Ректор под контролем (СИ)
- Ты держись там, - шепнул он, когда мы проходили мимо.
И я могла бы поклясться, что всё это сочувствие, транслируемое адептами АИСТа, было вызвано не тем, что я пострадала от печати. Мне сочувствовали потому, что меня через весь холл протащил за локоть ректор. Да его тут все боятся и ненавидят! И, видимо, есть за что…
А ещё, лазарет тут в интересном месте расположен, поблизости от входа. Кому в магической академии в первую очередь может понадобиться помощь целителя? Конечно же адептам, напортачившим в процессе обучения! Следовательно, и лазарет должен быть ближе к месту их обучения. А в АИСТе он был у входа. То есть, тут опасность с порога ждёт! Видимо, многое изменилось с тех пор, как тут учились отец и брат. И виной этим переменам Дарион Орс. Ещё одно подтверждение тому, что он, мягко говоря, нехороший человек.
И сейчас этот нехороший человек держит меня за локоть, невозмутимо приказывая пожилому целителю незамедлительно вылечить моё запястье. Целитель, седовласый маг с морщинистым лицом, выслушал ректора, покивал и повернулся ко мне.
- Ну что у нас случилось, моя дорогая? – с улыбкой спросил он.
- Я уже объяснил, - сухо напомнил ректор.
И дедушка целитель сразу перестал улыбаться. Из его старческих глаз ушла доброта, осталась только настороженность.
- Выйди… те, пожалуйста, - пробурчала я, обернувшись.
- Я должен проконтролировать процесс, - сложил руки на груди Орс.
- Да уйди ты, - шикнула я едва слышно, чтобы целитель не слышал. – За дверью подожди. Когда вылечит, выйду.
И случилось чудо – Орс вышел, даже слова против не сказав! Наверное, так с ним и надо, категорично и без расшаркиваний. Может, это напоминает ему о том, что раньше мы общались иначе, без официоза, и совесть просыпается.
- Я магистр Далира, милая девушка, - вновь улыбнулся мне пожилой целитель, когда мы остались одни. – Показывайте, что там у вас случилось.
- Вот, - протянула я ему запястье. – Печать взбунтовалась.
- Печать? – растерянно прошептал он, осторожно взяв моё запястье. – Не было ещё такого…
- Мне сказали, что бывает, - пожала я плечами.
- Да, иногда печать резонирует с силами адептов, но чтобы так… - протянул магистр Далира. – Это же намеренное вредительство!
- Вы залечите, чтобы можно было новую поставить, пожалуйста. А там я уже сама разберусь, - смущённо попросила я.
- Девочка, ты ничего мне рассказать не хочешь? – насупил седые брови целитель.
- Нет, - активно помотала я головой.
- Ректор знает? – ещё больше нахмурился магистр.
- О чём? – насторожилась я.
- О том, что ты догадываешься, кто это с тобой сделал, - подался ко мне магистр Далира.
- С чего вы это взяли? – попыталась изобразить удивление я.
- Даже не надейся обмануть меня, ведьмочка. Я уже не одно десятилетие лечу подобных тебе, - поцокал языком целитель. – Твою печать взломали? Нет, это ректор сразу отследил бы. Значит, кто-то из преподавателей… Кто на тебя напал?
- Вы меня лечить будете? – нахмурилась уже я. – Если нет, тогда я пошла.
- Да стой ты, девочка, - махнул рукой магистр. – Не хочешь, не говори. Но опять же придёшь. Это дело такое, кто безнаказанность чувствует, не остановится.
- Не приду, - мотнула я головой.
Дураков нет, я быстро учусь. К Тартуроссу больше ни ногой! Глупо было надеяться, что получится с ним подружиться. Ведьмак он ведьмак и есть, хоть и маг тоже, и мёртвый давно. Для них ведьму обидеть это традиция, только Дасмир другой…
- Ректор у нас суровый, ему довериться мало кто решится, - приговаривал магистр, нанося прохладную мазь на моё запястье. – Ты просто знай, милая, если что, мне рассказать можешь. А я уже с господином Орсом поговорю.
- Да и вы тоже с ним общаться не особо желаете, похоже, - улыбнулась я.
- А с ним никто не хочет общаться… потому и злой, - шёпотом поведал мне магистр, стирая мазь с запястья.
Я же во все глаза смотрела на свою руку и не могла поверить! От ожога не осталось и следа! Вот только минуту назад ожог намазали прохладной белой мазью, которая тут же заморозила боль, а теперь стирают её, а кожа под ней абсолютно здорова!
- Моё главное достижение, - с гордостью произнёс магистр Далира. – Мазь моментального действия. Мгновенно залечивает раны и ожоги.
- Так почему вы ещё не продаёте её везде?! – воскликнула я, поглаживая полностью восстановленное запястье.
- Если бы я только мог. Это открытие принадлежит АИСТу, - развёл руками целитель.
- Спасибо! – воскликнула и, не удержавшись, обняла дедушку.
Ту же отстранилась, смущённо опустила взгляд и прошептала:
- Вы должны показать это чудо миру.
- Видимо, ещё не время, - сокрушённо вздохнул магистр. Тоже улыбнулся и посоветовал: - Не ссорься с нашим ректором. Он не плохой, но иногда бывает излишне резок.
- Мне ли не знать про его резкость, - хмыкнула я, вспомнив, как резко и бесповоротно он исчез из моей жизни, и, помахав целителю полностью восстановленной рукой на прощание, вышла из лазарета.
***
Орс ждал меня за дверью, и больше в холле никого не было. Все разбежались от него, как от чумы! Да во что же он превратился?!
Ведь я ещё помню улыбчивого и весёлого Дариона, который дарил мне подарки, раскачивал на качелях и, подмигивая, измазывал мой нос кремом с пирожного, приговаривая «Зая в креме! Ням-ням, чумазая веснушка!».
Куда подевался тот беззаботный парень? Видимо, он исчез тогда же, когда Орс решил бросить нас с Ароном. Первое время я винила себя, думая, что отпугнула его нелепым детским признанием. Спрашивала у брата – где же наш Дар? Арон всегда отводил взгляд и отвечал, что Дар уехал далеко.
А потом я поняла – он просто струсил и бросил нас, потому что я «малявка», которая призналась ему в любви. Да я и была той малявкой, слишком маленькой, глупой очарованной детской влюблённостью, чтобы осознавать, что это просто невозможно. Но он-то всё понимал, и мог объяснить мне! Мог, но не стал. Он просто ушёл, бросил нас, бросил меня! Он был моим самым близким другом, тем, кого я ждала на каждый праздник. Единственным гостем, которому я верила безоговорочно и которого всегда встречала со счастливой улыбкой. Он был мне ближе, чем Элинари, которую я считала лучшей подругой. Возможно, даже ближе, чем родной брат. И он предал нашу дружбу, трусливо сбежав, не прощаясь. Да ещё и высмеял напоследок!
Сейчас, глядя на него, я понимала – от того, кого я знала раньше, не осталось и следа. Предо мной стоял совсем другой человек, трус, предатель и беглец. А испугали и обратили в бегство его всего три слова, сказанные маленькой девочкой. «Я люблю тебя» - заклинание разрушения дружбы и девиз предательства.
- Идём, нужно переустановить печать, - произнёс ректор.
А я смотрела на него, в надежде увидеть проблеск, намёк на то, что в нём осталась хотя бы крупица от того, другого Дариона, которого я знала и любила. Но нет, ничего. Это был совсем другой Дарион Орс, которого я не знала и не желала узнавать. Наверное, так мне и стоит его воспринимать, как незнакомца. Забыть о чувствах, отрешиться от воспоминаний, сделать вид, что мы раньше не знали друг друга. И признаться уже самой себе, что ненавижу я его не за то, что отверг мою детскую любовь, а за то, что предал нашу дружбу и бросил, без объяснений, не попрощавшись. А я ждала, я надеялась, верила, что он вернётся. Не вернулся…
Я в одночасье лишилась не только своей первой любви, но и лучшего друга. Можно ли винить его за то, что не ответил на детскую влюблённость? Конечно же нет! Это я давно уже поняла. Но он ушёл, просто ушёл и исчез из моей жизни. А предательство ведьмы не забывают. И его последние слова я тоже никогда не забуду. «Сначала подрасти, малявка», - сказал он. Я подросла, но не забыла!
- Ведите, ректор Орс, - кивнула, отведя взгляд.
- Зая?... – удивлённо покосился он на меня.
- Заяра, меня зовут Заяра, - поправила я, стараясь не смотреть на него. – Вы сказали, что печать нужно переустановить. Так ведите к тому, кто это сделает.