Семнадцатая (СИ)
- У вас нет мобильного телефона? Какая жалость. Знаете, так случилось, что стационарные телефоны в участке только что отключились. Наверное, авария на линии. Я бы мог дать вам позвонить по своему мобильному телефону… - детектив вынимает из кармана пиджака сотовый: - однако это уже будет нарушением закона. А вы, мистер Хеберт ратуете за его соблюдение, еще жалобу потом на меня напишите. Так что… я пытался предоставить вам такую возможность, но не смог. И… какого черта тут муравей делает?! – он стряхивает насекомое со своего мобильного телефона: - прошу прощения. Так, о чем я? Ах, да… предоставить такой возможности не имею возможности. Разве не поэтично? Ну конечно же с самого утра я пошлю посыльного по тому адресу, который вы укажете. Наверное. У ребят сейчас много дел.
- Ах ты… - на виске у Дэнни вздулись синие вены, и я испугалась что у него что-то сейчас лопнет внутри.
- Папа. – я кладу свою руку на его, успокаивая и обращая на себя внимание: - все хорошо. Погоди еще минутку.
- К сожалению у тебя нет этой минутку, Тейлор. – говорит детектив: - ну так что – сознаешься во всем и тогда сегодня у тебя есть шанс ночевать дома, а не в камере, наполненной отбросами из АПП?
- К вам можно? Или это частная вечеринка? – дверь распахивается и в комнату для допросов быстро входит мужчина средних лет в твидовом пиджаке с кожаными заплатками в районе локтей. У него рыжеватые редкие волосы, которые он зачесывает наверх, желая скрыть растущую плешь на макушке. Дорогие часы, с потертым браслетом, нечищеные старые туфли и мятые штаны. Под мышкой мужчина держит папку.
- Кого там… - поворачивает детектив, видит вошедшего и лицо у него становится таким, словно он только что увидел дохлую мышь в своем стакане с йогуртом.
- Джимми-бой! – улыбается вошедший: - какая радость! Как я рад тебя видеть! Ты ничуть не изменился, мой мальчик! Как там дела у Миранды, все так же великолепна? Никогда не понимал, что она нашла в таком стручке как ты. Ты только взгляни на себя, пять лет безупречной работы и до сих пор в детективах. Позор! Ты все еще играешь на скачках? И, да, наконец нашел себе девчонку со вкусом – у тебя новая рубашка. В этой рубашке тебя, пожалуй, могут перестать принимать за сутенера, хотя над выражением лица тебе все еще стоит поработать. Будь бодрей, Джимми, никто не любит нытиков.
- Генри Маккалистер. Какого черта тебе тут нужно? Не видишь, я занят, уходи отсюда немедленно… - цедит сквозь зубы детектив, но вошедший лишь качает головой.
- Джимми, Джимми, ты все такой же грубиян. Если ты однажды выйдешь на улицы города без своего полицейского значка, тебя ждут поистине удивительные открытия. И все они будут чрезвычайно травмирующими. – говорит лысеющий тип по имени Генри Маккалистер и бесцеремонно садится прямо на стол. Смотрит на нас с Дэнни.
- Ага. – говорит он: - отец и дочка. Дэнни – я слышал кое-что про твой профсоюз, ты молодец. Хватка у тебя как у бультерьера и характер под стать. Выражаю сочувствие по поводу Аннет, она была прекрасной женщиной. Тейлор! Ты словно дочь, которой у меня никогда не было, – подмигивает он мне: - этот тип давил на тебя? Не обращай внимания, он всегда был редкостным уродом.
- Маккалистер! Вот отсюда! – багровеет Мистер Любовничек.
- О! Детектив Кралон, Джимми-бой. – лысеющий достает из папки клочок бумаги и кладет его на стол перед детективом: - эти люди – мои клиенты. У меня есть право на конфиденциальный разговор без присутствия представителей гниющей системы правосудия, которую впору называть системой кривосудия. И кстати – напомни мне, Джимми-бой, у тебя готово обвинение? Ордер на арест? Нет? Тогда чего мы тут сидим? Дэнни, Тейлор – встаем, пошли отсюда. Я знаю прекрасный итальянский ресторанчик, позвольте я вас угощу!
- Маккалистер, ты не смеешь…
- О, я смею, Джимми-бой, еще как смею. Это ты не смеешь задерживать на ночь в участке несовершеннолетнюю, да еще и угрожать посадить ее в камеру со взрослыми преступниками. Скажи-ка мне, а уж не планировал ли ты «перепутать» камеры? Знаешь, чтобы закончить твою карьеру достаточно и меньшего. Расслабились вы в своем ББПД, совсем берега потеряли. Хочешь со мной всерьез схватиться, Джимми-бой? Правда хочешь? – в голосе лысеющего вдруг появляется сталь и приближает свое лицо к лицу детектива, они едва не соприкасаются носами. Некоторое время они стоят так, друг напротив друга. Наконец детектив отводит взгляд.
- Ну тебя к черту, Маккалистер, - говорит он: - считай, что я вручил твоему клиенту повестку с требованием явится в участок для дачи показаний. Срок – неделя.
- Что это? – картинно изумляется Маккалистер: - что? Неужели у детектива Кралона все-таки есть здравый смысл, и он может соблюдать законы? Поистине день полон удивительных открытий!
- Мистер Хеберт, мисс Хеберт, - детектив обращается к нам: - вы свободны. Однако у вас есть обязанность явится в полицейский участок со своим защитником в течении недели для дачи показаний. Расписку в получении повестки дадите на выходе у дежурного.
- Ну все. Пошли отсюда, пошли. – торопит нас лысеющий тип: - я уже заказал нам ужин, боюсь Луиджи не оценит если мы опоздаем. Он готовит изумительную пасту, знаете, настоящую, не ту дешевую подделку, что обычно делают в Чикаго, а прямо как в Милане. А какие десерты! Все, пошли отсюда, полицейские участки дурно влияют на мою карму. Или ауру.
Глава 11
Глава 11
- Этот детектив переходит все границы, на такие вот выкрутасы надо подать жалобу! - заявляет Дэнни, все еще гневно пыхтящий после полицейского участка. Он сжимает в кулаке салфетку и бросает свой взгляд на сидящего напротив Генри Маккалистера. Наш юрист выглядит совершенно безмятежным, он улыбается и качает головой.
- Дэнни, успокойтесь. – говорит Генри и поднимает вилку вверх: - лучше попробуйте какая великолепная паста! Морепродукты свежайшие, вкус просто божественный. Старина Луиджи держит марку, ему приходится договариваться с рыбаками на побережье, все-таки большой рыболовецкий флот практически перестал выходить в море.
- Послушайте, но это же произвол! – Дэнни бросает салфетку на стол: - угрожать таким!
- Вот что я вам скажу, Дэнни. – Генри Маккалистер откидывается на спинку стула и откладывает вилку в сторону: - угрозы к делу не пришьешь. Даже если бы у вас был диктофон… чего у вас не было, спешу заметить, даже в этом случае понадобились бы экспертизы, и кто его знает, что они доказали бы. Его это голос или нет. Вот если бы этот мелкий поц Джимми-бой выполнил бы хоть одну из своих угроз… тогда, да. Основания были бы. Однако все, что он сказал в полицейском участке не более чем блеф. Он просто запугивал вас и вашу дочку. К вашей чести, скажу, что вы вели себя под огнем мужественно и держались до самого конца. Словно защитники Аламо. А его высказывания о том, что якобы он вас и вашу дочку в камеру к преступникам бы закинул – ну… как доказать? Лично я считаю, что правоохранительная система нашей страны хромает на обе ноги и муниципальная полиция не более чем личная гвардия местных шишек, но кто слушает старого ирландца? Так что посоветую с высоты своего многолетнего опыта – забейте на это дело, Дэнни. Успокойтесь и забудьте. А вот как увидите старину Джимми висящего на карнизе небоскреба – наступите ему на пальцы. В этом городе у вас непременно будет такая возможность. Как говорят китайцы в таких случаях – просто подождите, когда мимо вас проплывет Джимми-бой, пузом кверху, пуская пузыри.
Я сижу, слушаю взрослых, ковыряюсь вилкой в «божественной пасте» и думаю о том, что для «великолепной кухни» в подсобных помещениях итальянского ресторанчика многовато насекомых и паразитов. А уж сколько мышей в перекрытиях между бетонным основанием и полом! Целый мышиный город. Хоть «Щелкунчика» ставь, мышей и крыс на всю крысиную армию хватит. И не то, чтобы я была брезгливой, нет. У меня в волосах тщательно спрятан мой «Отряд Омега», последняя линия обороны, небольшие, но крайне ядовитые муравьиные матки, кроме того, я активно изучаю возможность управлять тихоходками и кожными клещами… я могу их чувствовать, однако сложность в их управлении заключается в том, что ни те ни другие не могут ориентироваться в пространстве… им и не нужно. То есть они примерно знают где теплее и больше еды и … все. Больше их ничего не интересует, да и органов таких нет. В теории я могу подстегнуть их метаболизм, ускорив поедание кожи и направив всех вместе вглубь человеческого тела, но на практике пройдут недели прежде, чем человек почувствует, что его едят. Ведь каждое человеческое существо и так является большим накрытым столом для множества организмов и это я еще не говорю о больших паразитах, вроде печеночных сосальщиков или глистов. Какая милая тема для приятного ужина. Я смотрю в свою тарелку, прямо на скрученные спагетти и решительно отодвигаю их в сторону. Хватит, наелась.