Бархатная смерть

– Ну и где они?
Рот Пибоди открылся сам собой. Она тут же надулась, ее взгляд скользнул в сторону.
– Ну…
– Вот именно. – Ева поставила коробку с тортом поверх автоповара. – Что у тебя еще есть, кроме съеденных пончиков?
– Я же не одна их съела! А ты их оставила, так что… Ну ладно. – Пибоди съежилась под грозным взглядом Евы. – Я получила имена, уже начала проверять. К твоему сведению, там есть миссис Тиббл. Она работала вместе с Авой Эндерс над многими проектами.
– Я думаю, мы можем вычеркнуть ее из списка.
– Да уж, – кивнула Пибоди. – Есть еще жена мэра и куча других знаменитостей.
– Не надо сбрасывать их со счетов. Добровольцев и персонал тоже надо учитывать, но первым долгом мы должны сосредоточиться на участницах программ. На женщинах, перед которыми Ава разыгрывала роль благодетельницы.
– Есть кое-кто с уголовным досье, есть лицензированные компаньонки.
– Держи их в верхних строчках списка. Я пытаюсь ее вычислить. Кого она выберет: кого-нибудь с полезным опытом, с тенденциями, склонностями или кого-то без примет, женщину, которая не засветится на полицейских радарах? – Ева подошла к окну и выглянула наружу. – Она не ожидала, что мы до этого доберемся, что мы сюда заглянем. Но человек, планирующий все в таких деталях, как Ава, должен учитывать все возможности. Кого же она выбрала?
– Есть вопрос поинтереснее, – заметила Пибоди. – Как убедить кого-то пойти на убийство?
– Некоторые люди пекут торты, другие… Скопируй все файлы, перебрось их сюда и на мой домашний комп. И продолжай работать, Пибоди. Если кто-то из этих женщин послужил Аве спусковым крючком, я уверена, у нее есть план, как от такой улики избавиться. Вот зуб даю: есть у нее такой план.
Ева и сама принялась за работу. Сделала краткую запись своих бесед, проведенных в этот день, прошлась по повторяющимся именам, выловленным стараниями Пибоди. Потом она прикинула, сколько беготни, сколько человеко-часов понадобится на опрос сотен потенциальных подозреваемых.
Иголка в стоге сена. Но рано или поздно…
Ева оттолкнулась от стола, покрутила головой, чтобы размять затекшую шею. Компьютер просигналил о входящем письме, и Ева с удовольствием отметила, что это Надин переслала ей файл.
– Переслать на домашний компьютер, – приказала она.
Она потерла усталые глаза. Пора отправляться домой вслед за файлом, признала Ева. Взять работу с собой, поработать дома, обсудить с Рорком.
Она выключила компьютер, загрузила сумку, надела пальто и взяла коробку с тортом. В этот самый момент в кабинет вошла Мира.
– Вы уже уходите?
– Да, но время у меня есть. Мне сказали, что у вас сегодня дел под завязку.
– Так и было, – подтвердила Мира. – И я уже опаздываю домой. Если вы тоже уходите, почему бы нам не выйти вместе? По дороге вы мне расскажете, что вас беспокоит.
– Было бы здорово. У меня есть теория, – начала Ева.
Она пересказала Мире свою гипотезу, пока они спускались по эскалаторам до основного уровня, где пересели в лифт, чтобы спуститься в гараж.
– Доминирующая личность, благодетельница или работодательница убеждает, вынуждает или уговаривает подчиненную или внушаемую женщину исполнить свой приговор.
– «Исполнить приговор» – это ключевые слова, – заметила Ева. – Но мне кажется, что «уговаривать» – слишком пассивный термин, чтобы заставить кого-то совершить убийство.
– Пассивность может стать оружием, если правильно пустить ее в ход. Подобные методы не раз использовались для получения выгоды. Это может быть что угодно: от лжи, чтобы прикрыть ошибку или неблаговидный поступок начальника, до предоставления сексуальных услуг или даже – да, вплоть до убийства. Чтобы гарантировать покорность, необходимую для совершения преступления, доминирующей личности придется поддерживать отношения с соучастницей, позаботиться о награде или пригрозить разоблачением или насилием.
Разговор так заинтересовал Еву, что она вышла из лифта в гараже на уровне, где стояла машина Миры.
– В первую очередь мы проверим тех, за кем числится уголовка, и проституток – бывших или нынешних.
 
– Надо с чего-то начать, – согласилась Мира. – Это вполне логичное начало.
– Характер убийства говорит о том, – продолжала Ева, – что пойти на такое мог либо профессионал либо тот, кто находится под мощным влиянием Авы.
– Или питает по отношению к ней слепое обожание, – добавила Мира. – Любовь принимает самые причудливые формы.
– Да, как и благодарность, – кивнула Ева. – И страх. Надо хорошенько поразмыслить, чтобы определить, на какой из этих струн она играла. Сегодня я дала ей понять, что знаю. Мне хотелось, чтобы она подергалась.
– Это правильная стратегия, – одобрила ее Мира. – Дать противнику повод для беспокойства. Обеспокоенные люди начинают делать ошибки.
– Эх, будь у меня побольше материала, – вздохнула Ева. – Будь у меня возможность вызвать ее в управление, в комнату для допроса… Думаю, мне удалось бы ее подловить. Но для этого мне надо вытеснить ее из зоны комфорта, изолировать ее от… – Сообразив, что они стоят перед машиной Миры, а говорит она уже сама с собой, Ева пожала плечами. – Ну, в общем…
– Если это когда-нибудь произойдет, я хотела бы понаблюдать. Мне кажется, это будет захватывающее зрелище.
– Я дам вам знать. Передайте привет вашему мужу.
– Обязательно. Ева, не принимайтесь за работу сразу по возвращении домой. Возьмите час на подзарядку.
Мира наклонилась и поцеловала ее в щеку, повергнув Еву в смущение.
– Ну что ж… Спокойной ночи.
Ева собиралась сразу по возвращении домой приняться за работу – тут Мира верно угадала. Более того, она собиралась втянуть в свою работу Рорка. Как же ей расширить крошечную щель, если она целый час ничего не будет делать? Ева вошла в дом с твердым намерением подзарядиться позднее.
Соммерсет поджидал ее, кот играл роль наблюдателя.
– У меня на тебя времени нет, – бросила Ева Соммерсету.
– У вас вообще времени нет, потому что вы опоздали к ужину. Уже в который раз. И по ошибке использовали свое лицо в качестве боксерской груши. Уже в который раз.
– Это было вчера. Я предложила им твою рожу, но они испугались, сказали, уж больно она страшна.
– Рорк в бассейне, если вас интересует местонахождение вашего мужа.
– Интересует. – Ева скинула пальто на столбик перил, бросила сумку с файлами у подножия лестницы, а коробку с тортом сунула Соммерсету. – Я принесла десерт.
«Ага, – злорадно подумала Ева, направляясь к лифту, – он лишился дара речи». Это было чертовски приятно. Черт, это было даже лучше, чем самое изобретательное из ее оскорблений! По пути она стала растирать затылок и шею. Может, действительно взять время на небольшой заплыв? Расслабить сведенные мышцы – результат многочасового сидения за компьютером.
Четверти часа ей хватит. А потом большой толстый гамбургер. За ужином она выложит Рорку полученные данные и свои соображения. Уж он-то хорошо знает о том, что значит быть доминирующей личностью.
Ева окунулась в теплую, влажную, благоухающую зеленью и цветами тропических садов атмосферу закрытого бассейна. По стене низвергался, переливаясь и журча, искусственный водопад, а в бассейне плавно, ритмично, словно под музыку, двигался пловец, рассекавший ярко-синюю воду мощными гребками.
«Он плавает, как тюлень, – подумала Ева, – такой же гладкий и быстрый. А выглядит как…» Она не могла придумать сравнения, да и кто бы смог? Он выглядел как ирландский бог, разрази его гром. Поджарое тело, играющие мускулы, струящиеся по воде черные волосы. Доплыв в очередной раз до стенки, он перевернулся в воде, и Ева ухмыльнулась. Когда у мужика такая задница, кто ж не захочет вонзить в нее зубы?
Пожалуй, можно взять на подзарядку и больше четверти часа.
Ева разделась, приняла стойку на краю бассейна и нырнула в воду. Когда она вынырнула, оказалось, что Рорк держится на одном месте, перебирая ногами, глядя на нее глазами, чья ослепительная синева заставила померкнуть ярко-синюю воду.