Качели (СИ)

***
Первые несколько месяцев в новой квартире прошли незаметно и довольно ровно. Каждую минуту своей жизни Саша чувствовала себя счастливой и не терзалась размышлениями о том, что ей мог бы достаться «другой» Денис, сотканный по ее собственным идеальным лекалам. Она вспомнила тот разговор с мужем в машине, когда он рассказал ей о мыслях о «другом» Роме, и сейчас была согласна с Денисом в том, что это была бы другая, ненастоящая жизнь, и не факт, что более счастливая.
  
Как-то раз Денис пришел домой сам не свой. Саша заметила это сразу, но не напряглась, потому что в необычном поведении Дениса не читалось неприятности — напротив, он вел себя так, будто кто-то только что сообщил ему новость настолько прекрасную, что он сам никак не может в нее поверить.
— Тиш, ты чего такой? — улыбнулась ему Саша, когда муж разулся и прошел на кухню, где Анечка, смешно держа в руке вилку, уплетала кусочки мелко нарезанного для нее арбуза.
— В смысле? — обернулся на нее Денис с таким выражением лица, как будто собирается поделиться с Сашей чем-то по-особенному хорошим.
— У тебя глаза улыбаются! Что произошло?
— Произошло нечто такое, во что я пока еще сам не поверил…
— Да говори уже! Не тяни!
— Я тебе не говорил, потому что для меня это было не более, чем глупостью.
— Что такое?
— Я где-то полгода назад решил, ну, чисто для себя, ради спортивного интереса, сдать судейский квалификационный экзамен. Подал документы, пришел на экзамен и сдал его «на отлично».
— Боже… — у Саши перехватило дыхание, и она опустилась на стул.
— Ну, а потом решил подать документы на назначение, потому что в одном из судов открылась вакансия. Председатель суда –хороший знакомый нашего управляющего партнера, который и замолвил за меня словечко.
— Тиш, ты серьезно? Только не говори, что…
— Ну да. Сегодня мне позвонили из судебного департамента и сказали, что я прошел президентскую комиссию по судейским кадрам, и Президент РФ подписал на меня указ.
— На… На федерального судью?
— Ага, — улыбнулся муж.
— Боже мой, вот это ты меня ошарашил… То есть… Ты теперь… судья? — Саше самой не верилось, что она употребляет это слово по отношению к Денису, к этому моложавому симпатичному парню, который не тянул и на двадцать шесть.
— Ну, строго говоря, пока еще нет, но стану им, когда принесу присягу.
— Тиша, я в полной прострации… Ты, мой муж, и… судья?!
— Ну да, — не переставал скромно улыбаться Денис.
— А как же твоя практика? Твои клиенты? Твоя позиция в фирме?
— Ну никак. Тут надо выбирать. Судейство — это вершина, венец юридической карьеры. Мне всегда хотелось стать судьей. Вот я им и стал.
— И как на работе отреагировали?!
— Конечно, когда я только завел об этом речь с управляющим партнером, он был в недоумении, потому что ему не хотелось терять ценный кадр. Но, с другой стороны, он талантливый управленец и стратег. И хорошо понимает, что иметь судью в качестве знакомого — полезно для юридической практики.
— Эм… В каком смысле?
— Ну, не в том, конечно, что я там взятки какие-то буду брать, — усмехнулся муж, — но мы же понимаем, в какой стране живем и как работает система. Все именитые владельцы юридических фирм так или иначе имеют, скажем так, завязки в судейском корпусе, и это вовсе не означает, что судья прикормленный. Короче, судили мы, рядили с ним, и решили, что продвинем мои документы. Просто так, с кондачка, человека не из системы, да еще и с адвокатским статусом, никто в судьи не возьмет. Поэтому ему пришлось хорошенько подсуетиться для меня.
— А как же твой адвокатский статус?
— Да я вот как раз только что из адвокатской палаты. Написал заявление о прекращении статуса адвоката.
— Мда, — промолвила Саша, — сказать, что я в шоке — это ничего не сказать. Ведь ты даже со мной не советовался!
— Глупенькая, я не советовался с тобой, потому что у меня и мысли не было, что эта моя задумка реально к чему-то приведет. Ну, сказал бы я тебе: «Хочу стать судьей», и что? С тем же успехом я мог бы сказать, что хочу стать космонавтом.
— Слов нет, Тиш… Я очень рада за тебя, честно!
— Только я очень тебя прошу не распространяться. Ни среди друзей, ни на твоей работе. Если узнают, что у тебя муж — федеральный судья, то проходу не дадут. Будут подкатывать с предложениями решить свои вопросы.
— Я никому не скажу. Хотя и очень хочется! Это же такое достижение!
— Не распространяйся, в общем.
— Даже Насте нельзя говорить?
— Ну, Настя будет дуться, если от нее скрыть, она же подруга. Но не надо пока говорить. Мне нужно сначала понять, как оно пойдет.
— А когда ты начнешь работать на новом месте?
— Вроде как через две недели. На следующую неделю назначена моя присяга. Я уже даже свой кабинет видел.
— Офигеть, конечно. Нет, реально — охренеть!
— Я сам еще не до конца осознал. Ну, посмотрим, каким судьей я буду.
— Ты будешь замечательным судьей! Знаешь же сам.
— И Иришке ничего не говори, а то сболтнет в школе. Ни к чему это.
Спустя две недели наступил первый рабочий день Дениса в суде, и он не находил себе места от волнения. Еще со студенческих времен Саша знала, что малейшее переживание сказывается на аппетите мужа. По его собственному признанию, когда он волнуется, у него в горле вырастает металлическая заслонка, и еда не проходит внутрь, и это объяснение всегда невероятно забавляло Сашу. Вот и этим утром он нервно метался по квартире, подбирая правильную рубашку к новому итальянскому костюму.
— Папа, у тебя сегодня суд? — спросила его Иришка, сидя за столом и жуя «Киндер Пингви» — дочь знала, что папа работает адвокатом и всегда надевает строгий костюм, если ему предстоит участие в судебном заседании.
— Эх, зайкин, ты даже не представляешь, насколько у меня сегодня суд… — рассеянно бросил ей Денис, проходя мимо кухонного стола и ласково касаясь бантов дочери.
— Насколько? — наивно уточнила Иришка.
— Во-о-от настолько! — улыбнулся Денис и развел руки широко в стороны, отчего Иришка засмеялась, и Денису стало немного легче.
Саша поставила на стол завтрак и чашку кофе. Денис повертел кусок еды в руках, поднес его ко рту, понюхал, положил обратно на тарелку, отхлебнул кофе, снова взял еду, откусил и стал долго и медленно жевать, время от времени отпивая из чашки. Наконец он уверенно отодвинул от себя все еще полную тарелку, встал и пошел в ванную, чтобы соблюсти обязательный утренний ритуал — нанести на веки крем.
— Тиш, да успокойся ты уже! — сказала ему Саша, видя, что Денис все еще не проглотил пищу.
— Не могу, — с набитым ртом ответил он, но потом сделал усилие и проглотил пищу, — меня колотит всего. Такая ответственность, просто жесть!
— Не надо перегружать себя. Сам же знаешь — глаза боятся, а руки делают.
— А молоточек стучит, — поправляя волосы, сказал он. — Как я выгляжу? Нормально?
— Под мантией твоих стараний все равно видно не будет, — улыбнулась Саша.
— Когда я смотрел на судей, у меня всегда было представление, что под мантией они голые. Ну, знаешь, как стереотип про дикторов в телевизоре — что они только сверху одеты, а сами сидят в студии в трусах.
Саша рассмеялась, подошла к мужу и сняла с его плеча маленькую белую ниточку.
— Это не то, что ты думаешь! Это мои волосы, если что, — сказал Денис.
Саша снова засмеялась:
— Вот теперь узнаю тебя. Пока чувство юмора у тебя включено, все остальное — пустяки.
— Да уж, пустяки. Одно успокаивает — что я не уголовные дела буду рассматривать. А то нагородил бы такого…
— Ой, ну все, хватит. Пошел?
— Как на расстрел.
  
— Ни пуха!
Целый день у Саши не получалось сосредоточиться на работе — она думала о том, как там Денис в свой первый рабочий день на новом месте. Она написала ему, все ли у него в порядке, но Денис не ответил, да Саша и не ждала ответа — она прекрасно понимала, что последнее, чем будет сегодня заниматься муж — это сидеть в телефоне.