Семнадцатая (СИ)
Из фургона вышел еще один мужчина и выволок за руку еще одну девушку, на этот раз совсем молоденькую, еще девочку. Та пыталась упираться, но он ударил ее по лицу наотмашь, и она уселась на землю, потрясенная ударом. Три цели, подумала Джей, раз, два, три. Хорошо, что винтовка полуавтоматическая, а не болтовая, точность тут не так важна, как скорострельность. Под таким углом пули вряд ли срикошетят после того, как пробьют головы… но все равно нужно быть аккуратней.
Мужчина встал над девушкой и еще раз ударил ее по лицу. Та закрылась руками и упала на землю.
- Ти минус десять. Самостоятельный отчет. – звучит голос в наушнике. Джейн плавно выбирает слабину на спусковом крючке. Оператор класса S-тир – обязан знать свою винтовку лучше, чем собственные пять пальцев. Десять. Девять. Двое мужчин потащили девушку, которая лежала без сознания к двери в заброшенную фабрику. Они успеют? Восемь. Семь. Шесть. Они уже у дверей… сейчас они зайдут внутрь и у нее не будет возможности огневого решения! Пять… нет, один из мужчин нажимает на кнопку электрического звонка у двери… все, значит не успеют. Четыре. Три. Перекрестье уперлось в коротко стриженый затылок с татуировкой дракона на шее. Два. Она плавно увеличила давление на кончик указательного пальца, выдыхая остатки воздуха в легких… Один!
- Execute! Execute! Execute! – звучит голос.
Грохот выстрела! В дернувшийся прицел она видит, как голова стриженного – разлетается кровавыми ошметками и тут же переносит перекрестье левей. Палец снова тянет спуск… грохот! Еще одна голова в клочья. Прицел вниз, вниз! К счастью, третий, тот, кто бил девчонку – не был опытным наемником или ветераном боевых действий и просто остался стоять на месте с раскрытым ртом, растерянно хлопая глазами и пытаясь осознать почему его приятели уже лежат на земле с пробитыми головами.
Сетка прицела сходится перекрестьем на правом колене и кончик ее пальца снова находит теплый металл спускового крючка. Грохот! Тяжелая пуля калибра семь шестьдесят два – разбивает вдребезги коленный сустав, и мужчина падает на землю. Что-то кричит, корчась на земле и хватаясь за рану. Сетка прицела упирается в левое плечо. Выстрел! Винтовка привычно толкает прикладом в плечо, отражатель выбрасывает горячую гильзу, а мужчину отбрасывает назад, на его плече расцветает красное пятно.
- Совсем забыла. – ворчит Джейн «Мамасита» Родригес, оператор класса S-тир и неравнодушная горожанка Броктон Бей, прижимая приклад к плечу: - ты имеешь право хранить молчание. Все, что ты скажешь может быть использовано против тебя в суде.
Выстрел! Голова раненного откидывается назад. Спереди, в точке над глазами – небольшая красная, аккуратная дырочка. Но она знает, что сзади у него попросту отсутствует затылок, выходное отверстие от спецпули всегда размером с кулак. Она приподнимает голову над прицелом и удовлетворенно озирается.
- Всем группам. Отбой. Штурм закончен. Приготовиться к зачистке. – звучит голос и Джейн хмурится. Так быстро? Она знает, что в бою время течет по-другому, порой кажется, что вечность прошла, а всего минута или две на самом деле. Но сейчас… она успела только несколько выстрелов сделать и уже все? Как так?
- Здесь Майк Сьерра, у меня три Танго на запасном выходе. Статус зеро. – говорит она, прижимая лангету: - опасность для жизни гражданских и оператора. Приняла решение самостоятельно.
- Расслабься, Мамасита. – гудит голос: - босс уже в курсе. Сказала, что ты молодец. Но зачитывать права нужно до того, как выстрелить, а не после. Хотя… она сказала, что без разницы.
- Да? – операция видимо действительно закончилась, раз начался бардак в эфире: - и откуда она… - тут она замечает мошку у себя на плече. Мошка сидит и не думает улетать, словно бы смотрит ей прямо в глаза.
- Майк Сьерра. Не расслышал. Повтори.
- Неважно. – говорит Джейн, глядя на мошку: - уже неважно.
- Где босс? – спрашивает она через некоторое время, стоя у ворот фабрики вместе с Дмитрием. Тот пожимает плечами.
- Умчалась. У нее впереди еще пять таких складов и девятнадцать мест содержания рабов. Но с ее скоростью зачистки она справится еще до полуночи. Мы тут так, на подхвате, полицию ждем, чтобы экскурсию провести. Ну и первую медицинскую помощь оказать.
- Кому? Этим мудакам, которые девушек насиловали и в клетках держали? – хмурится Джейн.
- А ты я смотрю совсем стала мягкой, а? Прямо барышня правопорядка… - хмыкает Дмитрий, закуривая сигарету: - нет, конечно. Некоторым девушкам понадобилась. А этим… уже ничего не понадобится.
- В смысле? Она их…
- Официальная версия для полиции – что подозреваемые скрылись. – твердо отвечает наемник, выпуская клуб дыма вверх: - у тебя и самой три Танго на заднем дворе были, не так ли?
- Действовала по инструкции. Опасность для гражданского – пуля в лоб.
- Ну вот. Сходи, посмотри туда. Тел нет. Даже пятен крови на бетоне не осталось. Наш босс просто идеальный чистильщик.
- Она … серьезно?
- А ты сходи. Нет тела – нет дела, кажется, так пожиратели пончиков говорят? Так что нам и работы нет. Завидую тебе, ты сегодня единственная кому удалось пострелять.
- И зачем мы ей тогда? – бормочет Джейн: - чтобы что? Она и сама может кого угодно…
- Ну не скажи. – довольно улыбается Дмитрий: - мы – антураж. Особенно ты.
- Чего?!
- Ну вот смотри – каждому крутому кейпу-злодею нужна своя гвардия. Легионы Преисподней и все такое. Ты на себя посмотри, Мамасита, ты же вылитая дьяволица во плоти.
- Чего?!
- А потом наш босс неравнодушна к симпатичным девушкам… видела, как не нее эта Сплетница смотрит? И именно тебя она взяла с собой в Сити-холл. Вывод – ты антураж. Роковая наемница и босс-злодейка. Романтика.
- Я сейчас тебе ногу прострелю и оставлю тут кровью истекать.
- Вот! Видишь – уже угрозы насилием. Бери пример с меня, Мамасита, я спокоен и являю собой истинный пример неравнодушного гражданина на службе своему городу и обществу. Эдакий дружелюбный сосед. И между прочим – вполне доволен своей ролью. Да я готов хоть детишкам леденцы раздавать, если босс прикажет. – улыбается довольный Дмитрий.
- С какого перепугу? Ты что, уже с руки у нее ешь?!
- Остынь, Мамасита. Ты же сама сказала, что она все сделала без нашей помощи. Мы тут просто постояли и полежали с винтовками по периметру. Как по мне так это и есть идеальная операция – ноль жертв с нашей стороны и минус все, кто с той. Да ей больше времени заняло сюда приехать. Она просто вошла и вышла. Все. Если за такую службу нам такие деньги платят – так я готов лично ее сексуальной игрушкой быть. Вот прямо не за страх, а за совесть работать каждую ночь. Но… - он с деланным сожалением развел руками: - но увы! Ей не нравятся мужественные и красивые с волевыми чертами лица и ухоженной бородой. Ей почему-то нравятся короткостриженые девушки со стервозным характером, эдакие «в каждой дырке затычка»… а значит тебе придется потрудиться за всех, Мамасита!
- Да пошел ты… дурак и шутки у тебя дурацкие. – складывает руки на груди Джейн: - с чего ты вообще взял что она по девочкам. Вот если ей на самом деле нравятся бородачи, то-то я посмеюсь. Отдадим тебя ей на поругание… а если она в постели такая же как и в бою… то ты сотрешься за одну ночь. Но не переживай, мы будем тебя помнить.
- Хм. Действительно, горячая штучка наш новый босс. – кивает Дмитрий: - как тебе? Ах, да, ты же не видела. Кстати, смотреть то и не на что, все кто были с оружием – умерли сразу же. Она предупредила что идет, попросила сдаться и сказала, что в противном случае сопротивление аресту будет истолковано как самоубийство. После чего они все самоубились. Видимо поняли, что сделали неверный выбор на своем жизненном пути. Как русский человек я обязательно должен тут процитировать Достоевского. Так вот, Достоевский сказал…
- И слушать не желаю! Да когда же эта полиция приедет наконец…
- Никто не хочет слушать Достоевского…