Вкус греха

Поэтому она иногда вылезала через окно, спускалась по водосточной трубе и шла на конюшню.
Кристиан помог ей устроить на сеновале маленькое, уютное гнездышко из одеял и подушек, где она могла мирно спать. Мирабелла сомневалась, что кто-то заметит ее отсутствие, а если и заметит… то наутро вряд ли об этом вспомнит.
Может, прятаться от Вита и малодушно, но она пока не готова к его вопросам и реакции на ее ответы. Тактика «избегать» была ничуть не благороднее, чем тактика «отрицать», но Мирабелла знала, что запас ее хитростей ограничен и постепенно убывает.
Когда она вошла в конюшню, Кристиан наполнял водой ведра в стойлах. Делать это с покалеченной рукой, да еще и одному было нелегко. Мирабелла бы помогла, но знала, что этим заденет его гордость.
Он поставил последнее ведро на пол и медленно подошел к ней. Сгорбленный человек в лохмотьях мог напугать кого угодно, если бы не его открытая улыбка и лучистые зеленые глаза. Слой грязи, который, казалось, въелся в лицо и голые руки, мешал определить его возраст, но Мирабелла думала, что ему около сорока пяти.
Дядя нанял Кристиана несколько лет назад. Поначалу она избегала его, как и всех мужчин в доме, будь то слуги или нет. Но однажды он увидел, как Мирабелла пряталась в сене от дяди, который рвал и метал из-за разбитой вазы. Кристиан принес ей одеяло, сел рядом и стал рассказывать о своем детстве в Ирландии.
С тех пор она перестала его бояться.
— Разбушевались сегодня, а? — спросил Кристиан, когда она вошла.
— Зачем спрашиваешь? — поинтересовалась Мирабелла, когда он подошел ближе. — Ты ведь только что был в доме.
— Да. А ты — в кабинете. Обсудим и то, и другое, или просто забудем?
— Забудем, — решила она. — Я слишком устала для чего-то еще.
— Поругалась с лордом Тарстоном?
— Порой он бывает невыносимым ослом.
— У тебя полон дом таких ослов, — заметил он.
— Да, но ничего другого от них ждать не приходится.
— А, значит, он разочаровал тебя, — догадался Кристиан.
— Да. Нет. — Она вскинула руки. — Не знаю.
— Так выясни это для себя, девчушка.
Мирабелла вздохнула и подошла к веревочной лестнице, свисавшей с сеновала.
— Не хочу сегодня думать об этом.
— Воля твоя.
Кристиан придерживал лестницу, пока она поднималась наверх. Забравшись на сеновал, Мирабелла втащила ее следом.
— Тебе что-нибудь нужно, девчушка?
— Нет, спасибо, — крикнула она вниз. — А тебе?
— Нет.
Она достала постельное белье из маленькой коробки, спрятанной в стогу. Смела грязь с пола, расстелила покрывало, бросила подушку и забралась в сделанную на скорую руку постель.
Раньше тихое фырканье и ржание лошадей вместе с успокаивающим шарканьем Кристиана всегда убаюкивали ее. Но сейчас она лежала с широко открытыми глазами и смотрела в деревянный потолок.
Что же ей делать? Прошел всего один день. Один день, а дядя с дружками уже унизили ее в присутствии Вита. Хуже всего то, что Вит явно злился.
«Это не ново», — напомнила она себе. Вит постоянно на нее злился. Но все изменилось — самым удивительным, как она считала, образом — на приеме леди Тарстон. Они стали друзьями, возможно, даже чем-то большим, а теперь… теперь она спит на сеновале, а Вит у себя в комнате проклинает ее.
Мирабелла ворочалась с боку на бок.
Она, конечно, может уйти. Может позволить Виту самому разбираться с этими нелепыми обвинениями в подделке купюр. Может послать дядю к черту, выйти через парадную дверь и пешком пойти в Хэлдон. Там ее всегда примут… как гостью.
Пока не вернется Вит и не вышвырнет ее вон.
Боже, куда она тогда пойдет?
Если бы все это случилось через два года!
Она бы получила свои пять тысяч и купила маленький домик на окраине города. Приглашала бы Кейт, Иви и леди Тарстон погостить у себя. Она хотела сохранить гордость не только на ближайшие два года, но и на всю жизнь.
«И еще много чего хотела», — с горечью подумала Мирабелла.
— У нас гости, девчушка. — Голос Кристиана, словно нож, прорезал ее мысли.
— Что? — Она встала на колени, подползла к краю сеновала и увидела, что на конюшню вошел Вит. Медленно и очень осторожно Мирабелла отползла назад.
 
— Кристиан, не так ли? — спросил Вит.
— Он самый.
— Я ищу мисс Браунинг.
— Не пробовали поискать в доме? Ночь на дворе, — ответил он.
— Пробовал.
— Значит, леди не хочет, чтобы ее нашли. Вы лорд Тарстон? — Да.
— О вас отзываются как о джентльмене.
— Заслуженно, надеюсь.
— Могу ли я, скромный помощник конюха, спросить, зачем вам понадобилось искать леди среди ночи?
Вит опустил голову.
— Я ее не обижу. Можешь поверить мне на слово.
— Она говорит о вас и вашей семье только хорошее. Все уши мне уже прожужжала. — Кристиан кивнул и показал большим пальцем в сторону Мирабеллы. — Она на сеновале.
Мирабелла ахнула и подскочила.
— Предатель!
Кристиан пожал плечами и неторопливо направился к выходу.
— Если не хочешь, чтобы он надоедал тебе, просто убери лестницу подальше.
Вит прошел по проходу и остановился под сеновалом.
— Ты спустишься вниз, или мне забраться к тебе? Она показала ему кончик веревки.
— Разве свиньи уже научились летать? Ничего у тебя не выйдет.
— Значит, я к тебе.
Он посмотрел на деревянный пол сеновала, который нависал в нескольких футах над его головой. Затем сделал несколько шагов назад.
— Что это ты придумал? — настороженно спросила она. Вит не ответил. Согнул ноги в коленях, подпрыгнул и ухватился за доски.
Она смотрела, раскрыв рот, как он подтянулся на руках и закинул на дощатый настил один локоть, затем другой.
Когда Мирабелла догадалась, что нужно спихнуть его руки и тогда он рухнет вниз, — а это случилось после того, как она перестала любоваться игрой мускулов под его рубашкой, — Вит перекинул ноги и шанс был упущен.
— Даже не верится, что ты сделал это, — изумленно прошептала она.
— Ты же все сама видела, не так ли?
— Да, но… — Мирабелла подалась вперед и посмотрела вниз. Казалось, они сидели очень высоко.
— Тут, наверное, футов двенадцать…
— Не больше десяти, — сказал Вит, усевшись на сене рядом с Мирабеллой. — Я ловкий от природы. Почему ты спишь на конюшне?
— Как огромная пружина, — сказала она, снова взглянув на него.
— Не отвлекайся, Мирабелла. Почему ты спишь здесь? Она хотела еще что-то сказать о его ловкости, но решила, что он все равно пропустит ее слова мимо ушей, откинулась на тюк сена и сдвинула брови.
— Если бы у меня было желание отвечать на твои вопросы, я бы сделала это в кабинете. Да и потом, ты и сам знаешь, чем я занимаюсь на конюшне… с Кристианом.
— Я не хотел оскорбить тебя, — сказал Вит. — Я спросил о Кристиане, надеясь услышать, что он тот человек, которому ты можешь доверять. Мне было бы спокойнее знать, что в доме барона есть кто-то, на кого ты можешь рассчитывать. Я не имел в виду ничего такого, честно.
— Ну что ж… — Мирабелла поежилась. Такое объяснение ее не устраивало. Она не хотела с ним ссориться, но была все еще зла на него. А это означало, что ссора неизбежна.
— Я не стану сейчас просить прощения, — продолжил Вит, — так как боюсь, что после нашей беседы мне снова придется извиняться. Мне нужно спросить тебя кое о чем, Мирабелла.
— Вит…
Он взял ее за руку и легонько сжал.
— Пожалуйста. Разве после того, что между нами было, ты не можешь быть со мной откровенной?
Ее ладонь сжалась в кулак под его рукой, но не от злости — от страха. Мирабелла знала, о чем он спросит. Она хотела не думать об этом, хотела притвориться, что находится сейчас где-то далеко отсюда. Это желание не было глупым, наоборот — вполне объяснимым и… несбыточным.
И как бы сильно ей этого не хотелось, избегать и отрицать больше нельзя. Лучше ответить на его вопрос — или вопросы, что, как ей казалось, более вероятно, — чем позволить ему сделать свои выводы. И, отвечая, постараться не пускаться в подробности.