Бархатная смерть
– Как это не было? Она была там. Я ее видела. Я с ней говорила.
– Она была у себя дома, за много кварталов от притона, названивала своему мужу по мобильному и оставляла сообщения на голосовой почте, пока вы резали ему глотку. Пока вы выходили из ванной в хирургическом костюме, заизолировавшись, вооружившись шестидюймовым зазубренным ножом, которым распахали ему горло, она была дома, ходила взад-вперед, старалась ему дозвониться. А в это самое время вы следили, как он истекает кровью, потом оттяпали ему член, потом вылезли в окно на пожарную лестницу. Потом вы, как вам казалось, просто «летели по воздуху» и пролетели десять кварталов до того места, где оставили свой «Мерседес», нью-йоркский номер «Э АВА», на заранее зарезервированной парковке.
«А ведь и вправду кайф, – подумала Ева. – Что там говорила Пибоди о приятной щекотке?» Приятная щекотка разливалась по ее телу, пока она следила за лицом Авы.
– У меня есть установленные время заезда и время выезда. Время выезда – через двадцать одну минуту после наступления смерти Кастера. А вот еще кое-что. Вы заизолировались, но не учли, какие грязные окна в этих грязных притонах, какие жуткие подоконники, как вся эта дрянь могла прилипнуть к подошвам ваших туфелек. Туфельки у вас – зашибись. Мы их обработаем, эти ваши туфельки, Ава. Я готова поставить на них. – Ева пожала плечами. – В общем-то, это особого значения не имеет, раз уж вы признались под протокол, что были там.
– Но я объяснила вам почему! И этот человек был жив, когда я ушла. Какой смысл мне был его убивать? У… уродовать его таким чудовищным образом после смерти? Я его даже не знала!
– Вы сами сказали, какой смысл. Если бы Кастер не был убит, ваш муж остался бы жив. Видите вот это? – Ева постучала ногтем по телефону. – Кусок дерьма, как я уже сказала. Большинство людей уверены, что эти дерьмовые одноразовые штуки вообще не хранят записи разговоров. Но знаете, эти наши электронные асы… Они настоящие волшебники. – Ева ослепительно улыбнулась. – «Хорошая девочка». Помните, как вы сказали это Сьюзен? С благоуханных берегов Санта-Люсии, когда она доложила, что задание выполнено? Хотите сами послушать?
Ева нажала на кнопку воспроизведения, и из аппарата раздался голос Авы: «Хорошая девочка».
– Они почистят запись, но я хотела, чтобы вы прослушали сразу, как только они ее восстановили. Как это любезно с вашей стороны – похвалить Сьюзен.
– Это нелепо, а вы просто смешны. Сьюзен убила своего мужа и моего, разве это не очевидно? Должно быть, она страдает каким-то ужасным душевным расстройством. А что касается этого телефона, на протяжении последних месяцев я много раз с ней разговаривала.
– С Санта-Люсии? Они отлично умеют пеленговать такие разговоры.
– Я этого не припоминаю. Возможно. Не исключено.
Опять Ева ощутила приятную щекотку, заметив, как на шее у Авы запульсировала жилка.
– Ваши предыдущие показания: вы не говорили и не контактировали со Сьюзен Кастер с той ночи, когда ее муж был убит.
– Возможно, я ошиблась на этот счет.
– Нет, вы не ошиблись, вы солгали. Ложь вас и сгубила. Вы в ней запутались. У вас был весьма надежный план, это я готова признать. Но нет чтобы сделать все по-простому! Вам непременно надо было нагнать изысков, выставить себя героиней, мученицей, верной, любящей, страдающей женой. Вам обязательно надо было унизить вашего мужа, представить его таким, каким на самом деле он вовсе не был. Вы хотели заставить его заплатить за все те годы, что вам приходилось притворяться, разыгрывая любящую жену. Он никогда не снимал проституток, никогда не изменял вам, никогда не требовал от вас извращенного секса.
– Вы не можете знать, что происходит между мужем и женой за дверями их спальни.
– Это вы так думаете, потому что вам хочется так думать. Но я знаю наверняка, что никто из знавших его лично или имевших с ним дело не подтвердит ваших слов. Я могу доказать, что вы подменили витамины, которые он принимал на ночь, снотворным средством в то самое утро, когда улетали на Санта-Люсию. Я могу доказать, что вы вступили в сговор со Сьюзен Кастер с тем, чтобы каждая из вас убила мужа другой. Я могу доказать, что вы пытались подбить на это по крайней мере еще двух женщин, закидывали удочку, прежде чем остановились на Сьюзен.
– Это ничего не значит. Все, что вы говорите, не имеет смысла…
– Я еще не закончила, – перебила ее Ева. – Я могу доказать, что ваш свекор, чье убийство я тоже повешу на вас, дайте только время, был недоволен тем, как вы тратите деньги, предназначенные на благотворительные программы.
– Нелепость! – Но Ава вздрогнула всем телом. – Абсурд.
– Можете продолжать так думать, – великодушно разрешила Ева. – Убийство Реджинальда Эндерса положило начало вашим долгосрочным планам. Я могу доказать, что вы не только говорили со Сьюзен Кастер после убийства Кастера, вы вступили с ней в прямой контакт. Оставили машину на стоянке – опять же заранее зарезервированной – в нескольких кварталах от ее дома и подошли к ней на улице, где вас видели и опознали свидетели. Черное элегантное пальто с меховой опушкой. Свидетели уже дали показания под протокол. Я могу доказать, что вы поехали на стоянку для отдыха имени Александра Гамильтона, где вас также видели и опознали.
– Она меня шантажировала.
– О, я вас умоляю!
– Когда она убила своего мужа, она начала меня шантажировать. Сказала, что вызовет полицию, скажет, что у меня был роман с ее мужем, что ей стало известно о нашем свидании в тот вечер. Я была в ужасе. Я встретила ее в тот день возле ее дома, чтобы отдать ей последний платеж. Я ей сказала, что он должен быть последним, и она рассвирепела. Наверно, поэтому она и убила Томми.
– И сколько она из вас выдоила? Быстро, быстро, – приказала Ева, увидев, что Ава заколебалась. – Сколько?
– Двести тысяч долларов.
– Промах. Надо было назначить цену пониже. Ей негде спрятать такие деньги, а вам неоткуда было их взять, не оставляя следов.
– Я продала кое-что из драгоценностей.
– Нет, Ава, нет. – С тяжелым вздохом Ева придвинулась к ней. – Вот теперь вы меня разочаровываете. Я была о вас лучшего мнения. Мы же можем все это проверить. Но вернемся назад. Во-первых, у Сьюзен кишка тонка, да и мозгов не хватит, чтобы шантажировать кого бы то ни было. Идем еще дальше назад. Ее не только не было в номере, когда Нед получил свое, она слишком мала ростом, она не могла нанести ему смертельный удар. Это установленный факт судебной экспертизы, жюри присяжных давно навострились такие вещи понимать. Это ваших рук дело на все сто. Свидетели, судебная экспертиза… согласно вашим собственным словам, вы были там, на месте преступления.
– Она не пришла. Она не пришла, как мы условились, а он напал на меня.
– Кто? Давайте говорить конкретнее, раз уж у нас дорога так петляет.
Ава схватила свой стакан и выпила.
– Муж Сьюзен.
– Нед Кастер напал на вас?
– Да. Он требовал секса. Я ему сказала, что сейчас придет Сьюзен, и он разъярился, бросился на меня. Я была в ужасе. Вы должны меня понять. Он хотел меня изнасиловать, поэтому я схватила нож.
– Откуда?
– Что?..
– Быстро! – рявкнула Ева, и Ава отшатнулась в страхе. – Откуда взялся нож?
– У… у него. У него был нож. Он угрожал мне ножом, мы боролись. Я его ударила, защищая свою жизнь.
– Другими словами, вы убили Неда Кастера.
– Да, да, но это была самооборона. Он буквально обезумел, размахивал ножом, кричал… Порвал на мне одежду. Я была в ужасе.
– Я приму признание, но не оправдание. И жюри присяжных тоже его не примет. Опять речь идет об элементарной экспертизе, Ава. Вы нанесли ему удар сзади.
– Мы боролись.
– И в пылу борьбы вы нанесли ему один чистый, прямой удар. Никаких оборонительных ранений, никаких следов борьбы на его теле или в гостиничном номере. Вы точно сделали свою работу.
– Мне нужен адвокат. Немедленно.
– Да, конечно. Ну а пока мы ждем вашего адвоката, – Ева начала аккуратно собирать папки и пакеты с вещественными доказательствами, – я пойду поболтаю со Сьюзен. Наверняка она уже здесь.