Семнадцатая (СИ)

- О, я занимаюсь арбитражными спорами и налоговой оптимизацией. – отвечает он: - молодые говорят, что это скучно, но я не жалуюсь. Есть своя привлекательность в колонках цифр и расчетах процентов. Своя романтика, морской бриз, соленые брызги в лицо и треск деревянных бортов во время абордажа. – он смеется и его смех – смех старого и доброго дядюшки, который рассказывает о приключениях безбашенной юности, сидя в кресле-качалке у камина. Приходится даже головой тряхнуть, чтобы прогнать наваждение. Уж не парачеловек ли этот Маккалистер? Или он просто очень хороший специалист? Слишком хороший специалист.
- Так что я обошелся твоей подружке в круглую сумму. – заканчивает он, глядя на меня в упор: - но непохоже, чтобы ее это волновало. У тебя хорошие друзья, Тейлор, друзья в нужных местах. Как ты угодила туда, где находишься сейчас – я не знаю. Но тебе достаточно только протянуть руку.
- Как же. – хмыкаю я, складывая руки на груди: - эта манипуляторша… вы просто не знаете, что на кону. Боюсь мне придется рассчитаться за все это.
- А как иначе? – пожимает он плечами: - ничего бесплатного на свете не бывает, а уж я – я уже говорил, что я – очень дорогое удовольствие. Конечно же тебе придется рассчитаться, Тейлор. Но… я так полагаю, что рассчитываться ты будешь не долларами. Кроме того, у меня сложилось впечатление, что моя нанимательница хочет произвести на тебя впечатление. Если говорить коротко – то это ты можешь назначить цену. В вашем тандеме – ты сверху. С той стороны не будут требовать, только просить.
- Вот как? – снова окидываю его взглядом. Дядечка умный. Впрочем, это сразу было ясно. Вопрос в том, что он уж слишком умный… такие могут быть опасны.
- Дам тебе совет, Тейлор. – говорит он, не обращая внимания на мой взгляд: - если судьба поворачивается к тебе спиной – шлепни ее по заду и схвати за волосы. А потянув – не отпускай. Твоя подружка все время ходит по грани, даже за один короткий разговор со мной она умудрилась почти оскорбить меня и моего покойного отца, намекнуть на то, что знает про «предположительно незаконные сделки», надавить на мои отношения с юной мисс Ламбер, моей секретаршей и пригрозить натравить на меня налоговую инспекцию, комиссию по этике и арбитражный экспертный совет.
- Правда? Вот черт. Извините. – чертова Лиза! Не может нормально с людьми разговаривать, мне нужен был юрист, но не таким же способом!
- О, все в порядке. – усмехается он: - она даже напомнила мне времена моей юности. Когда-то и я вел переговоры таким образом. Я ее отлично понимаю. И именно поэтому я и хочу дать тебе совет Тейлор. – улыбается он. Этой улыбке хочется верить. В конце концов я уже подсадила парочку муравьиных маток на его твидовый костюм. Не то, чтобы я хотела его отравить, но когда на человеке сидят мои ядовитые насекомые – я всегда чувствую себя немного лучше. Все-таки я – контрол-фрик.
- Какой же именно совет, Генри? – наклоняю голову набок.
- Очень простой. Эта оторва боится тебя. – пожимает плечами он: - боится и хочет произвести на тебя впечатление, хочет понравится тебе. Потому я уверен в двух вещах. Во-первых, тебе обязательно следует с ней расплатиться, компенсировать ее потери. И во-вторых – в качестве такой компенсации тебе будет достаточно сказать ей «спасибо».
- Вот как. Спасибо за совет, Генри. – я смотрю на него и думаю, стоит ли мне рассказать ему о том, что в подвале этого ресторанчика, в его фундаменте – однозначно замурован труп женщины, который прямо сейчас едят муравьи и личинки мух? И этот труп – относительно свежий, раз там есть чем питаться. В конце концов Генри Маккалистер – мой юрист, не так ли?
  
Глава 12
 
Глава 12
Мало того, что мне завтра придется тащится в школу, так еще и планы по покупке ноутбука и телефона, а также аренды квартиры и оборудования тайного логова пошли прахом. Примерно так я размышляла, когда сидела дома над телефоном, который мне передала Лиза-Сплетница. Во всяком случае наблюдатель со стороны решил бы что я просто сижу над телефоном, но это было не так. Внимательный наблюдатель увидел бы что в моей комнате включен весь свет – не только светильник на потолке, но и настольная лампа и даже ночник. Под источниками света были разложены книги, по книгам ползали насекомые. Но чего бы не увидел даже самый внимательный наблюдатель – это кипящей деятельности под нашим домом, под подвалом. Понемногу, потихоньку муравейник под нашим домом превращался в огромный транспортный хаб, экспериментальную лабораторию, шахту по добыче ценных металлов и стратегическую базу для миллионов насекомых. Если бы какой-нибудь энтомолог заглянул бы внутрь, то он определенно сошел бы с ума, ведь по расширенным подземным ходам муравейника туда и сюда сновали не только муравьи, но и пауки, тараканы, сверчки, жуки и даже осы с пчелами. Последние оказались весьма полезны в консервировании и приготовлении запасов глюкозы, которая и снабжала всех моих подопечных энергией. При этом муравьи по-прежнему были основой моей армии, муравьиные матки со своей способностью к полету, усиленными хитиновыми панцирями и нейротоксином были бы кошмаром любой санэпидемстанции. Хитиновый панцирь последних модификаций «Медичи» и «Куноичи» был настолько прочен, что простым хлопком ладонью по ним их уже было не убить. Пришлось бы прикладывать усилия, прямо давить в руке или бить кулаком, предварительно поставив на твердое основание. Такие вот крепкие орешки. Ну и конечно, на самом деле я бы никому не посоветовала давить моих боевых маток руками, в конце концов у каждой из них есть ядовитое жало и крепкие челюсти. В данный момент времени я научилась еще одному трюку – выделять нейротоксин на конце жала капельками. Для чего? Во-первых – смазывать челюсти моих воительниц, ведь ограниченность атаки только жалом – это не очень хорошо. Кроме того, мне нужно проверить возможность транспортировки и доставки нейротоксина через плодовых мушек и прочих насекомых, например те же москиты – здоровенные рыжие кровососущие твари, на них же никто внимания не обращает. А они, между прочим, свои хоботки прямо в кровеносную систему запускают, смазать хоботки и все… эх, если бы еще вывести дозу для парализации и усыпления, но тут нужны эксперименты, кроме того, от человека к человеку результаты могут быть очень разными. Отличия в массе тела, метаболизме, аллергиях и хронических заболеваниях. 
  
Кроме постоянной селекции муравьиных маток и повышения популяции самыми смертоносными из них, - мои муравьи неустанно расширяли колонию, строя подземный город. Уже сейчас я могла бы без труда поместиться в центральном помещении колонии, а определенная часть муравьев-строителей рыла тоннель с тем, чтобы у меня всегда был запасной выход через подвал. Также несмотря на то, что я сейчас не нуждалась в деньгах, какая-то часть муравьев была занята разработкой золотой жилы в русле бывшего ручья глубоко под землей. Стеклянная колба была уже наполовину полна золотым песком. 
И сидя за своим столом, глядя на телефон, который мне передала Сплетница, - я особенно четко осознала, что главная сила Тейлор вовсе не в управлении насекомыми. Главная ее сила – в многозадачности. В возможности отслеживать, контролировать и руководить многими процессами одновременно. Ведь когда я управляю насекомыми, я не отдаю им команду «Фас!», просто указывая на цель. Нет, я управляю каждым насекомым в отдельности, даю команды каждому, куда лететь, куда идти, где жалить, что рвать. Вот и сейчас, сидя за своим столом, я одновременно копаю золото, отбраковываю партию только что вылупившихся маток, провожу колонну тараканов в глубь колонии на убой – новым маткам нужно много хитина, пауки ткут сигнальные паутинки вокруг дома и на нем, парочка ночных мотыльков в соседнем доме наблюдает как молодая пара решила заняться сексом прямо на кухне, как через два дома от моего школьник вместо того, чтобы делать домашнее задание – играет на приставке и громко врет матери что занимается. И не только это. Я знала все, что происходит вокруг, ведь в каждом доме есть насекомые, мы просто не обращаем на них внимания. И это было… очень неоднозначно. С одной стороны, ну и что тут такого, подумаешь мультизадачность, просто человек может выполнять работу вместо нескольких. Один за десяток, например. И вот тут есть два больших аргумента, почему это не так. Первый – я могла выполнять работу не за десяток, а за миллионы насекомых. Реально, миллионы. В теории я могу управлять роем боевых дронов, действуя в идеальной синхронизации всех и каждого из них. И второе… по счету, но не по значению. Вторая причина – самая важная. Когда человек выполняет работу десяти – он не только выполняет саму работу. Он получает опыт. Я – получаю информацию. То есть все эти запахи, звуки, картинки, чувства тела и перемещение в пространстве – прежде всего информация. А любая информация, переработанная мозгом, превращается в опыт. Люди не могут учиться быстрее, они ограничены фокусом внимания. Нельзя, скажем, одновременно умножать трехзначные числа, читать «Войну и Мир» и учиться играть на гитаре, хотя технически это возможно – в уме умножаешь, глазами читаешь книгу, а руками играешь. Но нет, одновременно человек может отслеживать только одну важную и требующую сосредоточения, сложную операцию. Потому люди не могут учиться одновременно физике и французскому языку. Я – могу. Прямо сейчас насекомые «читают» для меня учебники и справочники, одновременно – десятки книг. В качестве эксперимента, если по результатам я научусь новому – значит работает. Хотя… наверняка должно работать, ведь информацию от своих насекомых я получаю, значит все в порядке. Могут быть проблемы с переходом из быстрой, оперативной памяти в долговременную, вот это будет уже печально. Но то, что моя оперативная память и мультизадачность прямо сейчас на невероятном уровне – я уже знаю.