Темные удовольствия

 Я схватила его за плечи и вздрогнула.
— Это делает тебя мокрой? – Спросил он грубым шепотом. — Скажи мне, или я проверю сам.
— Мы на людях, мы не можем…
— Скажи мне, крошка, или я проверю. Мне плевать, где мы находимся. Ты моя, куда бы мы ни пошли... Это невероятное тело принадлежит мне, и я буду трогать его, когда захочу. Дай мне услышать, как ты это говоришь, – пробормотал он.
 Я вжалась в его мускулистое бедро.
— Ты знаешь, что это так, – пробормотала я неохотно.
— Да, черт возьми, знаю, но я хочу услышать это от тебя. Скажи, что это делает тебя мокрой. Скажи, что я делаю тебя мокрой.
— Ты делаешь меня мокрой, – эхом отозвалась я. Признание в этом казалось куда менее страшным, чем ужас от того, что он остановится.
 Мои глаза закрылись, когда его рот припал к моей ключице, проводя вдоль нее мягкими губами и оттягивая верх моей униформы. Ощущения были настолько приятными, что завладели моим мозгом. Я застонала, и рука Беккета с силой зажала мне рот, запечатывая звук внутри.
— Не шуми, если не хочешь, чтобы тебя выгнали прямо сейчас, а не через пять минут. – Он сильнее вдавил в меня бедро. — Ровно столько времени у тебя есть, если хочешь кончить, Иви. Оседлай мое бедро, используй меня как гребаное библиотечное кресло, пока нас отсюда не вышвырнули.
 Я ахнула под его рукой, нуждаясь в большем. Я хотела кончить прямо здесь. Сексуальный туман был настоящим. Мне было все равно, что это говорило обо мне. Этот мужчина что-то разбудил во мне, и теперь я хотела большего. Я облизала пальцы, которыми он заставил меня замолчать, и Беккет дернулся. Выругавшись под нос, он прижался своим лбом к моему и пробормотал:
— Это нечестная игра, Иви.
 Я пошла дальше и полностью засосала один из его пальцев в рот, из-за чего он издал глубокий стон. Затем прикусила его, и Беккет отдернул от меня руку.
— Чего ты хочешь? – Спросил он.
— Больше. Я хочу большего, пожалуйста, дай мне больше, – проскулила я, не заботясь о том, что подумает Беккет.
 Он усмехнулся.
— Так вежливо просишь, как хорошая девочка. А хорошие девочки получают то, что хотят.
 Рука, которая была у меня во рту, переместилась на живот и проникла под пояс моей формы, направляясь на юг.
 Нырнув под трусики, он безжалостно погрузился в мои складочки.
— Вот ты где, Золушка. Ты на ощупь как шелк, черт, – резко выдохнул он, когда его палец прошелся вверх и вниз по моей щели, нащупывая клитор.
 Я громко вскрикнула.
— Шшш, крошка. Ты должна дать мне время, чтобы я заставил тебя кончить, – пробормотал Беккет, медленно лаская меня.
 Его пальцы были волшебными. Он потирал мой клитор именно так, как мне нравилось. За такое короткое время Беккет научился играть на моем теле, как на скрипке. Он схватывал на лету и явно был внимателен. Это только завело меня сильнее. Теперь цеплялась за его плечи и толкалась на его пальцы сама без малейшего смущения. Я зашла слишком далеко для этого.
— О, Боже мой, я сейчас... я сейчас...
— Извините! Не на территории библиотеки! – раздался резкий голос.
 Разочарование от необходимости остановиться затуманило мои мысли, и я протестующе захныкала.
— Черт, – усмехнулся Беккет. — Похоже, мы попались.
— Я так близко, – пробормотала я, мое зрение сузилось до одного лишь Беккета, все чувства сосредоточились на его прикосновении и на нем. Больше ничего не существовало.
— Вы оба должны уйти прямо сейчас. Ну же, ребята, это не круто. – Библиотекарем был мужчина-хиппи лет сорока, вероятно, аспирант.
 Рука Беккета не переставала двигаться, так что я все еще висела на грани оргазма и не могла заставить себя беспокоиться о том, что нас поймали.
 Беккет взял меня за подбородок и притянул лицо к своему, удерживая мой взгляд.
— Если ты так близко, тогда кончай. Но смотри на меня, пока будешь кончать, поняла? Всё внимание на меня.
 Его глубокие, собственнические слова подтолкнули меня прямо к краю.
 Я вскрикнула, сдавливая его руку. Мое лицо вытянулось в невыносимо прекрасной муке оргазма.
  
— Ладно, ребята, вы уходите отсюда. – Библиотекарь подошел к нам.
 Широкая спина Беккета скрывала меня из виду, но все равно было совершенно очевидно, что мы делаем что-то недозволенное.
 Беккет не отводил от меня взгляда.
— Отойди назад, блядь, если хочешь сохранить свою работу. – Он понизил голос, чтобы его слышала только я. — Никто, кроме меня, не видит мою девочку такой.
 Библиотекарь остановился в метре от нас, затем с отвращением вздохнул и повернулся.
— Я вызываю охрану кампуса.
— Вперед. Передай им привет от Беккета Андерсона.
 Библиотекарь замешкался, явно узнав имя. Затем побрел прочь, бормоча что-то, пока я выныривала из захлестнувшей меня волны удовольствия.
— Ты плохо на меня влияешь, – вздохнула я.
 Он медленно вытащил руку из-под моей униформы. Я не могла поверить, что мы только что сделали это, и нас поймали, не меньше. Мне следовало бы быть униженной и пристыженной, но я просто не могла найти ни одной части себя, которая бы сожалела об этом.
 Беккет ухмыльнулся.
— Я знаю. – Его совершенно не смутило мое обвинение, как будто это было само собой разумеющимся. Затем он взял руку, которой ласкал меня, и сунул блестящие пальцы в рот, облизывая их дочиста.
 27.Беккет
 
 
 На следующее утро я оставил Еву спать в нашей постели и схватил заранее собранную сумку. Вчера, еще до встречи с ней в библиотеке, я решил, что должен делать. Я не сказал ей, потому что не хотел, чтобы она меня останавливала.
 Рассказать обо всем ее брату было моей обязанностью, и я собирался об этом позаботиться. Это было не то, что можно сказать кому-то по телефону.
  Привет, Ашер, как там Колорадо? О, кстати, я влюбился в твою сестру. 
 Нет. Я бы не поступил так. Мои отношения с Ашером заслуживали большего. Мои отношения с Евой заслуживали всего мира. Это было лучшее, что когда-либо случалось со мной, и я не собирался рисковать тем, что испорчу всё.
 Прошлой ночью, когда я засыпал в постели с Евой в моих объятиях, а ее запах витал над нами, она положила голову на мое сердце и сказала то, что я никогда не забуду.
  Ты можешь прожить ужасную жизнь из-за этой женщины или прекрасную жизнь вопреки ей. 
 Впервые за все время, что я себя помнил, я хотел этой прекрасной жизни, и хотел ее с ней. Я собирался, черт возьми, попробовать хоть раз, потому что у меня появилось что-то, без чего я не мог жить. Кто-то, в ком я нуждался больше, чем в воздухе, чтобы дышать.
 Я приземлился в Денвере ранним вечером. Горный воздух был чертовски бодрящим, и я был рад, что надел теплую одежду. Я сел в такси у аэропорта и поехал в университет Ашера.
 Сегодня вечером была игра. Я успел как раз к началу второго тайма и смотрел, как Ашер играет. Он был так же хорош, как и всегда, и я почувствовал укол ревности, когда наблюдал, как он работает бок о бок со своими новыми товарищами по команде. Я не мог отделаться от мысли, что ему чего-то не хватает, но, возможно, это было просто выдавание желаемого за действительное. Переход Ашера в УХХ было бы воплощением мечты, но, похоже, мои надежды на то, что он решит вернуться, были беспочвенными.
 Сегодня вечером он казался злым. Я задавался вопросом, что вызвало его недовольство, и собирался очень скоро это выяснить. После игры я ждал его, сидя на ступеньках у входа на каток. После того как толпа разошлась, потребовалось некоторое время, чтобы появились игроки.
 Тихий свист донесся до моего уха со стороны дверей в раздевалку, и незнакомый голос спросил:
— Это Андерсон?
 Я обернулся, чтобы посмотреть, кто там, и успел разглядеть группу игроков, прежде чем в меня врезалась темная фигура, а кулак полетел прямо в челюсть. От неожиданности я сильно прикусил язык, что вызвало острую боль.