Королевство остывших морей

– И Марк пришел тебе на помощь? – приступаю ко второму этапу обработки ран, нанося уже ту мазь, что и на синяки.
– Да. В самый существенный момент, когда я лежал и думал, что погибну… Марк протянул руку помощи.
– Почему он не смог убедить Лилит не выгонять тебя из отряда? – не выдерживаю я и спрашиваю, переходя к последней ране на лице вампира. Губа припухла, а на коже засохла кровь.
– Тебе не понять, – сообщает он. – Да и мне тоже…
– Раз вы были такой крепкой семьей, почему никто не вступился за тебя?
Вампир ничего не ответил. Но, быть может, ему было больно об этом говорить.
– Сейчас не двигайся, – командую ему и замечаю краем глаза, как Дариус пристально глядит на меня. Я начинаю волноваться. Чувствую, как сердцебиение учащается, а во рту пересыхает. Неприметно проглатываю тягучую слюну стеснения и принимаюсь обрабатывать его губу. Вампир дергается, и я приоткрываю свои тонкие губы.
– Терпи, – шепчу ему, сама того не замечая. Румянец на моих щеках, по-видимому, привлек внимание вампира. Он буравит меня взглядом, практически не моргая.
– Да что ты знаешь о терпении? – едва слышно выговаривает вампир, обжигая мое лицо своим теплым дыханием. От этого мне делается дурно… Голова кружится. Я прохожусь куском чистого бинта с лекарством по его ране еще раз, а потом отворачиваюсь. Осознаю, что мое дыхание сбилось. «С чего вдруг я так встревожилась?» Спиной чувствую его взор: морозный, алчный, хищный. Собираю последние остатки своей решительности и разворачиваюсь. Аккуратно прикасаюсь подушечкой пальца к ране. Губы вампира довольно прохладные и мягкие на ощупь. Подмечаю за собой, что мной овладевает робость перед вампиром. Все это время Дариус ни на секунду не спускал с меня глаз. Мне кажется, что он рассмотрел каждую клеточку моего тела. Каждую родинку и ресничку. В какой-то момент мы сталкиваемся с ним взглядом. Его глаза переметываются то на мои губы, то на глаза. От этого неловкого момента у меня прерывается дыхание. Ощущаю, как потеют ладони. Дариус немного опускается ко мне, и я чувствую его теплую ладонь на своей щеке. Он проводит по ней, не отрывая взгляда. Его пальцы скользят ближе к губам и бережно дотрагиваются до раны, которую он оставил. Внутри меня разбушевался шторм. Он склонился еще ближе, так, что я ощущаю аромат его волос. Я нервно проглатываю очередной комочек смущения.
– Твои раны… – шепчет Дариус, – тоже нужно… обработать…
Аромат шалфея и мяты вскружил мне голову. Понимаю, что слышно лишь наше тяжелое дыхание. Я озадачена его голосом: странным, манящим, настойчивым. Вдыхаю еще раз аромат его волос, отстраняюсь. Мой бешеный пульс Дариус, по всей видимости, слышит. Но ничего не делает, лишь надевает обратно свою рубаху. Я облизываю пересохшие губы в надежде, что он не заметил моего волнения. «Черт возьми! Да что со мной такое?» – гадаю про себя, пока выбрасываю использованные бинты. Дариус, встав со стула, возвышается надо мной и неровно дышит в спину. Я не реагирую на него, продолжая суетиться.
– Спасибо, – роняет он и усаживается на кровать.
Мы оба знаем, что между нами сейчас что-то пролетело. Что-то гложет теперь обоих. Подбирая подходящие слова, успокаиваю себя и, развернувшись, произношу:
– Что теперь будем делать?
Вопрос вылетел так быстро, что позже я поняла, насколько он двусмысленный.
– Я пока не решил, – заявляет Дариус, оперевшись локтями о колени.
– Тебе есть куда идти?
– А что, ты хочешь пригласить меня в свою общагу?
– Нет, – твердо отвечаю я.
– Меня никто не примет в академию. Даже сам Адамс Руди, – сухо заявляет Вампир. – Но у меня есть вариант, где могу переночевать.
– И где же?
– Он имеет в виду клан «Сопротивление», – вмешиваются клинки, активизируясь.
– Что это за клан?
– Те, кто ненавидит Бруно, – практически шепотом заявляет вампир. – Те, кто жаждет его свергнуть.
– А как же осколок? – спрашиваю я. – Что с ним-то делать?
– Решим, – отрезает парень, вставая с кровати.
Он медленно подходит ко мне, огибая стол, и останавливается. Мне кажется, что он хочет что-то сказать, но… не решается. Поднимаю взгляд. Какое-то время мы смотрим друг другу в глаза, а потом он резко отводит свои и движется в сторону выхода.
 
– Почему ты решил мне помочь? С чего вдруг такому, как ты, помогать мне? – спрашиваю его, оборачиваясь.
Дариус открывает дверь и замирает в проходе. Его профиль от мерцания свечей был пленительным. Ниспадающие темные кудри лежали так, словно он часами сидит у зеркала, чтобы накрутиться. Брови были густыми, а глаза стали цвета меда… Вампир облизал губы, хрустя шеей. А после, не оборачиваясь, проронил:
– Быть может, мне выпал шанс изменить себя и стать… лучше?
И удалился, закрыв за собой дверь. В комнате воцарилась могильная тишина, от которой закладывает уши. Клинки подлетают и шепчут:
– А он, кажется, запал на тебя!
– Да ну вас! – отмахиваюсь от них в поисках маленького карманного зеркальца. Дреги, по-видимому, обиделись на мой жест, но мне было все равно. Убрав за собой и обработав свои раны, я спустилась на первый этаж таверны, чтобы отыскать мадам Марфель. Поблагодарив ее за гостеприимство, рванула в академию.
– Ты долго будешь ходить пешком? – заявили клинки у меня в ножнах.
– Сколько потребуется…
– Маги твоего ранга давно пользуются телепортацией, тем более если…
– Вы как бы слушаетесь меня, – огрызнулась в ответ. – И мне решать, телепортироваться или идти пешком. Все ясно?
– Не нужно так злиться лишь потому, что мы уловили связь между тобой и клыкастым!
– Не вашего ума дело!
  
Глава 3
 
С тех пор как я заговорила с клинками, моя жизнь превратилась в дурдом на колесиках. Они практически не замолкали, вечно лепеча какую-то чушь. Моя голова часто болит, а метка на левой руке, кажется, стала светиться еще ярче.
Мощный удар отталкивает меня на мягкие магические лианы, которые плавно выбрасывают обратно на воображаемую арену.
– Ты теряешь бдительность, – проронил Хол, разминая руки.
– Я просто задумалась, – фырчу на него, стараюсь отдышаться. Сконцентрировавшись на противнике, резко выпускаю из правой руки сгусток молнии. Та ударяет профессора Гибба по левой ноге, отчего он падает на пол.
– Неплохо, – пыхтит тот. – Но могла бы и лучше.
Поджав губы, размышляю, что нужно рассказать ему о том, что я узнала за эти недели. Профессор поднимается на ноги и сразу же отвечает ударом. Электрическая цепь практически берет меня в заложники, но, не дав ей сомкнуться, делаю защитный купол, о который молния разбивается на миллион мелких осколков.
– Красивое зрелище, однако!
Усмехнувшись, делаю сальто и подбегаю ближе к Холу. Мы одновременно сотворяем электрические мечи, которые прикасаются друг к другу. Искры сыплются под ноги, а перед глазами мелькают миллиарды мелких частиц магии. Я смотрю в наглые глаза Хола, который лишь ядовито улыбается мне в ответ:
– И сколько ты можешь так продержаться?
– Сколько потребуется, – хмурю брови, дав понять, что сегодня я в хорошем настроении для тренировки.
– Достаточно, – говорит мужчина и растворяет магию. Я следую его методу.
– У тебя все лучше и лучше получается, – похвала от профессора ласкает мой слух, но я не чувствую себя удовлетворенной.
– Пока рано говорить о том, насколько лучше у меня получается овладевать магией…
– Если не будет практики, то и результатов ты не увидишь, – подмигивает тот, отходя к своему столу. Хол делает глоток воды. – А теперь пора понять, как управлять своей энергией внутри себя правильно, – Хол засучивает рукава, медленно подходя ко мне. – Ты знаешь, что самое главное при этом?
– Быть сконцентрированной?
– Услышать свою энергию внутри себя, – Хол незаметно улыбнулся кончиками губ, сокращая между нами дистанцию. – Тебе нужно быть в гармонии с собой.
– Я это уже слышала, – говорю ему, прикусив губы изнутри.