Крик в полном молчании. Наизнанку (СИ)

— Хорошо-хорошо! Не волнуйся. Я ей всё скажу.
Я всю ночь просидела в гостиной и подпрыгивала на каждый шорох. Я никогда её не ждала так сильно, как сейчас. Но она не приезжала.
Утром, на следующий день, я услышала сквозь сон и моральную усталость звук открывающейся двери. Я слышала его и даже не шевельнулась. Подумалось, что снова мерещится, но когда в нос ударил запах её духов, я подскочила и моя злость моментально вернулась на исходную.
— Лера! Почему так долго?
Я даже не хотела смотреть на неё. Она была с пакетом продуктов и букетом белых лилий, которые явно были подарены ей. Потому что она молча поставила их в воду.
— Были дела. Куда ты? — нахмурилась она, когда я начала судорожно приводить себя в порядок.
— Моих братьев забрала служба опеки. Я вчера должна была быть там, а ты, просто не приехала! Что, если мне их не отдадут?
— Прекрати. Тебе их отдадут. Ты хоть знаешь, куда ехать?
— Разберусь.
— Может, позавтракаешь хоть?
— Нет. И не преследуй меня больше. То, что снова между нами случилось — только твои желания. Мне, ты больше не интересна.
Да, тяжело мне дались эти слова, но пока я ждала её, вызубрила их наизусть.
Строгач улыбнулась и, несмотря на мой плевок слов, поцеловала меня в лоб, на прощание.
====== Настоятельно ======
«Может, я погорячилась, конечно, и зря всё это перед уходом сказала.
Хотя, наверное, хватит щадить её чувства. Которых, кстати, нет».
Я быстро приехала домой, переоделась, накрасилась и просто пулей помчалась за своими мальчишками.
Сначала я еле нашла адрес, а потом ещё и ждала пару часов, чтобы кто-нибудь меня уже смог выслушать и принять.
Наверное, я слишком долго ждала, и, наконец-то, сотрудники снизошли до меня, проводив в кабинет главного.
Та самая женщина, с которой я общалась по телефону. Я очень ясно запомнила её голос. Слегка истеричный и писклявый.
Она так нехорошо на меня посмотрела, будто я какая-то неблагополучная, бомжеватого вида или вообще наркоманка, — сестра, которую к детям даже близко подпускать нельзя.
— Добрый день, Ванда. Вы что-то хотели? — прошла в кабинет женщина и заняла кресло за очень старым советским столом, на котором стоило бы хоть иногда вытирать пыль.
— Здравствуйте! Мы вчера говорили с вами по телефону… В общем, я приехала забрать братьев домой.
— Забрать домой? К счастью, это теперь невозможно. Мальчики уже дома.
— Что? Вы в своём уме? Что значит «невозможно»? Где они?!
— Прекратите повышать голос, в моём кабинете. Пересмотрите свои взгляды на жизнь и вам тоже смогут доверять детей.
— Доверять? Это вы так распорядились?
Я подскочила с места и облокотилась руками о стол. Между нашими лицами было около десяти сантиметров, и я почувствовала, что напугала мадам.
— Ванда! Я вызову охрану!
— Давайте! Вызывайте! Хоть отряд ОМОНа! Всех вызывайте! Только ты, — я ткнула в грудь женщине, — так и останешься гнить в этом кабинете. Каждый человек, которого ты делаешь несчастным, возненавидит тебя в ответ, и ты это почувствуешь! А я всё равно их найду!!!
К сожалению, я не могу держать эмоции в себе, когда дело касается моей семьи и когда происходит какая-то абсурдная херня.
Я всегда пру, как танк, лишь бы защитить близких, даже если сама в итоге страдаю.
Только в этот раз я не смогла защитить самых родных людей. Мне не отдали их. Она просто вызвала охрану, и меня попросили уйти.
Я теперь не знаю, где мне их искать…
Ко мне подошла пожилая женщина, пока я сидела на лавочке возле ненавистного здания, видимо, она работает здесь.
Она рассказала, что моих ребят забрала какая-то молодая семья. И мои братья не были против.
Это ещё больше нанесло мне рану.
«Неужели со мной было настолько плохо? Я понимаю: я не их мама, но мы же семья и мы единственное, что есть друг у друга. И не такие они уже маленькие, чтобы быть безвольными. Значит, они сами так решили…
Однажды я найду их. Хотя бы, чтобы узнать: где они, с кем и как живут».
Я плелась домой в полнейшем упадке, рассуждая над сложившейся ситуацией:
 
«У меня либо всех и всё забирают, либо меня все бросают. Мама была права…»
Ничего вокруг себя не видя, я зашла в свой подъезд и с силой надавила на кнопку лифта.
Дождалась, зашла и услышала, как кто-то зашёл за мной и пытается успеть в лифт. Как делают многие, я задержала кнопку и дождалась… Валерию?!
Отойдя в самый угол, я старалась не видеть её, не обращать внимания, но как не обратить?
«Она ведь поднимается куда-то, в моём доме!»
— Забрала ребят? — в полной тишине её голос прозвучал слишком громко.
— Ты к кому?
«Я не очень-то вежлива, извиняюсь. Не то настроение, не тот день, не тот человек».
— К тебе, — улыбнулась Строгач и заправила мою выбившуюся прядь за ухо.
— Я сегодня не очень настроена на гостей.
— Тогда, давай пообщаемся здесь.
Строгач остановила лифт, нажав на аварийную кнопку.
«Да уж, теперь нас откроют через час, как минимум».
— Ты зачем это сделала?
— Чтобы ты немного успокоилась. И ответь мне: переедешь в мою квартиру?
— Теперь точно нет.
— Из-за того, что мы переспали? Если да, то это детская отговорка.
— Не из-за этого, хотя и это тоже. Ты не должна была…
Валерия закатила глаза:
— Назови истинную причину. Желательно, чтобы я поверила.
— У меня могла проскочить эта глупая идея, только ради ребят, но теперь их забрали. Из-за тебя! Если бы ты отпустила меня или приехала бы вовремя, ничего бы не произошло. Поэтому мне не хочется иметь с тобой ничего общего.
Валерию разжигают подобные разговоры. Она почему-то становится непоколебимой, яростной, пылкой… И если нормального человека слова «я не хочу иметь с тобой ничего общего» очень бы затронули, Валерия, наоборот, затрагивает меня. Все мои оскорбительные слова и поступки будто отзеркалили и направили в меня.
«Будто выстрел!
Скажи, что ненавидишь её, и она незамедлительно покажет, что такое ненависть, и обязательно окажешься в эпицентре…»
— А если я помогу тебе их найти? Ты переедешь ко мне?
— Уже к тебе?
— Я имею в виду ту квартиру, — поправила воротник моей блузы Строгач. — На твоём месте, Ванда, я бы приняла это, как подарок свыше…
— О чём ты?
— О своей заботе. Иногда мне приятно заботиться о тебе.
По губам прошёлся холодок от её дыхания, я сглотнула и отклонилась немного вправо. Лера улыбнулась шире.
— Неужели?! Я думала, твоя забота проявляется только в пределах твоей спальни.
— Надо же, как хорошо ты это уяснила, — припала губами к моей щеке женщина, окрашивая её в алый цвет помады. — Однако, не только в пределах спальни. Ведь заниматься сексом только в одном месте, может наскучить.
Не успела я и глазом моргнуть, как её зрачки расширились, а руки крепко вцепились в талию.
Этот жест означает, что у меня нет шансов ей противостоять. А убийственный взгляд накалял воздух в этой тесной кабинке.
И если бы не лифтёры, то мы бы сделали это в лифте…
Нас «спасли» через полчаса.
Лера приторно их поблагодарила и проводила меня до моей квартиры, любезно держась под руку.
«Надеюсь, моя щека в помаде не вселила в посторонних никаких мыслей…»
Мы остановились возле двери.
Не могу ничего поделать, но очень не хочу впускать её в своё жилище.
Такое ощущение, что ей просто нечего здесь делать.
— Извини, я не приглашу тебя к себе.
— Я знаю, ты напугана.
— Я не напугана! Просто хочу побыть одна.
— Конечно, — и продолжает стоять рядом.
Я из-за неё не могу нормально ключом в скважину попасть.
— Могу я узнать, чего ты ждёшь?
— Твоего ответа.
— Какого ещё ответа? Я же сказала, что не перееду в твою квартиру, если ты об этом.
— Хорошо. Поставлю вопрос иначе: ты хочешь найти своих братьев?