Подвиньтесь! Подвиньтесь!
– Ладно. Подключаю вас к линии из Остина.
Экран мигнул, и на нем появился внутренний вид какого-то пустого здания. В ярком свете прожекторов суетились люди. Внезапно раздался оглушительный визг водяной пушки. Струя воды под давлением в два миллиона атмосфер способна разрезать все, что угодно, – за исключением изготовленного из алмаза-12 сопла, из которого она вырывается. Громкость тут же уменьшили. Кадр передвинулся к дальней стене, где водяная струя врезалась в пол. Бетонная плита отделилась от пола, ее подняли на рычагах и оттащили в сторону. Стала видна подстилавшая пол песчаная подушка. Убрали еще несколько плит, яма в полу стала больше. Агенты с тонкими стальными щупами спустились туда и принялись осторожно погружать их в песок. Тем временем вокруг них разборка пола продолжалась.
Несколько минут спустя один из агентов крикнул что-то, чего они не расслышали. Водяная пушка остановилась, и послышался его голос:
– Здесь что-то закопано. Давайте лопаты.
Бен и Брайан невольно придвинулись к экрану – им передалось напряжение, царившее на месте событий. Они видели, как яма становилась все глубже, как один из агентов залез в нее, отложив лопату, и вытащил что-то руками в перчатках.
– Собака! – произнес Брайан.
– Немецкая овчарка, – подтвердил Бен. – Четыре такие собаки исчезли в ту ночь, когда тебя ранили.
Все они оказались там – четыре сторожевые собаки. Их тщательно завернули в пластиковую пленку и унесли.
Но это были не единственные трупы, обнаруженные в яме. Там лежали еще пять человеческих тел.
Бен схватил трубку и набрал номер.
– Дэйв! Ты на месте? Хорошо. Позвони мне немедленно, как только будут опознаны эти трупы. Все мужские? Да, понял.
Когда принесли пластиковые мешки для трупов, Брайан выключил телевизор.
– Хватит. Больше я не выдержу. Не забудьте, ведь я тоже чуть не…
Закончить фразу он не смог и умолк, закрыв лицо руками.
– Брайан, что с тобой?
– Нет, ничего. Пожалуйста, Бен, дайте мне стакан воды.
Брайан залпом выпил почти весь стакан и с удивлением обнаружил, что плачет. Он вынул платок и попытался улыбнуться.
– Никак не думал, что мне доведется плакать на собственных похоронах. – По тому, как он это сказал, видно было, что ему не до смеха. – Мы знаем, кто были эти люди, да, Бен?
– Пока не знаем, но можем предположить. Там наверняка будут охранники, которые тогда исчезли.
– И кто еще? В ту ночь дежурили только три охранника. А кто остальные?
– Не стоит гадать, Брайан. Скоро узнаем точно.
– Нет, стоит! – выкрикнул Брайан, вскочил на ноги и зашагал взад и вперед по комнате, чувствуя, как внутри у него все болезненно сжалось. – Потому что я тоже должен был лежать там под бетоном, вместе с ними, в этой жуткой вечной тьме и молчании!
– Но ты там не лежишь, Брайан, – это самое главное. Ты выжил, спасибо за это тебе и мастерству доктора Снэрсбрук. Ты жив – вот что важно!
Брайан взглянул вниз, на свои сжатые кулаки, разжал их и расправил пальцы, изо всех сил стараясь взять себя в руки. Прошло несколько минут, прежде чем он заговорил снова.
– Вы, конечно, правы. – Он тяжело вздохнул, снова сел в кресло и вдруг почувствовал озноб. – Давайте выпьем. Только на этот раз чего-нибудь покрепче, чем вода. Я подумываю о том, чтобы бросить пить… но только не сейчас. Тут где-то в шкафу припрятана бутылка ирландского виски. Нашли? Воды не надо, пожалуйста, разве что капельку. Вот, спасибо.
Виски обожгло ему горло, но помогло. К тому времени, когда телефон Бена снова зазвонил, он уже чувствовал себя почти человеком. Услышав звонок, он вздрогнул и, сам того не замечая, судорожно вцепился пальцами в подлокотники кресла. Бен взял трубку.
– Слушаю. Да. Это точно? Хорошо. Я скажу ему. – Он положил трубку. – Мы были правы насчет охранников. Все они там. И Мак-Крори, он заведовал вашей лабораторией. И еще кое-кто… вот уж чего я не ожидал. Они опознали тело Тотта.
– Начальника службы безопасности?
– Его самого. Человека, который, вероятно, организовал все похищение. Это мог быть только он – он один имел такую возможность. Просто невероятно, до чего безжалостны эти люди, – они вели двойную, тройную игру. А раз Тотт мертв, значит, его брата мы тоже никогда не найдем живым. В этой общей могиле его нет, потому что в ту ночь он должен был вернуть вертолет. Но он мертв, тут не может быть никаких сомнений. А больше всего меня беспокоит, что в этой могиле нет еще одного человека. Человека, которого я хорошо знал, о котором горевал, которого мы до сих пор считали одной из жертв, пристреленных в ту ночь. Ведь мы нашли на полу его кровь – верный признак убийства.
– Бен, о ком вы говорите?
– А, прости. О Дж. – Дж. Бэкуорте, председателе правления компании «Мегалоуб индастриз».
– Но ведь он наверняка был убит вместе с остальными. Наверное, его похоронили где-то еще.
Бен сердито мотнул головой:
– Не может быть. Все было спланировано очень точно, до последней мелочи, почти до доли секунды. К тому времени, как фургон прибыл туда, могила была готова, и тела сбросили в нее. Если Бэкуорта там с ними нет, значит, он еще жив. Он был прекрасный администратор, всегда все тщательно продумывал. Похоже, он и организовал этот налет вместе со всеми убийствами. Может быть, мы никогда не узнаем, кто стрелял в тебя, Брайан. Но я убежден в одном: мы точно знаем, кто стоял за этим выстрелом.
Глава 34
22 сентября 2024 года
На следующее утро Брайан уже собирался отправляться в лабораторию, когда ему позвонил Бен.
– Эта история в Техасе здорово всех расшевелила – и здесь, и в Вашингтоне. Наступило время совещаний. Могу тебя обрадовать – очередное начнется через несколько минут. Мы с тобой на этом конце, и еще Кайл Рохарт – он будет представлять «Мегалоуб». А в Туманной Дыре Дэйв Мэньяс доложит о вчерашней операции – и будет иметь удовольствие сидеть за одним столом с генералом Шорктом. Я уже внизу, и охрана прислала за тобой машину.
– Подождите, я сейчас.
Когда они влезли в бронетранспортер, Бен спросил:
– А как Шелли и ее отец?
– Она говорит, положение стабилизировалось. Он все еще в больнице, но держится. Но самая главная новость – то, что она звонила мне из аэропорта. Представляете, ей дали разрешение выехать отсюда в Лос-Анджелес.
– Такое разрешение мог дать только генерал Шоркт. Если он решил ослабить режим, то не исключено, что и тебя…
– Бен, скажите лучше «вполне возможно», это звучит намного приятнее. Я чувствую себя так, словно меня вот-вот выпустят из тюрьмы. Вы не забыли, что, если не считать той поездки в Мексику, я сижу под замком с тех самых пор, как вернулся к жизни?
– Да ну? Вот не знал! Почему же ты мне не сказал раньше?
Шутка была не из лучших, но оба рассмеялись. Брайан понял, что срок его заключения близится к концу.
Рохарт обменялся с ними рукопожатиями.
– Похоже, дело идет к концу. Я буду счастлив, когда с ним будет покончено, – хотя, наверное, и не так счастлив, как вы, Брайан. Мне хватает забот с «Мегалоуб». И хочу сообщить вам одну хорошую новость. Адвокаты заканчивают составление соглашения, которое мы с вами должны подписать. Там много всяких «если», но общий смысл ясен. Если «Мегалоуб» выкупает «ДигиТекс», а так скорее всего и случится, и если сбыт «Смерти букашкам» будет приносить прибыль, и если сторожевые псы из комиссии государственного контроля одобрят всю эту сделку, то после покрытия всех расходов и выплаты гонорара юристам вы получаете из этих доходов такую же долю, как и по вашему новому контракту с нами.
– Что-то быстро сдались ваши адвокаты.
– Я переговорил об этом с членами правления, и мы дали им указание сдаваться. Все пришли к единому мнению: вы через многое прошли, Брайан, и незачем вам теперь еще дергаться из-за таких вещей.
– Я вам признателен…
– Это самое меньшее, что мы могли сделать. А, вот и картинка. Кажется, начинаем.