Семнадцатая (СИ)
Глава 46
Глава 46
- Все равно что-то с ним нет так… - говорит Лиза, разворачивая очередной планшет и включая его: - знаешь, будто у него посттравматический синдром. У него всегда такой был, как будто он воевал или пережил что-то… однако я списывала это на триггер. Ну, знаешь, Самый Худший День и все такое.
- Самый Худший День? – я подключаю еще один планшет и даю доступ к нему особо крупному муравью из тех, что были выведены в рамках селекционной программы «Пять пальцев». Человеку трудно управлять чем-то, что отличается от анатомии его тела – на первых порах. Потом человек приспосабливается и может манипулировать ковшом экскаватора как собственной рукой. Те из Мясников, что уже управляли муравьями – быстро привыкают, но тем не менее я вырастила крупных муравьев, чтобы им не приходилось жаловаться на то, что пока он ползет по экрану – открываются новые вкладки. Каждый муравей соответствует человеческой ладони, два муравья – две руки. Да, у них шесть ножек вместо пяти пальцев, но лучше больше, чем меньше, не так ли?
- Ты не знаешь? – Лиза бросает на меня быстрый взгляд и убирает с лица челку, мешающую ей видеть: - а, вижу. Ты знаешь.
- Знаю. Но наверняка не все. Знаю, что триггером тут называют некое событие, которое служит спусковым крючком для начала процессов по запуску опухолей в мозгу… этих новообразований, Корона Поллента, Корона Гамма, тех, что отличают паралюдей от всех других. Называют это Самым Худшим Днем, потому что как правило это травмирующие события, как психологически, так и физически, но в большей степени психологически. Так что каждому из паралюдей можно смело клеить ярлычок «ПТСР» прямо на лоб. Интересно, какая такая травма была у Славы? Нет, я понимаю, что психологическая травма — это относительное понятие, кому-то суп пустой, а кому жемчуг мелкий, но все же. Она выглядит довольно счастливой девушкой. – задумываюсь я. Опять я позволяю себя обмануться внешним видом. Славная Девочка – сияет счастьем и уверенностью в своих силах, ну так Сплетница такая же, только вредная. Тоже сияет уверенностью, но к этому еще и самодовольство прибавьте, она же самая умная в комнате. Это не говорит ничего о том, что эти двое пережили в прошлом. Да и я сама – для Тейлор этот шкафчик был адом, сущим адом, настоящим кошмаром, а для стороннего наблюдателя – подумаешь девушки пошалили и одноклассницу в шкафчик заперли. О том, что она обладатель жуткой клаустрофобии, боится насекомых и грязи – кто знает? Если выбирать между джунглями, где со всех сторон летят пули и враги хотят тебя убить, рядом корчится товарищ, подбирая в живот свои сизые кишки пополам с грязью или этим шкафчиком с мусором и насекомыми, то Тейлор в любой день недели выбрала бы джунгли.
- Ты выглядишь довольно счастливой девушкой. Особенно когда кого-то жрешь своими тараканами. – тычет в меня пальцем Сплетница: - и, эй, я тебя не осуждаю. Просто то, что с тобой было – это не то, кем ты являешься. Некоторых ПТСР ломает, но кто-то может с этим справится. Слава, ты, я – справились. Мясник Первый, оригинальный – так и не смог оправится, пошел мстить всему миру. Мой бывший босс… - она с особым удовольствием делает ударение на слове «бывший»: - он справился. Дважды. Может больше. Он редкая скотина, Тей-Тей, пожалуйста будь с ним осторожна. Я умная, но я не могу предсказать что именно он задумал. А он – всегда что-то задумал. Если он отпустил меня – это ловушка. Если он хочет поговорить с тобой – это ловушка. Давай ты все-таки убьешь его, а? Тебе же не сложно. Вжик – и все. Лежит на полу и корчится от твоего нейротоксина, а потом ты его насекомыми сожрешь.
- А ты довольно кровожадна, молодая леди. – я набираю пароль от вай-фая. В моем доме сейчас сразу пять точек доступа в сеть, все оплачены по максимальному тарифу. Если что-то и выдает во мне Технаря, то, пожалуй, вот это. Опять-таки и черт с ним. Мясники не доставляют мне слишком много неудобств, но когда они делом заняты на душе как-то спокойней, общий эмоциональный фон немного легче становится. Связаны мы вместе не только общим информационным каналом, это еще полбеды было бы, все-таки есть люди, которые в состоянии сосредоточиться на важном, не обращая внимания на другие потоки информации. Нет, Мясники и я – одно целое на уровне эмоций. И с этим уже никакой йог ничего бы не сделал, вот почему в конце концов все становились Мясниками. Но у меня есть способность снимать эмоции, посылая их в Рой, потому мне это не страшно. Однако все время быть безэмоциональной машиной тоже не совсем уютно. Так что когда мои Мясники заняты делом, удовлетворены жизнью и относительно довольны – мне тоже хорошо. Именно поэтому я не стала никуда бежать, роняя тапки, а назначила встречу с Вывертом на завтра. Полдень, нейтральная территория, бар «Соммерс». Возьму с собой Сплетницу, пусть порадуется.
- Я не кровожадная. Я – практичная. – возражает мне она, становясь на колени и начиная распаковывать еще один планшет: - Выверт – это Выверт. Он всегда изворачивается и встает на ноги. Если вести с ним переговоры, то в конечном итоге он своего добьется.
- Как у тебя мало веры в меня, Великую и Ужасную Тейлор. Съесть его я всегда успею. Худой мир лучше доброй ссоры. Ты опасаешься, что он обведет меня вокруг пальца? А ты у меня на что? Как там… - я становлюсь в пафосную позу, упирая руки в бока: - «Я злодея погубил, я тебя освободил, а теперь душа-девица на тебе хочу жениться!»
- Ты не победила злодея, а вступила с ним в переговоры, - указывает Сплетница: - и я очень опасаюсь, что в результате это он тебя победит. Да, ты почти неуязвима, у тебя невероятные возможности по разрушению и убийствам себе подобных, если дать тебе развернуться ты станешь стихийным бедствием. Но у тебя есть моральные принципы, ты не психопатка.
- И с каких пор это стало недостатком? Именно благодаря этому ты все еще жива и здорова, Лиза. Будь я психопаткой, твой жизненный путь закончился еще в том самом переулке у мусорных контейнеров. – напоминаю я: - а я терплю даже твое сомнительное чувство юмора. Хотя ты постоянно испытываешь мое терпение, Лиза.
- Вот в этом дело, Тей-Тей. – вздыхает Лиза: - ты слишком хороша для Мясника. Нет, я не жалуюсь. Просто я – манипуляторша, Тей. Я манипулирую тобой. Играю на твоем чувстве одиночества после того, как тебя предала твоя лучшая подруга. Играю на том, что ты – никогда не предашь своих друзей, тех, кого ты считаешь друзьями. Потому что – тебя предали. Играю на том, что ты терпеть не можешь тех, кто буллит других, ведь ты сама подверглась буллингу в школе. Я играю на твоих чувствах, Тей-Тей. Я и говорю это все тебе только затем, чтобы ты … да, вот именно – сделала вот такие глаза. И приняла решение о том, что ты все равно меня не бросишь и не убьешь. Видишь, как легко тобой манипулировать? Несколько слов и я уже могу творить что захочу рядом с тобой и ты не станешь пожирать меня своим Роем или бить болевым импульсом. Более того – ты уже готова утешать меня и уверять что это ничего страшного, что все друг другом манипулируют и что у меня просто немного больше информации об окружающих. Ты собралась жалеть меня! Удивительно, Тей-Тей, как в тебе уживается невероятная жестокость и такая же невероятная мягкость. Я боюсь, что Выверт использует твои слабости против тебя. Боюсь, что у него получится это сделать.
- Вот как. – я подключаю последний планшет и даю доступ к нему, Два крупных муравья тут же срываются с места и начинают исследовать экран, вбивая буковки в поисковую строку. Я встаю и отряхиваю колени.
- Знаешь, ты меня тоже поражаешь, Лиза-Сплетница. Ты такая умная и такая дурочка одновременно. – говорю я, поворачиваясь к ней: - все-таки недаром вы – Умники, а не Мудрецы. Все что я делаю – я делаю потому что хочу этого. Ты мне нравишься, и я терплю твои шуточки и подначки, твое высокомерие и желание показаться самой умной в классе. Перейдешь границу – надаю по заднице. Если я перейду твои границы – ты обидишься. Это и есть человеческие отношения, Лиза. Ты манипулируешь мной, я – тобой. Только обычно люди не называют это манипуляциями.