраховаться лишний раз, потому что был слушок, что могут гости нагрянуть, — Исаев задумчиво почесал подбородок и свесил ноги с кровати, хватая с тумбочки пачку сигарет, — Блять, ну это так тупо. Стукануть мог кто угодно, почему именно Жломский.
— Ладно, а когда приезжал Аслан, очередная вылазка в ресторан, когда в нас с тобой стреляли, Жломский не поехал со всеми, остался, нес какую-то пургу по аптеку или не про аптеку, дождался, пока мы выйдем из офиса…
— И что? Ты хочешь сказать, что это он рассказал? Кому? Гордееву?
— Неизвестно было, на какой машине мы поедем, Костя уехал раньше, на твоей, логично было бы, если бы стреляли по ней, но нет. Только Жломский знал, на какой машине мы поедем, — Исаев нахмурился, раскрыв рот, для того, чтобы что-то сказать, но передумал, снова гипнотизируя Веру и затягиваясь, — Где был Жломский в тот день, когда Гордеев попал в больницу?
— Да я откуда знаю… Давай только не будем, это детский сад, подозревать его в этом. Случайность.
— Случайность? Ты до сих пор веришь в случайности? В своей жизни? Ты серьезно? Просто меня удивляет одно, что он совершенно не побеспокоился о том, что это уж слишком на виду, прямо у тебя под носом, а так, почему бы и нет? Поехал разведать как и что, не грохнули ли хозяина. К тому же, все его счета находятся в «Альянс Инвест», а кто у нас владеет «Альянс Инвест»? Правильно — Гордеев. Он по старой дружбе дал Жломскому кредит на довольно крупную сумму, под очень маленький процент…
— Откуда ты все это знаешь? — Исаев недоверчиво покосился на девушку, параллельно стряхивая пепел в пепельницу.
— Когда происходит подобное дерьмо, каждая мелочь может быть важна… Не важно, откуда я это знаю. Знаю и все.
— Вер, мне не нравится, куда ты клонишь.
— А мне не нравится, что ты до сих пор ведешь себя как слепой котенок. Мишке пробили голову и кроме нас и Жломского, который на удивление был с нами до конца, никто не знал, что Зимин поедет домой один, без охраны, без девки своей, чем не шанс вывести его из игры?
— Блять, у меня бошка пухнет, правда. Да нахуй я не верю, что это может быть он, — Артем встал с кровати и подошел к окну, нервно отдергивая штору.
— Жломский с самого начал знал, что я дочь Гордеева, именно поэтому он так противился тому, чтобы ты брал меня на работу и позволил мне заниматься делами офиса. Он всю дорогу мне тонко намекал, что мне лучше не лезть туда, куда не следует, а когда я начала его подозревать, он ведь тоже не дурак, сразу это понял, начала мешаться под ногами, потому что несмотря на то, что мы с Гордеевым родственники… — Вера прочистила горло, — Работаю я, грубо говоря, все равно на тебя, а значит мешаю ему. Ну и финалочка: на днях у нас состоялся довольно интересный разговор, в котором я ему намекнула, что знаю для чего, как и зачем строится этот детский дом, что посвящена в круг важных вопросов, и что собираюсь заниматься делами приюта, а на следующий день ко мне приезжает твой этот Лёня Хомут и прямым текстом говорит мне, что если я не оставлю то, что задумала, меня уберут.
- Ты идиотка? Нет, скажи мне, ты идиотка? — голос Исаева неожиданно сорвался на крик, — Как блять тебе еще объяснять? Ты вообще понимаешь, что ты сделала? Мозги у тебя есть, дура? Ты мне сейчас так спокойно заявляешь, что тебе угрожали, как будто воды попить.
— А что мне надо было сделать?
— Язык в жопу засунуть, вот что тебе надо сделать было. Господи, какая дура, — Исаев прижал ладонь ко лбу, а потом набрал полную грудь воздуха и впечатал кулак в рядом стоящий шкаф, — Я стараюсь, как можно дальше увести тебя от этой хуйни, а ты мне сейчас говоришь, что собственноручно лезешь в это все. Да я тебя сам убью.
Исаев ревел зверьем. Вера закусила губу, наблюдая, как от злости у него вздулись вены на висках.
— Гордеев должен знать, что мы не бездействуем…
— Да сука, кто «мы»? Кто «мы»? Ты не то, что лезть в это не можешь, ты вообще должна бояться спросить у меня, что-то по поводу этого приюта. Идиотка блять, — Исаев глубоко задышал, оставляя еще одну вмятину на стенке шкафа, — Значит так, слушай меня внимательно. Сейчас собираешь вещи, самое необходимое, а я покупаю тебе самолет до Питера, полетишь немедленно. Будешь сидеть там ниже травы, тише воды, и если только попробуешь пикнуть, я отверну тебе твою тупую бошку, много не потеряешь, потому что мозгов в ней все равно нет.
— Я не могу сейчас уехать, — Клинкова подскочила к кровати, поправляя волосы, — У меня дела. Очень срочные.
— Ты издеваешься? Я сказал, что ты улетаешь сейчас же…
— Да не полечу я. По крайней мере сейчас, не сегодня. Закончу свои дела и тогда решим этот вопрос…
— Этот вопрос решен, и он не обсуждается. Ты никуда не пойдешь… Сука, да почему все это происходит со мной? Почему я должен возиться с тобой, когда время решать другие вопросы? За какие грехи ты мне блять такая досталась? Почему ты просто не можешь послушать то, что тебе говорят, ради твоей же безопасности…
— Ну пожалуйста, — захныкала Вера, медленно подходя к Артему и обнимая его поперек пресса, — Мне очень надо. Я пообещала, что приду.
— Нет. Я сказал, нет. Отвали Рыжая, ты никуда не пойдешь, особенно после того, что ты мне только что рассказала.
— Ну Тём, мне надо встретиться с подружкой, очень важная встреча, и после нее я улетаю в Питер, идет? — Вера повисла у него на шее, оставляя короткие поцелуи на мужской шее, — Я ненадолго. Даже не буду против охраны.
— Конечно не будешь, иначе ты хуй куда поедешь. Из-за тебя переломали мне Глеба, Вовка еще не скоро очухается… Я не знаю, кого с тобой отправить.
— Я позвоню Косте, он приедет и отвезет меня, — Клинкова запрыгнула на Исаева, обвивая его поясницу ногами, — Пожалуйста, Тём.
— С Костей вопрос решенный. Он нахуй тут не нужен.
— Нужен. Он мой друг.
— Без мозгов твой друг, также как и ты. Нет, Костя сразу нет.
— Тогда я сбегу без твоего ведома и без твоей охраны…
— Тогда ты получишь по жопе, — Исаев в подтверждении своих слов, больно шлепнул по женской заднице, вынуждая Веру подскочить, — Не в твоих интересах ставить мне сейчас условия.
— Верни Костю.
— На колени.
Вера замерла, вглядываясь в темнющие карие глаза, а потом медленно расцепила скрещенные лодыжки и сползла с Исаева на мягкий ковер. Артем снова набрал полную грудь воздуха и прикрыл глаза, когда в тишине комнаты лязгнула пряжка ремня.
Вера почти не дышала всю церемонию. Взволнованно, с каплей зависти, наблюдала, какая красивая, а самое главное влюбленная в своего мужчину Софа, смотрела Андрею в глаза и тепло улыбалась. Как нежно держала его за руку и всю дорогу что-то шептала ему на ушко. Никольский хоть и старался быть сдержанным, но все равно не смог скрыть горящих глаз и несдержанного, облегченно выдоха, после того как Софа ответила «Согласна». Это было поистине удивительным, вдохновляющим событием, которое Вера переживала с доброй грустью, наблюдая за влюбленными. Тайная свадьба, несмотря на обстоятельства, после которой обязательно будет грандиозный скандал и долгие годы совместной жизни, Вера очень хотела верить.