Попаданец. Маг Тени. Книга 2

– Тимг, ты давай без меня пока. – Попаданец не стал заходить в гостеприимно распахнутую хромым пожилым рабом калитку. – Я прогуляюсь, чтобы нам потом не пришлось врать, как мы выполняли поручения. Отработаю за себя и за тебя, ну и ты постарайся здесь за нас обоих.
Сослуживец попытался уговорить Андрея остаться. Впрочем, делал это недолго, вышедшая на крыльцо полураздетая красотка отвлекла ол Эсма на более интересное занятие.
– Раз не хочешь, ол Рей, больше не настаиваю, – смирился он с решением приятеля. – Тогда встретимся вечером в «Ржавом якоре», на доклад к Кермии вместе пойдём.
Попаданец углубляться дальше по дороге не стал, а вернулся к развилке. Здесь, конечно, не портовый район, всякого отребья меньше, но и стража тут появляется реже. Бродить в одиночку среди бедняцких хибар, складов с подозрительными товарами, пустырей, зарослей, вонючих выгребных ям и свалок было опасно даже магу. От внезапного удара в спину никто не застрахован.
На базарной площади возле пустующей виселицы собралась толпа, с удовольствием наблюдавшая драку мясника с обвалившим его прилавок своей повозкой горшечником.
В таких ситуациях землянина интересовали лишь используемые местные идиоматические выражения, знание которых ему в наследство от Вита не досталось.
Неожиданно краем глаза он увидел возле одноэтажного кабака оглядывающуюся по сторонам Цорию. Андрей не относился к своей служанке, словно к рабыне, и та вольна была делать, что посчитает нужным, если выполнила все поручения хозяина и не получила указаний оставаться в доме, и всё же её появление в этом конце города попаданца удивило.
Подойти к бывшей воровке незаметно не стоило и рассчитывать. Та обнаружила своего спасителя и господина, едва он сделал по направлению к ней первые шаги.
– Ну и что ты здесь делаешь? – поинтересовался Немченко, прочитав на лице Цории ускоренную работу мысли. – Только не ври. Знаешь ведь, не люблю.
Трактирный вышибала, только что пинком отогнавший от крыльца старую нищую попрошайку, увидев благородного ола, попытался изобразить улыбку на бульдожьем лице.
– Заходите в гости, господин, – пригласил он, приоткрыв дверь заведения.
– Я жду ответа. – Не удостоив вышибалу вниманием, Андрей продолжал смотреть на служанку.
– Ёжика с Гнилушкой ищу, – выдохнула она. – Прости, Анд, что не рассказывала тебе о них. Думала, это моё дело, никого не касающееся.
– Вышел ёжик из тумана? – хмыкнул попаданец. – Мне хотелось бы знать, что происходит вблизи меня, в том числе, чем занимается моя служанка, когда я её не вижу. Хотя бы в общих чертах знать. Ну-ка, пошли в кабак, перекусим, и ты мне всё сейчас подробно расскажешь.
Трактир оказался самого низкого пошиба. В зале пахло кислятиной и дешёвым вином, и публика, занимавшая две трети столов, была соответствующая. Вскинувшиеся при появлении ола трое перезрелых шлюх, сидевших у входа, тут же сникли, окатив Цорию злыми взглядами.
Заказывать себе что-то, кроме эля, Андрей вначале не рискнул, но разносчица поклялась в наличии хорошего сыра, и он махнул рукой – неси. Бывшая воровка брезгливостью не страдала и принялась с аппетитом поедать яичницу на сале с большой чугунной сковородки, макая в неё куски лепёшки.
С беседой попаданец свою служанку не торопил, однако девушка сама совместила еду и рассказ.
Когда люди владетеля схватили родителей и сестру Цории, ещё до того, как она прибилась к одной из портовых шаек, ей приходилось выживать попрошайничеством и мелким воровством продуктов, нацеливаться на карманы и кошели не хватало умений и смелости.
В заброшенном после пожара пакгаузе, где Цория устроила себе ночлег, она встретила десятилетних сирот, брата и сестру, забравшихся в её пенаты, скрываясь от начавшихся проливных дождей. Мальчишку из-за топорщащихся в разные стороны волос портовое отребье прозвало Ёжиком, а его сестру-двойняшку, чьё тело и лицо были обильно покрыты чирьями и струпьями, – Гнилушкой. С возрастом язвы у девочки прошли, а обидное прозвище осталось.
Больше года беглая крепостная и сироты вместе промышляли возле причалов и рыбных рядов. Однажды, когда рыбаки, у которых Цория неудачно стащила корзину с уловом, бросили её в выгребную яму, чтобы она там погибла от смрада, жажды и голода, маленькие друзья-подельники помогли ей ночью выбраться.
 
Втроём они прибились и к мелкой банде, занимавшейся кражами и реже грабежами. Став одной из подручных главаря, своих младших друзей Цория не бросила и постоянно им помогала.
– Гнилушка к четырнадцати годам стала привлекать к себе определённое внимание некоторых уважаемых бандитов, ну, ты понимаешь. – Бывшая воровка отодвинула очищенную ею до блеска сковородку и сделала неопределённый жест рукой. – Поэтому Ёжик и ушёл с сестрой из порта. Вначале в южные районы, а потом – их там местные побили – сюда перебрались. Я им помогала как могла. Анд, я у тебя правда ничего не краду, но продукты, которые ты говорил выкинуть, я ребятам отдавала. Извини.
– Да ничего, не за что, – пожал плечами Немченко. – А сейчас они тебе зачем понадобились?
– Так ведь пропали. Неделю не появлялись. Раньше он или Гнилушка, или оба вместе почти каждый день прибегали, новости всякие рассказывали, слухи, а тут вдруг перестали. Последний раз их шесть дней назад возле этого трактира видели. Не случилось ли что? Лишь бы в лапы людоловам не попали. Продадут иноземным работорговцам, и, считай, уже не спасёшься.
Андрей успел уверить себя, что его служанка циничная и расчётливая особа, и вот, как оказалось, и в её сердце есть место для добрых чувств. Видно, как она расстроена и встревожена. Даже удивительно.
– Я ведь тоже сегодня в поиске, – сообщил землянин. – Можем составить друг другу компанию, всё веселее будет. И зря ты сразу не обратилась ко мне за помощью. Разве был повод думать, что я бесчувственный чурбан? Кстати, как ты собираешься искать своих юных друзей?
– Деньги ведь у меня были, спасибо тебе. Здешних сорванцов завербовала. Уже бегают, ищут.
Из трактира Анд ол Рей и его служанка вышли вместе, затем Цория ушла вперёд. Её малолетние агенты, увидев свою нанимательницу в компании с магом, могли не решиться к ней подойти.
Пару раз – возле уличного колодца и префектуры Сармского района – к Цории приближались мальчишки и, судя по смурневшему лицу бывшей воровки, ничего обнадёживающего ей не доносили. Наконец, когда служанка землянина остановилась у заросшего кустами и деревьями оврага, в который стаскивали мусор, её окружила целая ватага оборванных и грязных детей.
– Чем обрадуешь? – поинтересовался Андрей, подойдя к Цории, когда с ней остался только рыжий, как костёр, пацан.
– Ничем. – Девушка задумчиво посмотрела на мальчишку. – Это Диска. Он видел, куда его младшего брата вчера увели. Тот пытался стащить круг сыра с телеги. Молочница заметила, подняла крик, а двое мужчин, шедших мимо, его скрутили. Только почему-то не в стражу отволокли, а куда-то к скотным дворам. Вдруг и Ёжика с Гнилушкой там же держат? Других предположений у меня нет. Поможете, мой благородный господин?
При посторонних сообразительная Цория обращалась к хозяину как положено, на вы.
– Показывай, Диска, – Андрей посмотрел на рыжика. – Вполне возможно, это нииторские лазутчики, кого мы так усиленно ищем. Почему не хотят с городской стражей дел иметь? От кого скрываются?
Мальчишка посветлел лицом, в его глазах загорелась надежда. Всё же поддержка мага сулила его брату спасение. О том, что Анд ол Рей может отвести освобождённого братца-воришку в околоток, Диска даже не подумал. Просчитывать хотя бы на два хода вперёд редко кто из оборванцев мог.
В сопровождении часто оглядывавшегося на них рыжего бродяжки попаданец и его служанка обогнули пустырь, выйдя на улицу скотобоен. Отсюда шло снабжение города мясом – свининой, бараниной, телятиной.
– Вот, кажется, здесь, – показал проводник на высокие ворота из досок.
– Кажется или здесь? – уточнил землянин.
Мальчишка закивал китайским болванчиком, и Андрей со всей силы начал пинать по створке. Через минуты полторы она распахнулась.