Семнадцатая (СИ)
- Мисс Хеберт – уже маньяк?
- Она испытывает преувеличенную ненависть к одному из моих Стражей. – говорит Пиггот: - придумала себе, что та обижала ее в школе, надумала обиды и оскорбления, сама придумала, сама обиделась. Подростковый максимализм и агрессия.
- Она учится в школе с Стражем? Школа Аркадия?
- Школа Уинслоу. Ее одноклассница - Призрачный Сталкер. Гражданская личность – София Хесс. Отличница в учебе, активистка в классе, спортсменка. Довольно популярна среди школьников. В то время, как сама Хеберт – тихоня с грязными волосами и в рваных джинсах. Знаете, наверное, такой тип девушек. Они ненавидят окружающих просто за то, что те красивее и умнее, за то, что те популярны. Полагаю, что в школе они сталкивались пару раз и даже конфликтовали. Разница в социальном статусе вызвало такое отношение со стороны мисс Хеберт.
- Эта Страж – вы уже предприняли меры по обеспечению безопасности ее и ее семьи? Мясник среди персональных врагов – это не шуточки.
- Мисс Хесс в данный момент находится в особо охраняемой камере. – кивает Эмили: - к ее матери приставлена охрана. Однако в связи с тем, что и со стороны Стража были допущены… некоторые перегибы, я посчитала нужным инициировать процесс рассмотрения ее действий в судебном порядке.
- Это правильно. Мы не можем показать, что покрываем кого-либо, или выдаем людям индульгенции, независимо от их статуса… - говорит Коста-Браун. Она знает, что это неправда, и Пиггот знает о том же. Формально все равны, однако некоторые – равнее других. Та же Александрия, какие бы методы она не использовала в наведении справедливости и нанесении добра – никто и глазом не моргнет. Эмили Пиггот знала это слишком хорошо. Однако она никак не прореагировала на слова Коста-Браун.
Эмили Пиггот не была крестоносцем, она прекрасно понимала, что лес рубят – щепки летят. Кроме того, самой главной ее задачей в этом разговоре было правильно расставить акценты. Чтобы у заместителя шеф-директора не возникло вопроса «какого черта эта Пиггот не проследила за этой идиоткой Софией Хесс, которая довела школьницу до триггера». С другой стороны, умолчать об этом было бы намного хуже. Это выглядело бы не просто как проеб, но как сознательное покрытие своего проеба. И если в первом случае можно отделаться дисциплинарным взысканием и внутренним расследованием, то второй случай – это уже уголовно наказуемое деяние.
Потому Эмили тщательно расставляла акценты и была уверена в своей правоте. Действительно, есть факты. Призрачный Сталкер довела Тейлор Хеберт до триггера. Но! Факты таковы – никто не избивал эту Хеберт, а ведь София вполне могла ее покалечить. Да, издевались, оскорбляли, но и только. Это – обычные школьные будни, подростки сами по себе жестокие и за ними не уследишь. Единственный случай физического воздействия – когда ее втолкнули в шкафчик и закрыли за ней дверь. Это – да, это тянет на преступление. Однако и доказательств нет, хотя, да, Эмили вот просто уверена, что София Хесс сделала это. В ее характере. Тем не менее, они сейчас говорят об этом только потому, что мисс Хеберт – Пятнадцатая. В противном случае никому до этого дела не было бы. Да, это неправильно, но такова жизнь. Сейчас фишка легла так, Тейлор Хеберт в силах требовать контрибуции и если она запросит мести, то Эмили будет нечего сказать в ответ на такое требование. Разве что сменить слово «месть» на «правосудие».
Сама же Хеберт – пока показывает удивительное здравомыслие. Внешне – не показывает гнева, даже попросила не наказывать ни директора школы, ни саму Хесс. Но… Эмили подозревает мисс Хеберт в том, что она психопатка, а значит – планирует месть куда более изощренную чем обычное правосудие. В самом деле, вот посадят эту Хесс в колонию для несовершеннолетних… да плевать ей на это. Начать с того, что не существует таких колоний для паралюдей. А в обычной колонии София будет доминирующей альфой. И это не говоря о том, что она и сбежать может. Ну нет, такое мисс Хеберт точно не устроит. Что это значит? То, что мисс Хеберт хочет наказать эту Софию Хесс самостоятельно и судя по тому, как она расправилась с бедным азиатским пареньком из АПП на глазах у Бакуды – Призрачного Сталкера ожидают не самые приятные времена.
В свою очередь – что это значит для директора Эмили Пиггот? Да ничего. Она не собирается обеспечивать Софии Хесс круглосуточную охрану или тратить деньги департамента на обеспечение ее безопасности. Через три дня ее выпустят из изоляции и … закроют глаза. Мисс Хеберт желает вершить месть своими руками? Вперед.
Эмили Пиггот ни в малейшей степени не жалко эту Хесс. Сама постелила себе постель, пусть сама попробует поспать на ней. А как начальник департамента и директор филиала Эмили Пиггот сделала что смогла – подписала соглашение с Мясником и даже не стала наказывать эту Софию слишком сильно. Если Хеберт все же сорвется и уничтожит Софию – у Пиггот будет очередной крючок-зацепка против нее, и самое главное – она поймет что Хеберт нельзя доверять. Она не контролирует себя. Если же Призрачный Сталкер продолжит коптить небо и портить воздух Броктон Бей самим фактом своего существования – это будет говорить о том, что с мисс Хеберт можно вести дела. Что она каким-то образом смогла подчинить себе Мясника или по крайней мере – не поддалась его влиянию. И чем дольше София Хесс живет и дышит, тем крепче эта уверенность. Эдакая лакмусовая бумажка. София Хесс, человек-индикатор.
Но и черт с ней, с Хесс. Сейчас главное – не попасть под раздачу. Упустила она эту идиотку, упустила. Да, не сама, там и куратор молодая девушка, которая не потрудилась лично проверить отчеты. Покрывала жалобы на Софию, проведя беседу с директором в духе «не дай бог, кто обидит нашего Стража», совсем забыв, что это она может кого угодно обидеть.
Тут и сами Стражи, которые внутри своего коллектива такие вот звоночки должны сразу определять и давать знать от этом командованию, а не замалчивать на местах, исходя из чувства ложной солидарности.
Тут и Оружейник, чьи социальные навыки чуточку хуже, чем у старого электрического чайника. Для которого Хесс прежде всего эффективная боевая единица, а что она в личной жизни творит его не касается.
Много факторов. Но она, Эмили Пиггот – директор этого филиала, а значит за все, что тут происходит отвечает именно она. Если эта Хеберт требовала бы правосудия – Эмили приложила бы все усилия и заперла бы Софию Хесс в тюрьму, и на самом деле это было бы безопасней для самой Софии. Однако мисс Хеберт не требовала ничего такого, она наоборот – ходатайствовала о том, чтобы не наказывать ее, так как «всякое в школе бывает». Директор Восточного филиала СКП, Эмили Пиггот – умеет читать между строк и это не просто «всякое в школе бывает», но скорее «всякое в школе может случится…», и скорее всего это всякое и случиться, по странному стечению обстоятельств именно с Софией Хесс. Однако вот за это директор Пиггот уже никакой ответственности нести не будет. Все предупреждены, у всех есть своя голова на плечах, а лакмусовая бумажка по имени Хесс – сыграет свою роль.
- В сухом остатке у нас то, что Мясник номер Пятнадцать оказалась довольно адекватна и скорей всего не будет продолжать паттерн поведения прежних Мясников, – говорит заместитель шеф-директора Ребекка Коста-Браун: - что уже немало, пусть это пока только надежда. Хорошо отработали, директор Пиггот.
- И это еще не все. – говорит Эмили, зная, что Коста-Браун еще не успела прочитать ее отчета, отправленного только что, нажатием кнопки: - самое главное достижение вот.
Она показывает в камеру лист бумаги.
- Приложение к рапорту номер два. Откройте приложенные сканы документов. – говорит она и Коста-Браун на своем конце линии – наклоняется к экрану, совершая манипуляции со своим ноутбуком.
- Что это у нас тут… соглашение?
- Соглашение о том, что Пятнадцатая обязалась принимать участие в отражении атак Губителей, начиная с момента подписания. – говорит Пиггот. Ей нет нужды смотреть в лицо Коста-Браун, она знает, что сейчас у нее расширяются зрачки и округляются глаза. Так тебя, лощеная ты стерва, думает она, думаете только вы там дела умеете делать?