Семнадцатая (СИ)

Левиафан развернулся. Оружейник выстрелил крюком, обвив один из когтей Губителя цепью. Левиафан продолжал двигаться, не заметив или не придав этому значения. Оружейник подождал, пока цепь натянется и нажал кнопку на оружии.
Цепь и Алебарда прекратили движение и даже сил Левиафана не хватило, чтобы сдвинуть их. Левиафана занесло, и он упал на спину. Его запястье по-прежнему удерживалось цепью. Полсекунды спустя цепь провисла и тут же натянулась, когда Оружейник бросился вперёд. Он выставил туманное лезвие впереди себя и ударил в лицо чудовища, использовав всю силу инерции своего движения. Вытащив не встретившее никакого сопротивления лезвие, он ударил ещё раз, высвободил цепь и использовал её, чтобы быстро переместиться через улицу туда, где жестокий ответный удар Левиафана не мог достать его.
Черт, подумала я, глядя как Оружейник танцует вокруг чудовища, черт, а дядька Оружейник крут. Вот прямо крут. Круче Лунга это точно… в отличие от Лунга он – хладнокровен и расчетлив, отважен и умен. И… собственно говоря, что и ожидалось от главы Героев Протектората в Броктон Бей.
Пользуясь затишьем, я напала на Левиафана, с другой стороны, полоснув клинком по его ноге. Снова глубокий разрез, глубокий, но не такой как у алебарды Оружейника, его лезвие словно испаряло плоть на своем пути. Левиафан даже не обратил на меня никакого внимания, казалось он внимательно следил за Оружейником.
- Посмотрим, как быстро ты отреагируешь на классическую дрессировку. Каждый раз, когда ты будешь пробовать убежать, я буду проделывать с тобой что-то подобное. Для справки, последний трюк — это триггер темпорального стазиса, за который я должен сказать спасибо одному из моих подчинённых. Сильно истощает мои батареи, но ты же всё равно не понимаешь, правда? – говорит Оружейник. Вокруг нас бушует вода, Левиафан бросается прямо на Оружейника и тот выстреливает в него крюком, снова останавливая его в воздухе при помощи Нулевого Времени. Левиафан пробежал прямо сквозь крюк, эта штука вонзилась ему в горло и вышла из спины. Губитель, словно не заметив этого, продолжал нестись к Оружейнику.
Оружейник позволил цепи провиснуть, увернулся от хлестнувшего хвоста, прыгнул вперёд и немного в сторону, чтобы избежать последовавшего удара когтя. Ещё один прыжок и перекат, и он проскочил под водяным шлейфом, оказавшись у Губителя за спиной, и нанес два удара туманной алебардой по задней стороне бедер Левиафана. Цепь Оружейника смоталась, вырвавшись из шеи Левиафана с фонтаном крови, и вернулась на конец алебарды. Оружейник тут же снова выстрелил крюком, перемещаясь на другую сторону улицы, после чего развернулся лицом к Левиафану и остановился.
Он переложил одну из алебард в другую руку, и вытер рот перчаткой.
- Я буду тем, кто добудет твою голову, тварь. Могу только надеяться, что в свои последние секунды ты познаешь тот же ужас, который внушал тем, на кого нападал.
Я поднимаю меч, удовлетворённо глядя на дело рук своих. Мне удалось отсечь твари хвост!
- Администратор! – рычит Оружейник: - прекратить атаки. Эта тварь будет моей.
- Вы не понимаете. – говорю я скороговоркой: - это не тварь. Это всего лишь проекция и … - в этот момент я чувствую, как что-то разрывает мне грудную клетку. Хвост, он отбросил его, да… но его хвост – тоже всего лишь проекция. Он все еще может управлять им через другое измерение. Я вижу как острый конец его хвоста торчит у меня из груди.
- Администратор выбыл. – сообщает браслет на руке.
  
Глава 73
 
Глава 73
Я задыхаюсь и падаю на колени. Тут же исчезаю и появляюсь снова на крыше здания неподалеку, вижу неподалеку ту самую девушку, которая стреляла арбалетными болтами, прошивающими Левиафана насквозь. Она лежит, скорчившись в позу эмбриона и вода вокруг нее окрашена красным. Флешетта – вспоминаю я ее имя. Она выбыла, но не погибла, ей нужна медицинская помощь… впрочем мне тоже нужна медицинская помощь. Смогу ли я регенерировать с такой дырой в груди? И что означает дыра в груди, если меня ударили со спины? Это означает что у меня раздроблен позвоночник, что у меня разорваны легкие и сердце, вот что это значит. Но как же я все еще могу двигаться? 
  
Вдруг я понимаю – как. Я управляю своим телом, словно марионеткой из крови, мои мышцы не сокращаются, частично они спазмированы, связки рвутся при движениях… но силы покидают меня. 
- Не спать! – звучит голос в голове: - Тейлор! Не смей закрывать глаза! 
- Пятый… 
- Не смей засыпать! Дай регенерации отработать, у нас бывало и хуже… если тебе не снести голову сразу – ты восстановишься, только не смей закрывать глаза! 
- Какая разница…
- Большая. Не закрывай глаза. Когда ты в сознании – регенерация работает на порядок лучше. Стисни зубы. Подними себя на ноги. Не сдавайся. 
- Больно… 
- Это не больно. Я знаю, что такое больно, Тейлор, я умею делать больно, а это не больно. Не смей закрывать глаза, иначе я тебе потом покоя не дам. 
- Я… - глаза закрываются сами собой, я словно уплываю куда-то в теплую темноту, где так уютно и хорошо…
- Не смей! – словно пощёчина. Открываю глаза. Вокруг бушует ливень, крупные капли молотят по крышке, девушка, которая лежит в скрюченной позе – вздрагивает. 
Чтобы отвлечься от желания закрыть глаза – я призываю свой Рой, остатки былой роскоши. После первой атаки осталось не так уж и много… стоп, у меня же есть еще средства. 
- Вставай! – кричит кто-то мне на ухо. Пятый? Нет, это крик в шлемофоне. Сплетница. 
- Не время лежать! Вставай! Вставай! Сейчас волна пойдет! – кричит она. Я поднимаю голову. А вот и волна. Мутная, серо-зеленая стена, которая встает над нами… если она обрушится вниз… нет, когда она обрушится вниз – нас с девушкой смоет словно букашек, попавших в посудомоечную машину. 
Подхватываю ее под мышку, краем сознания отмечая, что рана в груди уже почти затянулась, и исчезаю! Появляюсь на самом краю своего восприятия насекомыми, сюда грохот боя еще не добрался. Девушка в моих руках – стонет. Секунду я колеблюсь. А какого черта… поворачиваю ее голову к себе и засовываю свой язык между ее бледных губ, стараясь передать как можно больше слюны. Отрываюсь от нее и вижу, что к ней возвращается румянец, она начинает дышать ровнее и … открывает глаза! 
Быстро же способность Мясника работает, кто бы мог подумать… хотя самого себя он еще быстрее регенерирует – какая дыра у меня в груди была! 
- Что?! – девушка стремительно краснеет и почему-то пытается прикрыться руками, словно на ней одежды нет. 
- Здорова? Прекрасно. – я исчезаю и появляюсь на краю крыши. К сожалению, иного способа передвижения чем взрыв в точке где я появляюсь - у меня нет. Потому я появляюсь именно на краю крыши, чтобы не задеть своих операторов взрывной волной. 
- Босс? – ко мне поворачивается Джейн Родригес и ее глаза останавливаются у меня на груди: - ваши штуковины тут. Живучий гад, а? 
- Еще какой. – откликаюсь я, с облечением понимая, что рана в груди зажила. Гладкая кожа, словно ничего и не было. Делаю несколько шагов вперед, открываю ящик. Вот они. «Малыш» и «Толстяк». 
- Вы бы прикрылись, босс. – замечает Родригес, но мне не до нее. Я прижимаю кнопку браслета. Экстренный вызов. 
- В течении минуты по Левиафану будет нанесен мощный удар. Взрывное устройство, тинкертех Бакуды. Прошу распространить эти сведения по общей сети. – говорю я: - устройство чрезвычайно мощное, могут быть жертвы. 
- Секунду. – раздается голос, который я так часто слышала с экрана телевизора. Дракон! 
- Предлагаю выманить его в относительно безлюдное место и там уже активировать бомбу Бакуды. – говорит она после задержки в долю секунды. Поражаюсь тому, насколько быстро у нее работает голова. И никакой паники, я тут поддалась эмоциям и была готова обрушить на Губителя Содом и Гоморру, совершенно забыв, что он сейчас как раз в районе Доков. 
- Принято. – еще один голос, который я прежде слышала только из телевизионных шоу. Александрия: - сейчас займусь.