Королевство остывших морей

– Допустим, – размышляя, закусила нижнюю губу, – допустим они высосали из тебя что-то, что похоже на осколок или модифицированную магию… Но при чем тут я?
– Когда я увидел их подле тебя, то вспомнил, что это они. И возможно, ты как-то связана в этой кражей…
– Это слишком запутанно, – схватившись за голову, я откинулась на кровать. Мягкая перина ласкала мое болящее тело. – Война, Богиня Хаоса, клинки, осколок…
– Это лишь верхушка айсберга, – проронили тихо клинки. – Мы не высасывали ничего из Дариуса, – опровергли слова те. – Мы, наоборот, дали ему часть своей силы. Это была последняя воля нашей прежней королевы…
– Но почему Дариус почувствовал, что что-то отнимают у него?
– Мы просто помогли. Скорее всего, из-за раны, полученной древним оружием Вилбераса, какая-то часть магии угасла.
– Тем не менее, – отозвался вампир, – я теперь изгой.
Клинки ничего не ответили, но в моей голове возник вопрос:
– А что насчет этой метки? Вы сказали, что знаете, откуда она у меня!
– Эту метку поставил тебе твой отец, – сказали они. – В тот день, когда ты родилась.
– Зачем моему отцу ставить такую страшную метку?
– Эта метка была поставлена тогда, когда пала последняя королева Ада. Мы привязываемся к тем, в ком чуем древнюю магию, и к тем, которые достойны быть нашим хозяином…
– Но ведь, – задумалась о словах клинков, – во мне нет никакой древней магии…
– Да, в тебе нет никакой древней магии, однако из-за метки мы привязаны к тебе. Мы долгое время искали тебя по всему миру, были в руках других магов и существ, пока наконец-то не нашли тебя на базаре.
Я вспоминаю тот день, когда увидела эти клинки. Они будто позвали меня к себе. Я купила их без сомнений, отдав несколько флюров.
– Это вы заставили меня купить вас?
– Нет, – твердо ответили клинки. – Скорее всего, твоя метка и предназначение…
– Так, стоп, – остановила я клинки, поднимаясь на кровати. Дариус опустил голову, почесывая лопатку. Свечи постепенно догорали, отчего становилось темнее. – Какое еще предназначение? И почему за мной охотился оборотень?
– Если верить слухам, – начал Дариус, поднимая на меня взгляд, – то за тобой много кто охотится.
– Почему это?
– Потому что сейчас королевство Ада без правителя. А дреги, – Дариус указал на клинки, – единственный артефакт, которым нужно завладеть. Ведь так?
– Все правильно, – отозвались те. – Мы были созданы как хранители и слуги короля или королевы, и сами вольны избирать тех, кто достоин быть на престоле.
– Лучше бы не говорили, – поперхнувшись своим же беспокойством, я закрыла лицо руками. Голова болела от того, что кружилось в мыслях. Я не понимала, к чему мне все это говорят.
– Мы просто выбрали тебя в момент, когда ставилась метка. Когда умирает один король, всегда появляется другой. Это циклично, как день сменяет ночь.
– Но во мне даже нет магии крови! Почему именно я? – тихо завыла в ладони. – Что во мне особенного? Это тоже было чьей-то последней волей?
– Не совсем так, – сказали клинки. Я перевела взгляд на Дариуса, который подходил ко мне с водой.
– Мадам Марфель….
– Она в курсе, что мы тут, – сухо ответил Дариус. Я взяла стакан с водой и разом его опустошила. Прохладная жидкость дарила неистовое наслаждение. Я чувствовала, как раздирающая сухость рта и горла резко проходит.
– Ну так? – продолжила я требовательным голосом. – Что дальше?
– Мы тоже были на попечительстве у Лилит, – тихо произнесли клинки. – Еще во время правления самой королевы Сейдж.
– В смысле?
– Лилит мы так понравились, что она предложила королеве Сейдж нас усовершенствовать. Нас модифицировали, влив магию из Великого чертога. А после отдали обратно Сейдж.
– Подождите-ка, – я остановила клинки взмахом руки. Мы с Дариусом переглянулись. Я поняла, что он что-то знает о Великом чертоге магии.
– Великий чертог магии под запретом. Из него нельзя черпать магию направо и налево!
– Никто не знает, откуда у Лилит есть этот ресурс, – говорят клинки. – Но мы знаем точно, что то, что в нас появилось, и то, из чего твоя метка, имеют одну и ту же магию. А она из Великого чертога.
   
Глава 2
 
Пока я пребывала в смешанных чувствах, клинки позаботились обо мне. Они распорядились, чтобы мадам Марфель принесла нам пару теплых булок и воды. Дариус давился слюной, по-видимому, ему тоже пора подкрепиться.
– А чщем ты питаефся? – спросила у вампира с набитым ртом.
– Кровью магов, конечно! – с ехидностью ответил тот. – А ты как думала?
Запив булку большим стаканом воды, я вытерла капли на губе: она начала кровоточить.
– Ты совсем ничего не помнишь об отце? – внезапно спросил вампир, разглядывая какой-то сервиз, стоящий в шкафу.
– Для чего спрашиваешь?
Дариус продолжает делать вид, что просто поддерживает тему разговора, хотя почему-то мне кажется, что тут что-то другое.
– Уже и поинтересоваться нельзя?
– Ты же меня потыкал тем, что он трус и сбежал.
– Я был не прав, – сухо заявляет вампир и разворачивается ко мне. – И вообще, хотел попросить прощения за все это…
«Ой как не люблю я эти сопли», – замечаю про себя, но, цокнув языком, лишь слегка улыбаюсь вампиру.
– Извинения приняты, хоть учиться нормально извиняться тебе еще долго!
– Я вообще редко это делаю! – улыбка Дариуса была искренней. Кажется, только в пепельных воспоминаниях я уловила мимолетную веселую тень в уголках его глаз. Вампир всегда был хмур и чем-то недоволен, серьезен и молчалив. А тут… «Что на него нашло?»
– Я ровным счетом ничего не помню про отца, – признаюсь, сверля глазами пол. – Помню только, как он учил меня быть в гармонии со своей стихией…
– Ты никогда не хотела его найти?
– Я хочу, – практически шепотом заявляю. – Просто… не знаю, с чего начинать. А теперь, когда все навалилось… не представляю…
– Я могу помочь, – Дариус подошел ко мне и сел на корточки у кровати. – Если ты… конечно, позволишь…
– С чего вдруг ты такой нежный, а?
Вампир пропускает мои слова мимо ушей:
– Я просто хочу загладить вину перед тобой. Я был не прав…
От его серьезности я засмеялась в голос. Вампир нахмурил брови и облокотился на спинку стула:
– Что тут смешного, пуговка?
От его слов смех начал сильней давить мои легкие. Я закашлялась, подавившись.
– Прости, – кое-как успокаиваясь и держась за живот, который кололо, я наконец-то прекращаю смеяться. – Просто… ты такой серьезный и правый всегда, что… Твои извинения кажутся… не совсем правдоподобными.
– А тебе палец в рот не клади, да?
– А по мне не видно? – парирую, улыбаясь ему.
Вампир смотрел на меня дольше, чем всегда. Заставил почувствовать себя неуютно. Прерываю молчание вопросом, который сильно меня волнует:
– Почему тебя изгнали из отряда?
Вампир стоит ко мне спиной, засунув руки в карманы. Его некогда темная кожаная куртка испачкана землей, а рубаха слегка порвана у воротника. Я заметила это, когда он садился передо мной на корточки, и почему-то только сейчас обратила на это внимание. В комнате воцарилась мертвая тишина, он сказал неторопливо:
– Я просто недостоин быть тем, кто носит осколок души Бруно.
– Но почему бы тебе не разыскать его?
– Я и так долго его искал. Слишком много времени утекло… А потом Лилит сказала, что король больше не желает меня видеть.
– Это слишком глупо. Раз у Бруно и Лилит такие силы, отчего они не смогли найти осколок?
– Мне велели уйти из отряда, я так и сделал, – сухо проронил вампир. – Я лишь подчиненный, которому не дарована свобода слова.
– Ты не раб, – от горечи высказывания я ощутила укол совести. «Быть может, я зря у него это выпытываю?»
Клинки радостно подлетели ко мне и сообщили, что хозяйка таверны нам поможет. Мне казалось, что мадам Марфель все равно, что с нами стряслось, но она «одолжила» нам эльфа, который поможет раздобыть все для целительной мази.