Топоры, вода и хвост (СИ)

В голове закрутилось почти забытые обрывки информации про плотность, кристаллические решетки и давление. Точно!
Я представил будто сжимаю ручки моего голема в ладонях как пластилин. Все сильнее и сильнее. Уплотняя их, заставляя прижиматься друг к другу сами молекулы. Объединяя и связывая их.
Попробовал зацепить связку с ключами. Есть!
Теперь аккуратно. Высовываем. Тащим. Вот сюда, где щель немного шире.
Мои пальцы с удовлетворением прикоснулись к металлу, почувствовав холод миниатюрных ручек.
Я поднял связку и сжал один из ключей в кулаке, позволив маленькому голему растечься по полу.
Эх, бесхитростное время. Замочную скважину создали такой, что ключ в нее можно было вставить и с внутренней стороны узилища. Что я и сделал.
Три оборота, скрипящий звук - и дверь открылась, позволив мне покинуть камеру.
  
Глава 23. Дарен Белоглазый
 
Я осторожно пересек порог и увидел лежавшего на грязном полу тюремщика. Мог бы пройти мимо, однако существовала вероятность, что он проснется. И обязательно поднимет шум.
Заметил кинжал у него за поясом, а потом взглянул на незащищенное горло. Но тут же мотнул головой, отгоняя непрошеные мысли. Нет, убивать спящего человека я не буду, если есть другие варианты. Да и ничего плохого он мне не сделал. Просто выполнял свою работу. И хорошо выполнял, если быть объективным.
Аккуратно вытащил кинжал из-за пояса усатого и прислушался. Дыхание спящего не сбилось. Постоял над ним несколько мгновений, думая что предпринять. И, наконец, решил.
Он был одет в местами поржавевшую кольчугу, длинную рубаху из грубой ткани и штаны из такого же материала, заправленные в сапоги до колен. Рубаха выступала из-под кольчуги сантиметров на тридцать.
Я отрезал выступающую часть и снял, а точнее размотал, с талии пьяного пояс. Он оказался метра два длиной. Зажав кинжал в зубах, я бесцеремонно перевернул усатого и связал ему руки за спиной. Широко раскрыл рот спящего и запихал в него отрезанную от рубахи ткань.
Пьяный застонал, разлепил глаза и замычал, увидев меня. Узнал. Мутным взглядом уставился на лезвие собственного кинжала, зависшего над ним.
- Все хорошо, - хрипло сказал я ему на общестанирском языке, убрав оружие за спину. - Тебя никто не тронет. Не бойся.
Но, видимо, он мне не поверил. И действительно – кто я для него? Преступник. Заключенный. Дикарь, которого привезли вместе с орками. Наверняка, с его точки зрения, такой же жестокий убийца, как и они.
То, что тут думают о сородичах Рката, тайной за семью замками не являлось. А потому понятно отчего тюремщик засучил ногами и принялся биться как пойманная рыба, когда я тащил его в камеру. Оставив пьяного на нарах, которые продолжительное время занимал сам, запер дверь.
Все произошло быстро. Я был немного удивлен тем, что мне удалось так неожиданно освободиться, и на пару минут задумался, решая что делать дальше.
Нас сюда доставили в каретах без окон, по одному, разделив еще перед дорогой. По крайней мере - меня везли отдельно от остальных, это точно. Куда именно привезли - я не знал. Да и откуда мне это было знать?
Так, будем действовать по ситуации.
Первым делом нужно найти друзей. Орков, скорее всего, также разместили где-то здесь. Однако с начала моего заключения я не слышал никаких звуков, порожденных живым существом. Кроме того человека, что сейчас лежал в моей камере. Разве что иногда до меня доносился отдаленный шум, схожий на тот, какой издают волны, ударяясь о скалы. Сырость в камере, как и ветер, проникавший в нее через маленькое окошко под потолком, также склоняли к тому, что находился я недалеко от водоема.
В комнате, где я вязал пьяного тюремщика, напротив двери моего бывшего узилища присутствовала еще одна и, несомненно, служившая выходом.
Приоткрыв ее, благо она была не заперта, я осторожно просунул голову в щель. За дверью оказался длинный и узкий коридор, освещенный факелами, закрепленными на стенах через равные промежутки. В одном конце коридора также находилась дверь, а другой заканчивался глухим каменным тупиком.
 
Взяв кинжал в правую руку, а связку ключей в левую, я осторожно и как можно тише зашагал к той стороне, где был тупик. Да, разумнее было бы направиться сразу к выходу, однако прежде мне нужно было найти орков.
По пути я миновал такие же двери, как и те, из-за которой только что вышел сам. Именно рядом с каждой из них висели факелы.
Начал с самой отдаленной.
Все помещения здесь были сделаны с таким учетом, чтоб из коридора нельзя было попасть сразу в камеру, а требовалось, как и у меня, пройти еще одну небольшую комнату. Возможно это было сделано для того, чтобы заключенные не общались между собой, а может, учитывая пресловутые закрытые кареты, и следствие анонимности.
Первая, в которую я заглянул через смотровое окошко, оказалась пуста. Вторая тоже. И третья. Я уже было думал, что все камеры здесь не заняты и я являлся единственным узником этой каменной кишки, однако за шестой от тупика дверью мне, все же, попался человек.
Сначала я решил, что и она пустует. В ней так же, как и в остальных, было темно и тихо. Однако лишь только повернулся с намерением уйти, как из-за двери раздался хриплый голос:
- Стой! Братишка, не уходи!
Я замер и повернулся. Через смотровое окошко, оставленное незакрытым, сверкая белками на меня глядели глаза.
- Я же вижу, что ты не Тощий Карин, - горячо заговорил их обладатель. – Где он? Ты убил его?
Скорее всего так звали нашего тюремщика. Других я не видел. Возможно и жил он где-то здесь, раз приходил ко мне один.
- Нет, - ответил я. - Заткнул рот, связал и бросил в камере. А ты кто?
- А ты? - переспросил он.
- Тот, кто может выпустить тебя, если ты перестанешь задавать глупые вопросы.
Голос в камере хихикнул и представился:
- Я - Белоглазый Дарен!
- И?
- Ты что, не слышал обо мне? - в вопросе послышались обидчивые нотки.
- Нет, - ответил я честно. - А должен?
- Ну, - он несколько смутился. - В этих краях обо мне слышали все.
- Я не отсюда. Так за что ты тут?
- За то, что Дарен Белоглазый, - сказал он с тихим смешком.
- Все, я пошел, - я действительно развернулся к выходу, всем своим видом демонстрируя намерение уйти.
- Эй, стой! - донесся голос из-за спины, спешно затараторив: - Да что ж ты такой быстрый, братишка? Ну корабли на реке я потряхивал, в лесах немного пограбил. То одно, то другое. Не без крови, конечно. Нашли красно-белые. Схватили. Жду казни. Полгода здесь уже.
- Что-то долго у вас думают, прежде чем голову срубить, - сказал я разворачиваясь.
- Повесить! - он заметил, что иду к двери его камеры и в голос вернулись веселые нотки. - Буду болтаться на ветру и мертвое тело мое будут клевать вороны.
За все то время, что я находился в этом мире, ворон я не встречал, однако были здесь птицы с похожими повадками. Черные и зловещие. Орки называли их гарстами. Мой мозг перевел их название как "вороны".
- Ты знаешь, где тут держат орков? - поднеся ключ к замочной скважине и подбирая подходящую по форме бородку, спросил я наудачу.
- Я? - переспросил Дарен и тут же самодовольно заявил: - Я здесь все знаю! Первые два месяца нас скопом держали в одном из здешних мешков, пока не узнали, что я - это я. А как стукнул один... Так я тут и оказался. Сначала жалел, что не как остальных - их то на рудники отправили, а сейчас не жалею.
- А где мы?
- Тебя что, по голове сильно били? – удивленно поинтересовался он. - Это ж главная тюрьма Лередии. Фастарат. А это крыло для самых опасных. Тут такие люди сидели! Моток, Бивень, граф Сейтали! Что, действительно не слышал?
 
- Нет.
- Эх, - вздохнул он. - Да откуда ты вообще? Раз не знаешь тех, о ком я говорю.
- Издалека, - я, наконец, подобрал нужный ключ, провернул его со скрипом и сделал шаг назад.
- А, тогда понятно, - дверь открылась и передо мной оказался широкоплечий мужчина среднего роста, сильно заросший и ужасно грязный.