Выход (СИ)

Какой ещё ребёнок, откажется повозиться на кухне с тестом. Тем более когда тесто на десерт.
— Да! — звонко, почти взвизгнула девочка.
— Тогда мой ручки, — подставила к раковине специальную лесенку-табуретку и малышка ловко на неё взобралась, старательно откручивая кран с водой, — Оденем тебе фартучек, чтоб платье твоё красивое не испачкать. — Соня с Егором малышку наряжали как куколку, она и была похожа на куколку.
Большие зелёные глаза, густые пепельные волосы вились мягкими кудряшками, пухлые губки бантиком и милое личико с тёмными бровками и длинными ресничками. Глядя на все эти бантики и рюшечки, испытывала добрую зависть. Мне тоже хотелось девочку, но вторая моя беременность завершилась рождением ещё одного сына.
Повязала Наташе фартучек, тот, правда, был ей почти до пола, но я планировала усадить её за стол, чтоб она не запнулась.
Когда тесто почти было замешано и я уже натирала форму маргарином, на кухню пришли и мальчишки. Ваня поджал губы, бровки домиком и возмутился;
— Я тоже хотел тесто замешивать! Мама, почему ты меня не позвала?! — рядом с возмущённым Ваней, мялся трёхлетний Славочка, наш с Ромой младший сын, тот самый светловолосы мальчишка из моего давнего сна.
— А ты уверен, что мальчикам можно готовить? — задала наводящий вопрос, и Ваня сразу понял, что я имею в виду.
— Наташа, ты можешь идти играть в паровоз! Я маме сам помогу! Только ты Славку возьми, а то реветь будет! — громко, очень громко заявил Ваня, забираясь на стул.
Наташа довольная Ваниным разрешением, спрыгнула со стула и попыталась снять фартук.
— Давай я тебе помогу. — сняла с малышки фартук, потянув за тесёмку бантика.
— А Ваня луки не помыл. — шепнула Наташа, сейчас был бы тут Роман или его отец, Наташу бы обязательно назвали стук-стук, того гляди и хором.
— Ваня руки мыть, и тебе Наташа тоже ручки стоит помыть. — смахнула с её носика муку.
Потом Ваня с Наташей толкались на лавочке и не могли поделить сначала мыло, потом воду. И что удивительно, когда они долго не виделись, то скучали друг по другу, а стоило их соединить, мир длился буквально час, от силы два. Затем следовала невероятная борьба за всё подряд, дружбе наступал конец, и их было проще развести по разным углам, нежели помирить.
Уже после ужина, водных процедур, уложив всех детей спать, я зашла в ванную комнату. Хотела достать из стиральной машины постиранную детскую одежду и развесить на сушилке, но вместо этого сняла с себя футболку и принялась придирчиво оглядывать своё тело в зеркале.
— Чего ты тут крутишься? — Рома заглянул в ванную комнату как раз невовремя.
Когда я разглядывала свои бока. После двух беременностей на них растяжки появились, да и вообще они, бока эти стали больше.
Потому что наш младший сынок Славочка очень любит блинчики, и я пеку их почти каждый день, ибо накормить чем-то другим сейчас младшего сына просто невозможно. Зубки беспокоят малыша. Последние моляры даются очень тяжело. Но как напечь блинов, и самой их не отведать? А сегодня вместо блинов был манник, а это тоже не лучше, даже хуже, так как сахара в нём больше, а я съела целых два куска.
Рома завис на пороге, в ожидании моего ответа.
— Я разжирела. — призналась, чего, и опустила руки, а в довершение ещё и надулась сама на себя.
— Где это? — удивлённый Рома со своим идеальным телом не видел в моём неидеальном ничего ужасного.
Зашёл в ванную комнату и закрыл за собой дверь на щеколду, которая с появлением детей в доме, была приделана Ромой лично почти под верхним углом.
— Вот, бока. Растяжки. — собрала руками жирок на боках немного, конечно, Ника куда больше меня поправилась после родов, а о Соне и говорить нечего, она и так не худая была, но всё же лишние пять килограмм у меня точно есть.
Рома встал позади почти вплотную, провёл ладонями по моим бокам.
— Это, между прочим, мои любимые бока, у тебя из-за них такая талия стала выразительная. Какие-то глупости Кира-а-а. Чувствуешь, как я тебя хочу? — толкнулся в меня своим твёрдым «хочу», — Но, если хочешь, могу тебя потренировать. Хочешь? — шепнул мне на ухо так горячо, стягивая с меня домашнее трико вместе с трусиками.
 
Свободной рукой отодвинул лифчик сжал грудь, он что-то спросил, только что, а я уже забыла и не ответила. Рома задал свой вопрос ещё раз.
— Так как? Хочешь я тебя потренирую Кира-а-а. — горячо и протяжно прошептал моё имя на ухо, ведя рукой по животу.
На это Кира-а-а у меня уже давно был рефлекс. Я моментально возбуждалась и меня несло в мир разврата. Пусть мы уже почти шесть лет женаты, между нами не всегда всё гладко, бывают недопонимания и мелкие ссоры, но это всё равно до сих пор работает и неизвестно, потеряет ли когда-то силу. Наверное, разве что тогда, когда Рома перестанет так растягивать моё имя.
— Хочу да… — упёрлась бёдрами ему в пах, он тоже хочет, но, как и я, явно не тренировок со мной.
Хотя…
— Тогда начнём с растяжки. Запомни Кира-а-а тренировку всегда нужно начинать с растяжки. — повёл рукой между ног по внутренней стороне бедра, и аккуратно подняв одну ногу, уложил её на мраморную столешницу раковины.
Я немного наклонилась вперёд, потому что мне было не очень удобно, в конце-то концов я не балерина.
Рома провёл пальцами по моему позвоночнику, крепкой рукой подхватил под живот. В отражении зеркала любовалась сейчас не им, а тем его обжигающим взглядом на меня. Небольшая заминка с его одеждой, потёрся головкой члена о клитор, и плавно вошёл в меня, до упора. Я опустила голову, отводя взгляд от отражения в зеркале, и прикусила губу, чтоб не стонать в голос.
— Ром… — совсем невовремя, но вспомнила об одной важной детали.
— Кира я знаю… — на выдохе перебивает меня муж.
Вот, вообще, не время выяснять, что он имеет ввиду, но мне уже самой любопытно, так ли мой Удав проницателен на этот раз.
— Ты о чём? — спрашиваю его и снова прикусываю губу, потому что не могу сдержать эмоции и начатый невовремя разговор меня не сбивает вовсе, хотя по идее должен бы.
— О таблетках, а ты разве не об этом? — спрашивает и мощными толчками ритмично таранит меня, сильно, грубо, до предела.
Об этом. — думаю, но не отвечаю ему, потому что опасаюсь перейти на крик и перебудить детей, потому что вот-вот меня накроет оргазм.
И меня затрясло, каждая клеточка тела напряглась, Рома же не останавливался, быстро и жадно догоняя меня. Через проходящую и отпускающую дрожь в теле, почувствовала, как он кончает в меня. После загонит в душевую кабину и будет долго радоваться тому, что я решила больше не пить противозачаточные.
— Но как ты узнал, чёрт возьми?! — спросила у него, оторвавшись от его требовательных губ.
— Кира, родная моя, вспомни, сколько раз, при мне звенел твой будильник с напоминанием о том, что пора принять таблетку. Я уже месяц не слышал этой противной мелодии. — с довольной улыбочкой, поведал мне мой муж.
Роме моя идея повременить с третьим ребёнком до Славкиного детского садика очень не понравилась. Он даже смел предположить, что я его разлюбила и поэтому не хочу от него детей. Пожалуй, это был единственный наш грандиозный скандал за последние пять лет. Но тогда муж сдался, и терпеливо ждал три года, пока я созрею, ни разу не заикнувшись о пополнении.
— Я тебя люблю. — повисла на его шее и исцеловала все его лицо.
— А я тебя люблю. — отсмеявшись после моего нападения, признался он.
  
Бонус
 
Роман
Вечером после ужина в кругу семьи отправился в свой кабинет, нашего нового с Кирой дома, чтоб выпить и немного снять напряжение. Сегодня был именно тот день, который я никак не хотел датировать, но моя чёртова память сыграла со мной злую шутку. День, когда моя Кира чуть не застрелилась…
Приглушил свет, налил в стакан конька, и выпил залпом. Знаю, Кира будет ворчать, унюхав, что я пил, но это очень даже мило, это окончательно отгонит мой страх сегодня.