Прапорщик. Назад в СССР. Книга 7 (СИ)

Раздался глухой удар, послышался лязг и скрежет металла, усилившийся гул двигателя. Корпус завалился на бок, после чего уткнулся в скалы… Поднялся дым, клубы пыли. На этом всё было кончено!
— Сука! — грязно выругался Джон, понимая, что произошло. Теперь у них не было вертолёта…
При падении он не пострадал — тут же вскочил на ноги, схватил свою винтовку и бросился в укрытие. При этом, он услышал, что где-то справа вновь раздалась плотная стрельба — кажется, это Аспид и его душманы вступили в бой…
  
* * *
— Все, нет больше вашей вертушки! — радостно воскликнул Самарин, опуская свой пулемёт.
Удачная очередь из пулемёта Калашникова точно накрыла кабину винтокрылой машины, гарантированно лишив жизни обоих пилотов — даже с его позиции было видно, что всё внутри забрызгало кровью. После этого вертушка скрылась из виду и с грохотом упала где-то за камнями.
— Отличная работа! Димон, да ты прямо ас! — воскликнул Шут, оценив старания пулемётчика.
Разведчики понимали, что вражеский вертолёт так просто от них не отцепится — он, словно назойливая муха, будет летать туда-сюда, прижимая их плотным огнём, а в это время душманы подберутся с другой стороны. Выждав удачный момент, Димка среагировал верно. Точная очередь сделала свое дело.
— Да не вопрос!
— Осторожно! — крикнул Кэп, тут же открыв огонь по противнику, приближающегося с другой стороны. — Там тоже духи!
Пули так и свистели. Все грохотало, было окутано дымом.
Рядом взорвалась граната. Где-то в стороне хлопнул подствольник.
— А! Черти бородатые! — ругался Урду. — Берут нас в полукольцо!
И это действительно было так — зашедшая им в тыл небольшая группа душманов была непростой. Вероятно, именно они и прилетели на том вертолёте, который сейчас можно было назвать бесполезным металлолом.
Я, заняв скрытую позицию, лишь на мгновение увидел их командира — этот вовсе не был душманом, по крайней мере, бороды у него я не заметил. Он двигался быстро, криками отдавал им короткие указания, махал руками… Видно было, что человек свое дело знает. Он держался позади, за спинами духов. Что же, толково. Удивительно, но духи слушались его — нас постепенно зажимали. Правда, позиции у них были не очень.
Выждав удачный момент и поймав его на прицел, я выжал спуск — метко выпущенная пуля, попала ему в плечо. Расстояние между нами было метров в тридцать — сблизились достаточно хорошо.
В какой-то момент я увидел, что тот достал гранатомет РПГ-18, разложил его в боевое положение. Навел на меня… Молниеносно вскинув Калашников, я дважды выжал спуск. Первая пуля попала в горло, вторая в голову. Он был сражен наповал, но и сам успел выстрелить. Реактивная граната со свистом попала в камень, оглушительно взорвалась, накрыв осколками его же душманов. Все, герой… Отбегался!
По мне открыли огонь — пуля чиркнула по бедру, разорвав одежду. Я едва успел растянуться на камнях.
Но в этот момент, где-то рядом вскрикнул майор Игнатьев, краем глаза я увидел, как тот на бегу выронил автомат и упал землю.
Его дважды ранили.
— Кэп! — крикнул Герц.
— Отставить! — зарычал в ответ командир группы, одновременно доставая из жилета-разгрузки хорошо узнаваемую оранжевую аптечку АИ-1.Ему нужен был промедол и как-то остановить кровь.
Шаман швырнул гранату — парочка душманов бросилась в стороны, но их всё равно накрыло осколками. Пробравшийся сбоку Герц накрыл их длинной очередью. Смирнов и Урду дружно ударили из автоматов по неосторожно высунувшемуся из-за камней противнику — тот, выполнив оружие, упал навзничь.
Мы были быстрее, действовали слаженно. Духам такое и не снилось. Они вообще стали какими-то заторможенными.
Я сменил позицию, глянул вниз — майор Игнатьев спешно оказывал себе первую помощь, успев чуть отползти за камни. Руки у него были в крови — я даже толком не понял, куда его ранили.
Ничего, прорвемся! Ещё ничего не закончилось…
Пока уцелевшие разведчики старшего лейтенанта Горелова держали духов, приближающихся со стороны завала, мы не сговариваясь переключились на душманов, зашедших с тыла.
Машина горела, валил черный дым.
Всего несколько минут и больше половины противников уже лежали среди камней, орошая всё своей кровью. Куда ни глянь, везде пустые гильзы. Хорошо, что парни привезли патроны — без них отбиваться было бы нечем. Если бы эта группа душманов успела спуститься в ущелье и занять более выгодные позиции, мы оказались бы в очень невыгодной ситуации. Но духи явно поторопились, слишком рано открыли огонь, чем и выдали себя… Да и командир их, уже будучи мертвым, выстрелив по своим. А теперь, лишившись руководства, они совершали много бестолковых действий.
Я бросился за камни, обогнул один из них. Увидел перезаряжающегося душмана в десяти метрах… Тот что-то крикнул, схватился за пистолет.
Но я быстрее. Выстрел — готов!
Кажется, там остался только один боеспособный противник. И тут, Герц, оказавшийся справа от меня, резко вскрикнул… Отлетел за камни, зажимая рукой кровавую рану на плече. Одновременно с этим раздался далёкий одиночный выстрел — рядом со мной звякнула пуля. Это был уже второй — первый как раз был сделан по Артёмову…
— Сука, снайпер! — громко вскрикнул я, догадавшись, что тот, кто стрелял по нам из вертолёта ранее, все ещё жив… — Там!
  
Глава 17
 
Прямой контакт
 
Приблизительную позицию снайпера я вычислил почти сразу — с другой стороны ущелья, как раз в той стороне, куда упал сбитый Самариным вертолет. В той части ущелья в сторону отходило узкое, с неровными краями ответвление — машина там пройти бы не смогла, а вот человек без проблем. Чуть выше шла какая-то тропа, но чтобы подняться по ней, нужно было сделать большой крюк. Легче забраться на нее прямо по камням.
С моей позиции было не видно, насколько глубокое это ответвление.
Я быстро смекнул, что через него можно подняться наверх и ликвидировать снайпера, иначе он перещелкает нас из оптики, как куропаток на поле.
— Не высовываться! — рявкнул я, прокладывая путь через ущелье. В целом, это было более чем возможно. Меня поняли сразу — подобный момент у группы был отлажен чуть ли не до автоматизма. Если кто-то требовал, все прислушивались. Единый механизм, такому нужно долго учиться, а нам повезло — у нас были очень хорошие учителя и инструкторы.
— Герц, ты там как? — крикнул я, привлекая внимание связиста, что был немного выше меня.
— Жить буду… — голос у него был искажен болью. Видать, хорошо зацепило.
Где-то вдалеке снова раздался выстрел — коварный и невидимый снайпер продолжал работать, прекрасно понимая, что достать его с наших позиций просто нереально.
Общая обстановка начала выравниваться. Разведчики Горелова сумели частично откинуть душманов обратно за каменный завал — но это ещё ни о чем не говорило. К тому же, небольшая группа духов, вместе с пулемётчиком продолжала простреливать большую часть ущелья. А сами они при этом сами были надёжно скрыты за естественными укрытиями. Стало чуть тише, схватка перешла в режим позиционного боя, стрельба раздавалась куда реже. Однако достать засевших в камнях духов пока было нельзя.
Мы понимали, что они просто накапливали силы для нового броска — который будет решительным и мощным. И далеко не факт, что мы его выдержим. До этого доводить нельзя.
Несмотря на огромные потери, у противника по-прежнему было более чем пятикратное численное преимущество. И это так, навскидку. Ещё неизвестно какие силы они умудрились подтянуть, раз даже вертушку с Пакистана подтянули… Конечно, «Хьюи» вертолёт не боевой, уже морально и технически устаревший, а также совершенно не приспособлен работать в условиях интенсивного боя из-за полного отсутствия броневой защиты. Неудивительно, что сбить его оказалось довольно просто.
Подвесное оружие — конечно, хорошо. Но защищенности оно не добавляло.
Оба пилота были ликвидированы одной, метко выпущенной пулеметной очередью.