Драконья свадьба с младшим братом моего жениха (СИ)

— Пусть у тебя были связаны руки, но восхваление народа и внимание многих высших к Шиире дали тебе возможности влиять на судьбы людей. Пусть и не долго, пусть и не вся, но власть кронпринцессы оказалась в твоих руках. Уж не знаю, какой ценой, но ты повлияла на многие дома. На тех, кто занимался обеспечением армии продовольствием и тех, кто поставлял обмундирование, оружие и прочее, прочее. Знала бы ты, сколь долго солдаты не могли понять, с какой такой радости они стали три раза в неделю есть мясо и почему вдруг зимние доспехи обзавелись плотной подкладкой из пуха, кожи и меха, а ржавые мечи…
— Это мелочи… — закрыла глаза на секунду, пытаясь совладать с эмоциями. 
— Ты объединила дома, которые в качестве благотворительности стали помогать территориям пострадавшим в войне, людям, что остались без крова и хлеба. Ты и представить себе не можешь, как сильно ты помогла людям Ислара. Без тебя мне пришлось бы туго. 
Аслан тронул пальцами мою щеку, пытаясь вернуть мой взгляд на себя. И я знала, лишь с ним я могу быть полностью честной, открыть все, что так долго копилось в душе. 
— Мне говорили, что мои действия столь незначительны, что лишь обозляют народ. Что я даю глоток воды путнику, который оказался в центре пустыни и лишь продляю агонию. Мне говорили, что продолжая настаивать на своем, я лишь обнажает мою лицемерную суть, потребность сохранить имя кронпринцессы на устах народа. И однажды, я сама поверила в это… 
— Твое сердце знает, что то была циничная ложь. Из страха, что ты обретешь голос. Правителям нет дела до народа, но они не терпят, если он объединяется вокруг кого-то другого. 
Его спокойный голос будто возвращал той несчастной девочке разум. Прошлое, что уже давно расплывалось крупными мазками в памяти, готово было окончательно раствориться, будто и не было. 
— Затем каждый взгляд на тебя начинал меня злить. 
Распахнув глаза, я едва не поперхнулась воздухом. Эти слова оказались столь неожиданными, что недовольство раскрасило лицо яркими красками. Аслахан лишь ухмыльнулся мне и перехватил покрепче за талию, не давая от него ускользнуть. 
— Ты вновь заняла мои мысли, но теперь красота была не важна. Мне никак не удавалось найти ответа, почему Маркусу достается все. Единственный наследник процветающего королевства, не знавший в своей жизни лишений. Разве не достаточно его наградила судьба? Почему она дала ему еще и тебя? Тому, кто ничего не знает о чести, милосердии и ответственности. О преданности, доблести и любви. Тому, чья жадность, очевидно, погубит тебя. Погубила. 
Его лицо вдруг стало жестким, глаза полыхнули пламенем. Мне было знакомо негодование, что скопилось в груди и его некуда деть. В отличие от меня Аслан не успел остыть к прошлому, что свалилось на его голову вместе с вернувшимися силами. 
— Я и сам не заметил, как навязчивая мысль накрепко поселилась в сердце — будь ты моей, мир стал бы более справедлив. Иначе какой во всем смысл? Ты ни раз помогала мне, ненавязчиво предупреждая о грядущем, но я никак не мог помочь тебе. 
— Помогала?.. 
— Не помнишь? “Ваше Сиятельство, графство Ислар расцвело под вашей рукой в столь короткий срок, будто вам помогли сами небеса.” После подобной любезности я вернулся на свои земли и замедлил все работы, что на тот момент велись. Привел в порядок документы, подчистил хвосты. И когда из королевской канцелярии прибыл ревизор, работы для него не нашлось.“Почему бы вам не пригласить на танец ту леди, что не сводит с вас своего взгляда, Ваше Сиятельство? Как бы вам не претило подобное времяпрепровождение, разве уйдет свободный мужчина из цветника не сорвав ни одной розы?” Тогда я хотел пригласить тебя, но твой взгляд окатил меня холодом, что пробирал до костей. Но все же это не помешало понять сути. Я знал, что королева ревностно следит за тем, чтобы у меня не появилось наследника раньше ее сына. Но и подумать не мог, что слухи витающее по моей земле о Вите, дойдут до ее ушей. Что тогда, что сейчас, между нами не было связи. И все же я отослал ее в желании уберечь. Не зря, стоит заметить. 
  
Слушала затаив дыхание. Я и подумать не могла, что скупые небрежно брошенные фразы Аслан впитывал даже тогда. У меня не было намерений помогать ему, скорей, мысли просто не помещались в голове. Не в силах понять ненависти Маркуса и изощренности его намерений, я сожалела, что настолько ценного для королевства дракона всеми силами пытались задавить. Сознательно я пошла против лишь раз… 
— Последние предупреждение было… ты помнишь? 
— Да, этот день сложно забыть. С того дня я не видела солнца. 
— Жена, нам необязательно… 
— Я знала, что меня ждёт, — оборвала Аслана, приложив палец к губам. — А потому не было нужды прятать правду под кучей шелухи. И все же… было слишком поздно. 
— Я потерял Илая и половину армии, но Шейда спасти успел. Не расскажи ты мне, что на самом деле погубило твоего младшего брата, и воды Синего Моря забрали бы всех моих людей. 
— Тот конфликт затянулся. Смерть хранителя синего истока повела за собой восстание островного королевства. Они желали отомстить. 
— Поэтому я так долго не мог прийти к тебе. 
— Ты не должен был. 
— Я себе обещал. Обещал вырвать тебя из лап брата, ведь знал. Знал, что он делал с тобой. Знал, что в его руках ты лишь инструмент, способный продлить его никчемную жизнь. — его голос вдруг сорвался, и Аслан притянул меня в объятия, крепко прижимая к себе.  — Но когда я добрался до тебя, ты… 
— Я была так благодарна вам за то, что смогу уйти под сенью деревьев, а не в холоде сырой камеры. Уйти рядом с теми, кто бы держал меня за руку. Ни в одиночестве, ни в тоске.  
Смяв пальцам ткань рубашки на его спине, я что было сил прижалась лицом к широкой груди. Не думала, что буду плакать, но слезы сами хлынули по щекам. Я не оплакивала себя, нет. Скорее была благодарна судьбе, что могу рассказать, как много Аслахан для меня сделал. Он спас мою душу. Иначе она никогда бы не нашла покоя. И вернулась на золотые земли, ступая черными лапами монстра, в поисках того, кто ее растерзал. 
— Я не хотел, чтобы ты уходила. Не мог тебя отпустить. Казалось, зверь разорвет грудь на куски. Я просто хотел, чтобы все мои сожаления исчезли.  Чтобы мои крылья могли тебя унести туда, где будем лишь мы одни. И пусть весь остальной мир сгорит. Мне было плевать на него так же…
Резко подняв голову, я схватилась за воротник, подтягивая себя выше. Прижалась к горячим губам своими, не желая больше и секунды тратить на сожаления о прошлом. Теперь все было неважно. Лишь мы. 
— Знаешь, когда я говорю, что люблю тебя, сердце тяжелеет. Ведь даже самый возвышенный смысл этих слов не может передать и части того, что я чувствую рядом с тобой, Аслан.
  
Глава 24
 
Я и впрямь многое потерял вернувшись в сердце красных земель. Но жалел ли об этом? Нисколько. Никогда не полагался на пророчества ведьм, на их предостережения, суть которых всегда была тщательно скрыта. И живя лишь собственным наитием, я вновь оказался в выигрыше. Ведь то, что я потерял, стоило отринуть давно. 
Устав от бесконечной войны и решив, что нигде и никогда мне не будет места, я собирался прожить жизнь, спрятав в тени голову. Казалось, если я отправляюсь на окраину королевства, в изможденные земли и никогда не подниму на других высших глаз, то обо мне однажды забудут.  Даже с появлением в моей жизни жены, я пытался втиснуть ее в рамки собственных мыслей. И хоть разум твердил — это невозможно, я упрямо пытался задержать дыхание и прожить, казалось бы, незначительную человеческую жизнь без битв и лишений. Я не желал больше поднимать меч. 
Теперь же вновь вспыхнувшие воспоминания забрали мою малодушную трусость, усталость и гнев. Заставили смотреть на мир без надежд, без прикрас, взять будущее в свои руки. И даже лишили почти всех обид… и именно это позволяло мне так спокойно идти под руку с женщиной, что покинула меня в минуту самой острой нужды.