Темные удовольствия

 До конца игры Ева кипела от злости и стыда. Так как она уже вытянула мое имя, мне не нужно было обращать внимание на эту чушь. Однако, бумажка с именем Евы всё еще была где-то там, поэтому я следил за игрой, пока этот урод Тайлер не сделал свой выбор. Он вытащил имя какой-то случайной девушки, и я расслабился. Только я мог развлекаться с Евой. И лучше бы никому не вмешиваться.
 Сегодня впервые за несколько месяцев я чувствовал улыбку на своем лице. Я смеялся то тут, то там, играл в хоккей с ясной головой и сосредоточенностью и чувствовал что-то еще, кроме апатичного отвращения к своей жизни. Что-то, что бурлило в моих венах и придавало мне бодрости.
 Решение игнорировать Еву и притворяться, что ее не существует, было ошибкой. Это было пассивно и слишком великодушно. Я наконец-то наказывал Еву так, как она заслуживала все лето, и это было приятно. Даже лучше, чем приятно. Я был взволнован возможностью сцепиться с ней, унизить ее. И не собирался останавливаться до тех пор, пока она взмолится о прощении, стоя на коленях, с залитым слезами лицом. Тогда, и только тогда, бушующий гнев в моей груди наконец утихнет. Возможно. Во всяком случае, я на это надеялся. Это всё, что мне оставалось.
 Игра выдохлась, когда пары разбрелись кто куда. Кейден включил джакузи. Он был одержим восстановлением мышц и всегда обливался льдом и расслаблялся в воде после игр. Когда на крыше остались только Ледяные Боги, Лили, Ева и Изабель, пришло время расслабиться.
— Вы идете в джакузи? – спросила Лили у своих подруг.
— Конечно! – Изабель сразу же воодушевилась.
 Ева заколебалась.
— Я, пожалуй, просто пойду спать.
— Торопишься вернуться в нашу комнату, Золушка? – подначил я ее.
 Я не знал, по какой причине хотел, чтобы она оказалась в джакузи, но мне нравился огонь в её глазах, направленный на меня. Борьба с ней была моим новым хобби, в котором я намеревался преуспеть, а практика ведет к совершенству. Кроме того, я хотел увидеть больше ее невинного румянца. Она могла огрызаться и отвечать на мои колкости точными репликами, но мы оба знали правду. В плане опыта и мужчин, Ева была сияющей и новой. Ее раскрасневшиеся, девственные щеки были такими занимательными. Я наслаждался ее смущением, а она легко смущалась.
Прямо как в ту ночь. Запихнув это напоминание на задворки сознания, я склонил голову набок, рассматривая своего врага.
 Ее подруги пытались убедить ее остаться.
— Пусть уходит. Там и без нее будет достаточно народу, – крикнул я.
 Глаза Евы метнулись к моим и сузились. Больше, чем оставаться в стороне, она ненавидела разве что делать меня счастливым. Теперь, когда Ева думала, что я не хочу видеть ее в джакузи, она задумалась о том, чтобы остаться.
— Не будь занудой, Ева, – крикнул Маркус, раздеваясь до плавок.
 Мы с парнями заранее подготовились к нашему ритуалу отмокания в джакузи, и надели плавки под одежду. Я последовал их примеру, стянул футболку через голову и отбросил ее, не сводя глаз с Евы ни на секунду. Она бросила на меня быстрый взгляд, а затем отвела его.
— Прекрасно, но только ненадолго. – Она повернулась к Лили как раз вовремя, чтобы увидеть, как та стягивает с себя верх. — В чем ты будешь плавать?
— В нижнее белье. Это то же самое, что и купальник, – заметила Лили.
 Изабель последовала примеру Лили, и Ева неохотно подчинилась. Я залез в бурлящую воду, сразу же почувствовав, как она расслабляет мои напряженные мышцы. Маркус приблизился ко мне, и когда Ева выпрямилась, отбросив одежду в сторону, тихо застонал.
— Ашер убил бы меня прямо сейчас, если бы узнал, что за мысли бродят в моей голове о его сестре, – пробормотал он. — Но, черт возьми, она горячая штучка.
— Я не заметил, – сухо ответил я, безуспешно пытаясь оторвать взгляд от ее стройного тела. Той ночью мне так и не удалось разглядеть её как следует, в тусклом свете, пока мы боролись с нашей паникой и страхом. Однако я никогда не забуду, как она ощущалась в моих руках, или ее сладкий вкус корицы.
  
— Ну да, мужик. Слепой бы заметил. Она невероятна, – прошептал Маркус, вызвав во мне раздражение своим тоскующим тоном.
— Если не хочешь умереть, я бы на твоем перестал на неё пялиться. Она под запретом, и всем это известно. Ашер не шутит, когда дело касается ее.
 Маркус пожал плечами.
— Возможно, некоторые вещи стоят того, чтобы за них умереть. – Он искоса взглянул на меня. — В любом случае, я уверен, что смогу избежать искушения… Я не сплю с ней в одной комнате. А вот ты… мужик, ты пропал.
— Я не смотрю на неё таким образом. – Ложь легко слетела с моих губ.
 Маркус усмехнулся.
— Лжец. Если бы не смотрел, ты бы поцеловал ее во время игры.
— Что это за ебанутая логика?
 Он только пожал плечами.
— Я могу это доказать.
— Вперед, – легко парировал я, уверенный, что у него ничего не выйдет.
 Ева направилась к воде. Золотистая кожа сияла в свете джакузи, а нижнее белье облегало ее, как вторая кожа, – скромное, и от этого еще более сексуальное. На ней не было ни кружев, ни бюстгальтера пуш-ап. Она носила что-то спортивное: хлопковые трусы-шортики и топик без косточек, который, похоже, предназначался для тренировок. В дополнение ко всему, ее набор был белого цвета. Совершенно девственная и чертовски сексуальная.
 Девочки запрыгнули в воду, а Кейден тут же усадил Лили к себе на колени и обхватил ее рукой за талию, эффективно скрывая от наших глаз. Не то чтобы мы смотрели. Слишком долго смотреть на Лили было верным способом покончить с собой, и я знал это наверняка, несмотря на то, что Кейден был одним из моих лучших друзей и жил в моем домике у бассейна до конца выпускного года.
 Маркус переместился, чтобы освободить место для Изабель, оставив единственное свободное место напротив меня. Ева опустилась прямо туда. Ее темные волосы были собраны в пучок на макушке, и выбившиеся пряди рассыпались вокруг ее лица, из-за пара прилипнув к шее. Мой член подскочил, как будто его пнули. Он быстро затвердел и уперся мне в живот. Спасибо, блядь, за пузырьки.
 У меня возникла настоящая проблема с самоконтролем в присутствии Евы, и я не знал, что с этим делать. После очищения от наркотиков моё тело было готово наверстать упущенное, но единственной девушкой, которая меня возбуждала, была та, которую я ненавидел. У психотерапевта был бы охренительно удачный день на работе, если бы я наведался к нему. Завязался разговор, и я позволил своим мыслям блуждать. Не глазеть на Еву стало настоящей пыткой.
 
 
 Час спустя настало время вылезать из чертового джакузи. Лили и Кейден уже ушли, несомненно, чтобы окрестить его комнату в общежитии. Изабель тоже исчезла, оставив Маркуса с синими яйцами, и теперь ему некуда было идти, пока его сосед не закончит трахать свою девушку в их комнате.
 Маркус и Ева говорили об Ашере и его учебе в Денвере, пока она изо всех сил старалась меня игнорировать.
 Во время паузы в разговоре Маркус хитро ухмыльнулся мне.
— Итак, Беккет, почему ты вышел из игры? Что-то не так с Евой?
 Она замерла.
 Я бросил на Маркуса убийственный взгляд.
— Я просто передумал играть.
 Маркус покачал головой.
— Ты имеешь в виду, что слился. Она слишком женственная для тебя, да?
— Заткнись, Бэйли.
 Он рассмеялся.
— Ты же знаешь, что это означает, что игра не закончена, верно? Ева была участницей, и она до сих пор не получила свой поцелуй.
 Дурное предчувствие закралось в мой живот. Я понял, что Маркус скажет дальше, еще до того, как он открыл рот.
 Он усмехнулся Еве.
— В интересах сохранения целостности игры и соблюдения правил, я заменю Беккета и поцелую тебя, Ева.
— Ни за что, блядь, – выпалил я.
 Глаза Евы метнулись к моим. Я видел момент, когда она передумала отказываться от диковинного, нелепого предложения Маркуса и решила принять его.