Разрушительная ненависть

Приглашал Алекса к себе домой. Относился к нему как к брату. Давал советы, делился секретами, о которых никогда не рассказывал семье. И все это время он мне лгал. Использовал меня.
Послевкусие виски загорчило на языке.
– Она скучает по тебе, – тихо сказал Алекс.
– Я здесь. – Я глянул на бар. – Мы постоянно переписываемся.
– Ты понимаешь, о чем я.
– На самом деле, нет.
Его рот сжался в тонкую линию.
– В последнее время ты ведешь себя иначе. Ава переживает…
– Чувак, хватит. – Я поднял руку. – Если Ава беспокоится обо мне, она может сказать об этом сама. Только не надо делать вид, будто мы снова станем лучшими друзьями. Не станем. Знаешь, что нужно для дружбы? Доверие. А ты потерял мое давным-давно.
Я ушел прежде, чем Алекс успел что-то ответить, и направился прямо к бару, чувствуя, как сжимаются горло и грудь. Он не последовал за мной, но я этого и не ожидал. Он не следовал ни за кем, кроме Авы. Это была единственная причина, по которой я не стал препятствовать их воссоединению.
Несмотря на все недостатки и неудачи, Алекс действительно любил мою сестру. Я желал ей безопасности и счастья, и, если она в безопасности и счастлива с ним, я могу смириться и вести себя вежливо.
Но это не значит, что я согласен на задушевные беседы возле танцпола.
– Эй, приятель. – Я подозвал бармена. – Шот текилы. Двойной.
Мне требовалось пойло покрепче виски, чтобы пережить остаток вечеринки.
– Пожалуйста.
Только я опустил два доллара в банку для чаевых, как меня снова бесцеремонно прервали.
– Неприятности в дружеском раю?
От шелкового мурлыканья по позвоночнику пробежала волна раздражения и чего-то еще – я толком не мог осознать, чего именно.
– Уймись, Джей Эр. Я не в настроении.
Я не стал поворачиваться к Джулс, но увидел краем глаза всполох знакомых рыжих волос и золотые отблески платья.
– Твои умения давать прозвища оставляют желать лучшего, Джоши. – Джулс подошла и улыбнулась бармену, который отвлекся от моего напитка, чтобы улыбнуться в ответ. – Я бы хотела «Секс на пляже», если возможно.
Она постучала ногтем по меню, куда входили только основные напитки вроде «Отвертки» и клюквенной водки – и разумеется, никакого чертова «Секса на пляже». Глаза бармена заблестели.
– Для такой красотки возможно все.
Фраза была настолько избитой, что я едва не фыркнул.
– Спасибо. – Улыбка Джулс стала шире.
Если бы к стойке не подошла другая группа гостей, я несомненно стал бы свидетелем еще более тошнотворного флирта. К счастью, бармен отвлекся и быстро закончил напитки – за его внимание боролось еще с полдюжины людей.
– Совсем понизила планку? – Я с деланым разочарованием цокнул языком. – Я ожидал от тебя большего.
– Почему? Потому что он бармен, а не врач? – Джулс подняла бровь. – Ну ты и сноб.
– Нет. Потому что его реплики столь же жалки, как твоя попытка меня оклеветать. – Я с лету отбил удар. – Но если тебя это возбуждает…
– Может, лучше обсудим твои неудачные отношения?
– У меня нет отношений.
И у меня не было ни малейшего интереса вступать в них в ближайшее время. Секс – это просто секс. А не прелюдия к свиданиям, парным нарядам или как там еще развлекаются люди. Я заранее предупреждал об этих условиях каждую девушку, с которой спал, потому что не хотел вводить никого в заблуждение или давать ложную надежду.
Ординатура отнимала большую часть моего времени, но даже если бы я не был так занят, мое желание вступать в долгосрочные отношения колебалось на отметке где-то ниже нуля. Игра в обязательства – не для меня. Через несколько недель мне всегда становилось скучно, и вся история начинала казаться утомительной. Постоянные свидания, звонки, общение с другим человеком…
Я содрогнулся от этой мысли.
Рад за людей, которые счастливы и влюблены, но я не такой и никогда им не стану.
– Я об Алексе. – Джулс с кокетливой улыбкой забрала напиток у бармена и снова повернулась ко мне: – Я помню, вы были буквально неразлейвода.
Мою грудь сжал каменный кулак, но я сохранял спокойствие.
  
– Не знал, что тебя так интересует моя личная жизнь, Джей Эр.
– Не интересует, если только не влияет на качество моей. – Джулс осторожно отпила коктейль. – А поскольку мы вместе собираемся в многодневную поездку, глупая обида, которую ты затаил на Алекса, напрямую скажется на нас с Авой.
Я сжал стакан крепче, представляя на его месте шею Джулс.
– Глупая? – Мой резкий тон окрасил слово ядом. – Глупо спорить о выборе фильма. Глупым можно назвать бедолагу, который на тебе женится. Но уверяю, к случившемуся с Алексом это не относится. Не рассуждай о вещах, о которых ничего не знаешь.
Джулс не дрогнула под моим мрачным взглядом.
– Возможно, я не была лично вовлечена в вашу… ситуацию, – произнесла она с большим тактом, чего я от нее не ожидал. – Но мы с Авой – лучшие подруги. Я знаю, что произошло, и с тех пор прошло уже почти два года. Она простила Алекса. Он извинился. Настало время повзрослеть и двигаться дальше.
На этот раз я не почувствовал никакой насмешки, лишь простой совет, но это не помешало мышцам сжаться от напряжения.
– Тебе легко говорить. – Боже, мне нужно было выпить еще. – Возвращайся, когда тебя предаст кто-нибудь из близких.
В глазах Джулс мелькнуло что-то темное.
– Откуда ты знаешь, что этого еще не случилось?
Я замер.
Откуда ты знаешь, что этого еще не случилось?
Я почти ничего не знал о прошлом Джулс. Черт, да я не знал о ней вообще ничего – только то, что она показывала окружающим: дерзкое поведение, наглое кокетство, странное сочетание безжалостных амбиций и безбашенных вечеринок.
Но я понял – единственное предложение, произнесенное только что, правдивее всего, что я слышал от нее за последние годы.
Я глянул на Джулс, чьи широко распахнутые глаза и слегка приоткрытый рот выдавали удивление по поводу сорвавшихся с ее губ слов.
Я подавил желание расспросить ее о случившемся, а воздух между нами пропитался… не совсем духом товарищества, но намеком на понимание, которое немного ослабило давление в моей груди.
Наши отношения не предполагали обсуждения проблем. И даже если бы предполагали, я сомневался, что Джулс ответит на мой вопрос. Показывать уязвимость – не в ее характере.
Она выпрямилась, резко помрачнев, и с лица исчезли все следы прежней мягкости.
– Простишь ты Алекса или нет, решать тебе. Но не порти всем веселья своим занудством… Впрочем, одного твоего присутствия может оказаться достаточно.
С этими словами она упорхнула, покачивая бедрами и высоко подняв голову.
Я не сдержался: из горла вырвался утробный рык. Не стоило тратить силы на злость. Они еще пригодятся мне, все до последней капли, чтобы не прикончить ее в Вермонте. Как бы это ни было приятно, я не собирался отказываться от будущего ради даже самого приятного момента.
Я вновь переключил внимание на бармена, желая заказать еще порцию, но обнаружил, что тот с мечтательным видом уставился в какую-то точку на танцполе.
Нет, не точку. Человека.
Джулс подняла руки над головой и покачивала бедрами в такт музыке – так, что у всех мужчин вокруг потекли слюни. Она оглянулась через плечо и подмигнула бармену, а потом самодовольно глянула на меня.
Я сделал самое зрелое, что только смог придумать: показал средний палец. Она самодовольно рассмеялась и повернулась ко мне спиной.
– Такая горячая. – Глаза бармена сверкнули, взбесив меня еще сильнее. – Умоляю, скажи, что у нее нет парня.
Я спрятал раздражение за натянутой улыбкой.
– Знаешь, что такое суккуб?
Он почесал подбородок. Подходившая компания вновь присоединилась к веселью, и в баре остались только мы.
– Такие крохотные растения? Моя сестра любит. У нее целый подоконник.
– Нет, чувак. Это суккуленты. – Я понизил голос. – Суккуб – демон, который принимает облик красивой женщины, чтобы соблазнять мужчин и высасывать из них энергию. Они вроде как мифические, но… – Я указал на Джулс: – Она – настоящий суккуб. Не попадайся в эту ловушку. За красивым личиком скрывается злобный демон.