Разрушительная ненависть

Я ее не винила. Судя по рассказам, ее начальник в «ДС Стайл» начал оказывать покровительство Миранде Пристли  [9].
Пока лифт поднимал нас на десятый этаж, Пэм рассказывала об удобствах в здании. А именно, про зону отдыха и бассейн на крыше, ультрасовременный тренажерный зал, а также круглосуточные услуги швейцара и консьержа.
Чем больше она говорила, тем сильнее росли мое нетерпение и беспокойство. На сайте «Миража» не указывали цен, но я была готова поспорить на свой будущий диплом юриста – тут чертовски дорого. Рис сказал, его друг предоставит нам щедрую скидку, но не уточнил какую.
Боже, хоть бы мы сумели договориться. Я готова убить за бассейн на крыше, а вот тренажерный зал меня не интересует. Единственные тренировки, которые мне нравились, проходили в постели, и с тех пор много воды утекло. Ничто так не убивает личную жизнь, как юридическое образование.
Мы остановились перед темной деревянной дверью с золотой надписью «1022».
– Пришли. Последняя свободная квартира в «Мираже», – с гордостью заявила Пэм. Она открыла дверь, и мы со Стеллой дружно ахнули.
Боже. Мой.
Такое впечатление, словно кто-то взял квартиру моей мечты и распечатал на 3D-принтере. Панорамные окна, балкон, блестящие паркетные полы, новая кухня с мраморными столешницами и кухонный остров. Всегда хотела.
Я не готовлю, но только потому, что у меня никогда не было острова. Я представила, как здорово будет смотреться заказанная еда – то есть домашние блюда – на этой прекрасной гранитной поверхности.
Конечно, неразумно так тратиться на доставку еды, пока пытаешься экономить, но это лучше, чем выкидывать деньги на продукты, которые портятся, потому что я не умею готовить.
– Великолепно, правда?
Пэм сияла с гордостью хозяйки, демонстрирующей на выставке любимого пуделя.
Мне удалось кивнуть. Возможно, у меня текли слюни; я точно не знала.
Потом Пэм показала нам спальни, и у меня точно потекли слюни: в спальнях были гардеробные. Маленькие, но все же. Гардеробные.
У Стеллы вырвался сдавленный звук.
У нее – как у модного блогера – было больше одежды и аксессуаров, чем у любого другого человека, и я уже буквально видела, как она мысленно раскладывает все по цветам.
В списке вещей, ради которых Стелла готова отдать на отсечение левую руку, гардеробная занимала третье место – после сотрудничества с «Деламонте», ее любимым брендом, и долгого путешествия по Италии, полного макарон, шопинга и закатов за бокалом вина.
Я это не придумала. Список висел на доске в ее спальне.
– Квартира нам подходит. – Я постаралась сказать это как можно более равнодушно. – Сколько стоит аренда?
Пэм ответила, и я чуть не захлебнулась слюной. От суммы вздрогнула даже Стелла.
Семь с половиной тысяч долларов. В месяц. Не считая коммунальных услуг.
Это не аренда. Это форменное ограбление.
– Ох, – пробормотала Стелла. – Кажется, наш друг упомянул, что мы имеем право на скидку. Сколько получится в итоге?
Пэм изогнула подведенную бровь, ее улыбка померкла.
– Это цена с учетом скидки, моя дорогая.
Последние слова буквально сочились снисхождением, и Стелла снова вздрогнула.
Я положила руку ей на предплечье и пристально посмотрела на Пэм. Кем она себя возомнила? Она не имела права смотреть на нас свысока. То, что мы не непристойно богаты, не означает, что мы хуже жителей «Миража».
– Она не твоя дорогая, – отчеканила я. – И вообще, законно ли требовать такую сумму за одну квартиру?
Пэм раздула ноздри. Выпрямилась во весь рост и выпалила дрожащим от возмущения голосом:
– Мисс Эмброуз, уверяю, у нас в «Мираже» все честно. Если цена выходит за рамки вашего бюджета, могу предложить поискать что-нибудь еще…
– Все в порядке, Пэм? – Ровный, глубокий голос прорезал воздух, словно остро заточенный нож.
– Мистер Харпер. – Снисходительный тон Пэм исчез с внезапностью потухшей свечи. Его сменило восторженное почтение. – Я думала, вы в Нью-Йорке.
Я обернулась, желая увидеть, кто так обескуражил заносчивого директора по аренде, и буквально забыла, как дышать.
  
Матерь божья.
Густые, волнистые темно-каштановые волосы. Скулы, которыми можно расколоть лед. Глаза цвета виски и широкие плечи в дорогом костюме из итальянской шерсти, сшитом словно на заказ – вероятно, так оно и было. Он излучал богатство и власть, а сексуальная привлекательность буквально ощущалась на вкус.
Я повидала немало симпатичных парней, но этот… вау.
– Я закончил дела раньше, чем ожидал. – Богоподобный мужчина улыбнулся мне: – Кристиан Харпер. Владелец «Миража».
Харпер. Почему фамилия кажется такой знакомой?
– Джулс Эмброуз. Будущий владелец пентхауса в «Мираже», – пошутила я.
Когда я стану партнером «Сильвер энд Клейн». Это непременно случится. Стелла забавлялась со всякими кристаллами и гороскопами, но я не слишком верила в провидение, предпочитая подкреплять его здоровой долей трудолюбия. В конце концов, именно это помогло мне уехать из Огайо и поступить в Тайер.
В глазах Кристиана светилось веселье.
– Приятно познакомиться, Джулс. Значит, однажды ты купишь у меня пентхаус.
Мои брови поползли вверх. Так он действительно живет в «Мираже». Я думала, у него особняк где-нибудь в пригороде – впрочем, Кристиан Харпер не походил на обитателя предместья. Весь его образ буквально кричал о жизни в большом городе.
Черный кофе. Дорогие часы. Быстрые автомобили.
Кристиан повернулся к Стелле. Лицо его оставалось расслабленным, но в глазах вспыхнуло нечто горячее и яркое, заглушив прежнее веселье.
Он протянул руку. После недолгого колебания Стелла ее пожала.
– Стелла.
– Стелла, – повторил Кристиан тихо и медленно, словно смакуя каждый звук. Он не двинулся ни на миллиметр, но смотрел так пристально, что его взгляд пульсировал в воздухе. Казалось, время замедлилось, и я задумалась, нет ли у богатых людей суперсилы – способности манипулировать реальностью, подчиняя ее собственной воле.
На щеках Стеллы вспыхнул румянец. Она открыла, а потом закрыла рот и посмотрела вниз, где его рука продолжала сжимать ее ладонь.
Прошла еще одна долгая секунда, прежде чем Кристиан отпустил ее и отступил назад с непроницаемым выражением идеального лица.
Его движение сняло происходящее с паузы, и время вернулось в норму. Пэм пошевелилась, десятью этажами ниже послышались слабые гудки машин, и я выдохнула.
Взгляд Кристиана еще на долю секунды задержался на непривычно настороженной Стелле, а потом он снова переключил внимание на меня. Напряжение исчезло, сменившись легким обаянием и гостеприимством.
– Как вам квартира? – поинтересовался он.
– Шикарная, но за рамками нашего бюджета, – призналась я. – Но мы благодарны за просмотр. Спасибо.
– Ну, – Пэм прочистила горло. – Мистер Харпер, дальше я сама. Уверена, у вас полно…
– Каков ваш бюджет? – уточнил Кристиан, полностью игнорируя директора по аренде.
Мы со Стеллой переглянулись, и я ответила:
– Две с половиной тысячи в месяц. На все.
Мне было почти неловко произносить это вслух. Жалкая часть требуемой суммы.
Я ожидала, что Кристиан рассмеется нам в лицо, но он с задумчивым видом провел большим пальцем по нижней губе.
Снова воцарилась тишина, но теперь наполненная взволнованным ожиданием – в основном моим, хотя проблеск надежды засветился и в глазах Стеллы.
Я пыталась смягчить ожидания. Он ни за что не согласится на подобную цену. Кристиан – бизнесмен, а бизнесмены не…
– Хорошо, – сказал он.
Пэм раскрыла рот от изумления.
Не хотелось признавать, но, вероятно, мое лицо выглядело примерно так же.
– Прошу прощения?
Одно дело – не смотреть в зубы дареному коню, и совершенно другое – сомневаться в чем-то совершенно безумном. Конечно, Кристиан дружит с Рисом, а Рис – будущий член королевской семьи, и его благосклонность не помешает, но мы – не семья и не родственники Риса. Если Кристиан сдаст нам квартиру по такой низкой цене, «Мираж» ждут огромные финансовые потери.