Семнадцатая (СИ)
- Так я – не Чистилище, а Преисподняя? – задаю я вопрос: - а что с …
- Нет. – Сплетница улыбается, как всегда, зная больше, чем кто-либо и не стесняясь это демонстрировать: - твоя способность — это не рай и не ад. Каждый тут… - она снова обводит рукой пылающие огненные бутоны, раскиданные тут и там по темной долине: - каждый тут сам выбирает себе реальность, творит ее. Например, Двередел наконец получил зрение и слух, здоровое тело, встретился с замечательной девушкой, поступил в колледж, закончил его, женился на своей любимой и сейчас у них уже подрастают дети. У него счастливая жизнь… в реальности, которую ты создала для него. Вернее… ты дала возможность, а уже он сам ее создал. Каждому тут выделены свои вычислительные мощности… как бы это объяснить. Знаешь, в чем была истинная сила Выверта? Он не возвращался назад во времени, не создавал две реальности, ничего такого. Физически это возможно, но требует такого количества энергии, что… в общем его способность – это почти такие же гигантские вычислительные мощности, которые просчитывают реальность наперед. Вот и все.
- Как будто это просто!
- Конечно не просто. Вычислить реальность хотя бы на пять минут, хотя бы на десять секунд – с этим не справятся все вычислительные мощности человечества. А он мог просчитывать реальность на несколько суток вперед. Представь себе порядок величин. Однако твоя способность еще круче, управлять миллиардами насекомых, обрабатывая информацию в реальном времени, управлять десятка тысяч своих тел… кстати, а ты знаешь свой предел? Вот и я не знаю, но подозреваю, что у тебя их практически нет. В теории ты можешь управлять всеми живыми организмами на всей планете. Знаешь, можешь взять себе псевдоним Гея. Чтобы при встрече с инопланетянами так и представляться – очень приятно, я есть Гея, то есть Земля. Вся планета. Вся жизнь на всей этой планете! О, моя Императрица! Хотя… почему Императрица? Богиня! Кажется, твоя жопастая бомбистка назвала тебя Аматэрасу?
- Прекрати, Лиза. – я вздыхаю и потираю переносицу указательным и большим пальцами: - пожалуйста будь серьезнее. Я тут с тобой, потому что снаружи, в реальном мире сейчас у нас кризис. Губители нашли время и место выказать свою покорность… и я не знаю что с этим делать. С одной стороны здорово, прекрасно, замечательно. Если они продолжат быть послушными, то я смогу хотя бы прекратить их атаки. А это уже много, очень много. Это… - я задыхаюсь, понимая, что преуменьшаю. Прекратить атаки Губителей – это же общая цель всего человечества на протяжении последней четверти века! Никогда прежде все люди на земле не хотели одного и того же все вместе, так как этого. Миллионы жертв, десятки разрушенных городов, уничтоженная инфраструктура, разрушающийся вокруг мир, неминуемая гибель человечества, предсказанная футурологами – именно это было самой главной бедой на протяжении всех этих лет. Никто и подумать не мог, что обычная девочка из Броктон Бей сможет устранить угрозу Губителей…
- Бойся своих желаний. – улыбается Лиза-Сплетница, складывая руки на груди: - впрочем… ты же знаешь цену, которую тебе пришлось заплатить, не так ли?
- О чем ты?
- О тебе, моя дорогая. О тебе и обо мне. О них. – она обводит взглядом темную долину Чистилища вокруг: - ты же понимаешь, о чем я. Человеческое сознание не может быть перенесено сюда. Оно просто копируется. На самом деле настоящая Тейлор Хеберт умерла в тот самый день, когда сработал вирус Панацеи. Когда умерло твое оригинальное тело. Все последующие сознания – всего лишь копии. Почти как у Они Ли, только в твоем случае ничего не теряется, сознание переносится с точностью до кванта. Так что ты и так заплатила самую высокую цену, Тейлор.
- И ты тоже! – я стискиваю кулаки. Всегда понимала, что так и есть, Лиза всего лишь подтвердила мои опасения. Сознание копируется с каждой смертью, вот и все, чудес не бывает даже в этом исковерканном Сущностями мире.
- И я тоже… - легко соглашается Лиза-Сплетница: - и я тоже умерла. Вернее, умерла оригинальная Сара Ливси, она же Лиза Уилборн, она же Сплетница. Пусть земля ей будет пухом, классная была девчонка, мне очень нравилась. Такова цена, Тей-Тей… а я ведь предупреждала тебя. Говорила, что мы все еще можем убежать от этого мира в провинцию и выращивать пчел, собирать мед, долгими теплыми летними вечерами сидеть на открытой веранде своего домика, вдыхая запах свежеструганного дерева и ароматного чая, а твой папа жил бы по соседству с этой своей новенькой блондинкой из СКП.
Пока она говорит – темная долина вокруг исчезает, и мы с ней незаметно оказываемся на той самой открытой веранде, на столе стоят чашки с чаем, тарелка со свежей выпечкой и медовые соты. В воздухе разливаются трели цикад, а мы с ней – сидим в креслах-качалках совсем рядом и смотрим на закатное солнце. Нам хорошо. Мы болтаем о том и сем, вспоминаем общих знакомых и смеемся над шуточками, играем в шахматы и в покер и конечно же я – проигрываю. Потом, поздним вечером я мою посуду, а Лиза – обнимает меня сзади и шепчет на ухо шутливые непристойности. Мы отправляемся спать, чтобы с утра проснуться и прислушиваться к дыханию любимого человека, лежащего рядом и чувствовать невероятное счастье, замирая под одеялом и желая, чтобы это длилось вечно. Мы встаем с рассветом, на ферме много дел. Я помогаю пчелам собирать мед, а Лиза – обучает местных детишек устному счету и умению мухлевать в карточных играх. И так проходят дни за днями. Тихие летние вечера на веранде, неспешные беседы за чашкой чая, страстные ночи и искусанные в кровь губы, шаловливая улыбка Лизы с утра, смех и легкость, спокойствие и уверенность в завтрашнем дне. Нет больше постоянного давления, нет тремора и тревоги, ощущения того, что от меня что-то зависит, что от меня все что-то требуют, что нужно куда-то постоянно бежать, все ускоряясь и понимая, что – все равно проигрываю в скорости, что нужно бежать еще быстрее. И еще, и еще быстрее… что всегда будет мало, что бы я не делала, как бы не старалась, как бы не рвала свои жилы и сердце – всегда будет мало.
- Вот так я и хотела жить с тобой, Тей-Тей. – грустно говорит Лиза и мое сердце рвется в куски.
- Я и сама хочу этого же. – признаюсь я, пододвигая к себе чашку с чаем и глядя на пылающий диск закатного солнца на горизонте: - я и сама… а знаешь что? Ты права. Давай останемся тут? Только ты и я. Почему эта дурацкая миссия по спасению мира – должна быть за наш счет? Почему я и ты обязательно должны страдать? Пусть страдает кто-то другой, к черту это. Я – останусь с тобой, Лиза и пусть весь этот мир снаружи – сгорит к чертовой матери! Если выбирать, то я выбираю тебя. Я всегда выбирала тебя… пусть даже ты несносная язва и стерва.
- … долго ли ты выдержишь, Тейлор? – вздыхает Лиза, откидываясь в своем кресле-качалке: - не пройдет и сотни лет, как тебе это все надоест. Более того, уже через десять лет ты начнешь меня ненавидеть.
- Не начну!
- Начнешь. И я никогда не встану между тобой и твоей миссией. – качает она головой: - делай что должно, Тейлор и будь что будет. Ты же все равно сделаешь так, как ты должна. Вот что я в тебе ненавижу. Ты как будто принадлежишь всему миру, Тей-Тей… а я всего лишь маленькая и эгоистичная лисичка, которая хотела бы чтобы ты принадлежала только мне.
- Лиза…
- Погоди. Не перебивай. Дай насладиться этим закатом и твоим обществом в последний раз. – говорит она, отставляя чашку в сторону: - посидим немного в молчании, хорошо? Совсем чуть-чуть… а потом ты снова отправишься в свой квест по спасению человечества, как будто этим некому больше заняться.
- Лиза…
- Помолчи, Тейлор. Ненавижу тебя… терпеть тебя не могу… - говорит она, глядя на закатное солнце и я вижу, как по ее щеке скатывается одинокая слезинка. Дальше мы сидим в молчании…