Семнадцатая (СИ)

Тишина в конференц-комнате здания СКП была физически ощутима, она нависала над нами снежным комом, ее можно было нарезать пластами и паковать в ящики. И это была тяжелая тишина. 
Я специально держала паузу, давая противной стороне осознать всю глубину той пропасти, над которой они оказались. И да, местом проведения переговоров я не случайно назначила эту самую комнату. Именно в ней Оружейник пытался поймать меня в ловушку, именно тут на меня сверху упала металлическая сеть под высоким напряжением. Впоследствии, когда мои люди захватили здание СКП – выяснилось, что эта комната – одна большая ловушка. Металлические сети под напряжением, раструбы, выбрасывающие быстро застывающую пену, дротики с транквилизаторами, и конечно несколько комнат сразу за односторонним стеклом. В этих комнатах могло находится подкрепление, снайпера или кейпы с особыми способностями. Та же Сонная Лилия, например. Комнаты были герметично запечатаны, ни одно насекомое не могло туда проникнуть. 
Даже поверхностного взгляда хватило, чтобы понять – нападение в СКП не было случайностью, следствием горячего темперамента Большой А. Это была продуманная акция, засада. Что именно собирались сделать со мной, учитывая ценность способностей Панацеи для Протектората? Держать меня в сонной коме все время? Усыпить, засунуть в стазис-капсулу и все? Сомневаюсь. Сплетница считает, что у Котла есть возможность каким-то образом контролировать кейпов, попавших им в руки. Но для установления этого контроля им нужно чтобы кейп именно попал им в руки, неспособный к сопротивлению и неподвижный. Как именно Котел собирался контролировать меня, был ли это какой-то девайс, который устанавливался в мозг, или же программа внушения, гипноз или что-то более экзотическое – она не знала. Но она совершенно точно знала, что такие вот намерения у них были. Причем именно у Котла, а не у Протектората. Сегодня я вела переговоры с СКП и Протекторатом, не забывая о том, что Александрия – одновременно является представителем Котла. 
И потому – я держала паузу, давая второй стороне понять всю глубину той пропасти, на краю которой они стоят. 
В свою очередь, Сплетница конечно же не удержалась от шпильки и в комнате для конференций и брифингов – не было мебели. Совсем. Просто голые стены, пол и потолок. Разбитое окно, через которое дул прохладный ветер с залива. 
Окно разбила Александрия, когда вылетела вслед за мной в тот раз. Мебель же… эти люди слишком привыкли вести переговоры сидя в удобных креслах за столами. Любые переговоры для них были привычным делом, которое они ведут в привычной среде. Но Сплетница не собиралась прощать Котел и оставалась Сплетницей. Той, которая обожает указывать людям на свое превосходство. Мелочей не бывает, Тей-Тей – так говорила она, заправляя за ухо выбившуюся прядь золотых волос, мелочей не бывает. Они должны понять, что все вокруг – находится под твоим контролем и что они сидят, стоят и дышат – только потому что ты это им позволяешь. И только до той поры, пока ты это позволяешь. 
Так что, когда Ребекка Коста-Браун и Легенда, вместе с седовласым мужчиной и незнакомой мне девушкой в строгом офисном костюме вошли в помещение – они недоуменно переглянулись. Большая пустая комната, голые стены и разбитое окно. Посредине комнаты стою я, сложив руки на груди. Я – молчу, глядя на них. Справа от меня стоит Сплетница, сегодня – в черном, траурном костюме и с черной маской-домино на лице. 
Нужно отдать должное вошедшим, недоумение не продлилось долго. Они приняли правила игры, вперед шагнул мужчина и откашлялся. 
- Я – директор Тагг. – представился он: - это Ребекка Коста-Браун. Мы будем вести переговоры с Администрацией от лица СКП. Присутствующие тут же Легенда и Мисс Манипенни – являются представителями Протектората. – он делает паузу, давая мне время. Время мне не нужно. Неловкая пауза затягивается, и он снова откашливается. Открывает было рот, но Сплетница не дает ему начать, перебивая на вздохе. 
  
- Я – Сплетница. – говорит она: - рядом со мной Королева-Администратор. Мы будем вести переговоры от лица Администрации Броктон Бей. – с этими словами она отступает назад и преспокойно – садится прямо на воздух. Из пола тут же вырастает кресло, в которое она и опускается. Так, как будто делала это уже тысячу раз и привыкла, что где бы она не захотела сесть – тут же появляется кресло. 
Я – делаю приглашающий жест и сажусь сама. Мое кресло так же вырастает из пола… потому что это только, кажется, что в комнате нет ничего кроме стен, пола, потолка и разбитого окна. На самом деле это скорее комнаты нет, а есть конгломерат моих наноботов. В этой комнате все подчиняется моим командам. Нету мебели – не беда. За спинами у представителей СКП и Протектората, прямо из пола вырастают кресла. 
На какое-то время в комнате опять повисает тяжелая тишина. Мы со Сплетницей, представители Администрации – сидим в удобных креслах, а наши «гости» - все еще стоят, оглядываясь. Они колеблются, и я их понимаю. Обычное кресло не вызывает опаски, но вот такое, на твоих глазах выросшее из пола… все тут же понимают, что это значит. А это значит, что я могу вырастить из пола не только кресло. И тот, кто сядет в такое кресло – рискует тем, что кресло может превратиться во что угодно. Это как голову в пасть зверю положить. 
С коротким рычанием Ребекка Коста-Браун – опускается в кресло и закидывает ногу на ногу. После, с некоторым колебанием – садится и директор Тагг. Опускается в кресло и незнакомая мне кейп, которую представили как Мисс Манипенни. И только Легенда остается висеть в воздухе, сложив руки на груди. 
Перед сидящими тут же возникает стол. Я откидываюсь в кресле и кладу руки на столешницу, переплетая пальцы. Небольшим штришком – на столе передо мной возникает несколько листов чистой бумаги и карандаши. На самом деле ни бумага, ни карандаши не являются бумагой и карандашами, я не могу их взять со стола или написать карандашом, это все еще мой Рой наноботов, но уж пыль в глаза пускать Сплетница обожает. На самом деле настоящие переговоры у нас будут чуть позже, когда СКП и Протекторат уберутся отсюда, а Ребекка Коста-Браун, она же – Александрия – останется. Потому что я и Сплетница – хотим разговаривать именно с Котлом. У меня и у Сплетницы – немалый счет к Котлу и лучше бы тем, кто за ним стоит – рассчитаться. Потому что времена, когда мы спускали с рук такое – прошли. 
- Прежде чем мы приступим к переговорам. – сухо говорит директор Тагг: - мы требуем немедленного возврата под юрисдикцию СКП всех зданий и помещений СКП в пределах города. Освобождения заложников и … 
- Каких еще заложников? – повышает голос Сплетница, перебивая Тагга: - вы о чем? Администрация никогда не брала заложников. 
- Персонал СКП, а также все Герои Протектората в Броктон Бей удерживаются против их собственной воли! 
- Они взяты под стражу в связи с превышением полномочий и для обеспечения собственной безопасности. – пожимает плечами Сплетница: - давайте все же следовать точности в своих формулировках. 
- Удержание людей без законных на то оснований, преступными группировками – это называется «взять заложников». – парирует Тагг: - если вы хотите не переговоров по освобождению заложников – сперва отпустите их. 
- Администрация является законно созданным объединением неравнодушных граждан нашего города. Действия Администрации также являются совершенно законными. В здании СКП произошло нападение на представителей Администрации, нападение совершенно сотрудниками СКП и Героями Протектората – Александрией, Оружейником, Мисс Ополчение и другими. Если данные сотрудники и герои действовали по собственной инициативе, это значит, что они – превысили свои полномочия. В этом случае я рада сообщить вам что преступники задержаны отрядом местной гражданской самообороны. И будут переданы представителям власти, как только мы закончим наши с вами переговоры и убедимся в ваши полномочиях. Однако, - Сплетница поднимает палец вверх: - если же выяснится, что указанные сотрудники исполняли прямой приказ, это значит, что между нами и вами – объявлена война. – она обвела взглядом всех присутствующих и усмехнулась своей привычной, издевательской ухмылкой.