Шаги Пришествия (СИ)

Если верить Божественному канону, именно Ильфейн научил людей находить руды, лить металл и составлять сплавы, обрабатывать камень, изготавливать предметы домашнего обихода и ковать оружие, а потому именно здесь, в храме Ильфейна, были сосредоточены все секреты мастерства Карны Металла и Карны Огня. Сюда стекалась информация о богатствах недр, хранились секреты и технологии сплавов, собирались артефакты Кэлленара, связанные с разведкой недр. Люди верили, что даже сейчас Ильфейн не остается равнодушным к мастерству, иногда появляясь во плоти и помогая мастерам своей силой и добрым советом, подбадривая и поощряя терпение и трудолюбие.
Каждому храму на Телларе покровительствовало свое божество. Всего в пантеоне богов Наземного мира и Небесного острова их насчитывалось девять: старшим считался бог света Илбар, Хэллиху подвластен огонь, а значит, и война, Феоллон ведал течением времени и мудростью, Ильфейн владел недрами и их сокровищами, Фиал считалась богиней плодородия, Тармил — покровительницей домашнего очага, Мейр властвовал над водами, Келар — над лесами, степями и живностью, Койе — над ночью, тьмой и чувственной любовью. Испокон веков храмы были не только средоточием веры, но и науки, ремесла и мастерства. Здесь обучали молодежь, собирали и накапливали знания, вели архивы, управляли карнами и цехами.
Ройг застал Даллана в рабочем кабинете, за составлением речи для выступления на грядущем совете храмов. Выслушав его рассказ, глава святилища озадаченно отложил перо.
— Огненная река… Озеро кипящей грязи, — пробормотал он. — Лахлайд… Где-то я читал про огненную реку под Илломайном, — и, видя попытку своего ученика сдержать ироничную улыбку, пояснил. — Нет, не в «Истории богов и людей Наземного мира». Где-то в отчетах горнодобытчиков, причем очень старых.
Тэйн все-таки усмехнулся. В Лахлайде, подземном озере кипящей грязи, по легендам обитал один из самых загадочных богов телларианского пантеона — бог времени Феоллон. Он вершил суд над душами умерших, отправляя достойных отдыхать до следующего воплощения в алмазные чертоги, и погружая недостойных в озеро кипящей грязи. Фигурировало раскаленное озеро и в многочисленных сказаниях о конце света, которых по Теллару во все времена ходило великое множество.
— Судя по поведению Ясмина, она не только не кипящая, но и вполне съедобная… интересно, какого дьявола он тащит в рот всякую гадость… — Даллан остановил внимательный взгляд на Ройге. — Не задерживайся там. И не рискуй, ты нужен здесь и сейчас. Поручение Острова — помнишь про него? В свете последних событий мне не хочется тянуть с исполнением.
— Джер жаловался на тварей, — напомнил Ройг. — В этом году их особенно много.
— Твари, — Даллан встал, прошелся по кабинету — маленькой и темной комнатушке, заваленной книгами, свитками, ка-эль — приспособлениями для магического воздействия, образцами минералов и подробными картами горных районов, выполненными на специальных кожах. — Что-то много их стало в последнее время. Да и хэльды… Отказы и впрямь участились, причем традиционный ремонт не помогает. Я связался с главами остальных святилищ, они подтвердили, что испытывают те же трудности. Пока отказов мало, но боюсь, что островитяне могут оказаться правы. Знают они гораздо больше нас.
Тэйн подобрал с пола и повертел в руках тоненькую трубочку, покрытую вязью знаков урда — ка-эль, с помощью которой горнодобытчики обнаруживали железную руду.
— Островитяне убеждали нас, что отказы хэльдов связаны с недостатком веры, — задумчиво произнес он, глядя на изящные узоры ка-эль. — Недостатком уважения к святыням, — он аккуратно положил артефакт на полку с подобными ему предметами. — Я не вижу связи между таким абстрактным понятием, как вера, и конкретными прожорливыми гадами, плодящимися где-то в недрах Илломайна. Лето в том году было жарким, предыдущая зима — мягкой, не передохли вовремя, вот и плодятся.
Даллан покачал головой.
— Кэлленар — древнее, сложное учение, а мы знаем о нем дьявольски мало. У нас нет Свода Откровений, чтобы самостоятельно продвинуться в изучении искусства, уменьшить наше вынужденное невежество. Что мы знаем об угрозах, тайных и явных, которые могут скрываться за подчас обыденными событиями? Обеспокоенность островитян выглядит истеричной, но не надуманной.
 
— Нас и самих немного, — буркнул Тэйн. — И становится все меньше, спасибо высокомерию и жадности Агваллара. Что еще можно противопоставить…
Закончить фразу он не успел, прерванный стуком в дверь. Вельг, коротко поклонившись Даллану, отыскал Ройга глазами и нетерпеливо спросил:
— Ты действительно уезжаешь к пещерам? Как же поручение Острова? Нам приказали отправляться немедленно…
Резким жестом Даллан прервал его.
— Кимр подождет. Что бы ни случилось в Наземном мире, я не позволю Острову Колдунов командовать в моем собственном храме. Кстати, не советую вам обоим пренебрегать сегодняшней службой, — усмехнулся он, глядя на Вельга с добродушным прищуром, — свадьба свадьбой, а канон — каноном.
Ритуалы, посвященные Ильфейну, велись в отдельно стоящем храме — Куполе служб; жилые и рабочие помещения располагались рядом. Здесь, под Куполом, было торжественно и красиво, в воздухе витал аромат священного дерева дейд, рощица которого окружала святилище. Стены овального зала, увенчанного массивным куполом, украшала мозаика на темы Божественного Канона, статуи богов прятались в нишах, свод купола, покрытый каменной резьбой, наполнялся звучными голосами илонов, сопровождаемых хором. Мозаичное изображение Ильфейна, несмотря на свою древность, до сих пор не утратило ярких красок. В чаши, размещенные вдоль стен, наливали смеси ароматических масел, пары которых делали воздух святилища целебным. Секрет смеси был у каждого святилища свой: утром запахи приносили бодрость и энергию, вечером — покой и умиротворение. На собственном опыте Тэйн знал, что первый утренний ритуал великолепно излечивает от похмелья, в особенности, если использовать тот состав масел, что делают иллары Хэллиха; службы в храме Тармил хороши для исцеления простуды, а уж если навестить вечером святилище богини Койе, выносливость и усердие, столь необходимое для производства наследников, будут гарантированы на всю ночь.
Сегодня, по вине зарядившего с восходом Ночного солнца холодного дождя, народу под Куполом оказалось немного. Тэйн, поискав Вельга и не обнаружив его, несмотря на намек главы святилища, протиснулся в первые ряды, вслушиваясь в оттенки хорошо знакомого пения илонов, в привычный ритм тунда и нежные переливы аэрии. Мысли все время возвращались к тому, что он увидел в хэльде Окно, и к самому хэльду. Откуда взялось это странное озеро прямо у них под боком? Конечно, существовала легенда о Феоллоне, боге времени, обитающем в Лахлайде — озере кипящей грязи, но одно дело — легенды, а другое — научные знания… Исследователи Ильфейна, знающие Илломайн как свои пять пальцев, никогда и ничего не упоминали об озере под горой. Более того, он и сам никогда не натыкался ни на что подобное, ни в архивах, ни в реальной жизни. Может быть, именно озеро виновато в активизации обитающих в Джар Илломайн тварей; если так, то оно представляет реальную угрозу для Срединного кольца, чьи маленькие городки периодически страдали от нашествия агрессивных и безмозглых существ.
Он заметил, что служба закончилась, только когда немногочисленные ее посетители стали расходиться. Времени до начала арраса оставалось немного, и Ройг почти бегом добрался до своей маленькой каморки, чтобы сменить привычный илларский ранд на более подходящий случаю короткий камзол. Погода, к сожалению, испортилась окончательно — мелкая морось сыпалась с неба, подобно плохо перетертому жерновами интару, не обещая ничего хорошего, кроме затяжной сырости, грозящей раньше времени перейти в колючие кристаллики льда. Небесный Остров был частично скрыт мутными серыми облаками, его яркие бордовые пятна с лиловыми и золотыми разводами иногда проглядывали сквозь прорехи облачного покрывала. Уже давно стемнело, и лишь тусклый свет ночного солнца, да редкие хэльды-фонари рассеивали густые сиреневые сумерки.