Китай в эпоху Си Цзиньпина

Бум интернет-торговли был предтечей успехов Китая в инновациях сферы услуг и сфере IT. В значительной степени эти успехи были обеспечены работой гигантов интернет-торговли — той же «Алибабы» и ее последователей, которых мотивировала возможность доступа к ненасытному китайскому потребителю. В результате сейчас Китай находится на ведущих позициях в мире в связи 5-G, робототехнике и анализе «больших данных» 
 (big data). Китай дальше всех в мире продвинулся по пути развития искусственного интеллекта (ИИ) и обладает передовыми разработками в сфере распознавания речи и образов.
Эти разработки позволяют интернет-магазинам делать волшебные вещи. Вы можете сфотографировать любую понравившуюся вам вещь, мобильное приложение Taobao тут же опознает ее и предложит несколько вариантов соответствующего товара. Интернет-магазин Alihealth (дочка корпорации «Алибаба») обработает информацию о симптомах вашей болезни и, основываясь на базе данных из нескольких миллионов лечебных историй, продаст вам подходящие лекарства. Стоит ли говорить, что в обоих случаях покупка осуществляется тоже через Интернет? И если в 2024 году такие возможности уже не удивляют и российских пользователей, которые имеют доступ к одной из лучших цифровых инфраструктур в мире, то, говоря о Китае, нужно напомнить, что подобное появилось там еще в середине прошлого десятилетия.
Джек Ма в полной мере воспользовался плодами своего успеха, став одним из самых богатых людей в Китае и мире. 1 октября 2020 года (в день образования КНР) он ушел с поста председателя совета директоров «Алибаба», заявив о намерениях сконцентрироваться на филантропии. Впрочем, наблюдатели связали его уход с нарастанием противоречий с властями. Видимой верхушкой айсберга этих противоречий стал отказ в выходе на IPO финансового сервиса Ant Group 
. Эксперты даже называют конец 2020 года вехой, после которой бурный рост интернет-гигантов во главе с «Алибабой» завершился и сменился постепенной утратой влияния, — во многом это объясняется усилением государственного контроля и эгалитаристской риторикой властей [148].
Начиная с рубежа 2020–2021 годов, Ма стал гораздо реже появляться на публике и все чаще начал путешествовать инкогнито по зарубежным странам. И хотя дальнейшие инсинуации на эту тему отдают конспирологией, сложно не заметить главное: когда влияние Ма Юня как главного авторитета в китайской IT-отрасли стало сравнимо с влиянием лидеров Коммунистической партии, он был быстро «опущен на землю». Впрочем, до полного разгрома «Алибабы» дело не дошло, и корпорация по-прежнему занимает лидирующие позиции на просевшем, но все еще высокорентабельном рынке.
Приложение на все случаи жизни и электронные платежи
Другой двигатель «цифровизации с китайской спецификой» — компания «Тенсент». Ее главный актив — уже упоминавшийся интернет-мессенджер WeChat («Вэйсинь» [149]). Впрочем, сложно подобрать адекватный термин для того, чтобы обозначить амплуа и нишу «Вэйсиня».
Он появился еще в 2011 году — в тот момент, когда модно было общаться с помощью местной копии ICQ под названием QQ. Новое приложение оказалось в нужное время в нужном месте. Как раз в те годы рынок наполнили относительно дешевые и качественные смартфоны китайских марок, работающие на оперативной системе Android, позволяющей самостоятельно устанавливать приложения (до этого на популярных в Китае телефонах на платформе Mediatek вся начинка ставилась на заводе). Смартфоны появились практически у каждого китайца. А спустя семь лет был зарегистрирован миллиардный пользователь «Вэйсиня». 35 % времени, которое китайцы проводят в своих смартфонах, они сидят в этом приложении. Распространение этого мессенджера среди китайцев носит столь массовый характер, что власти рассматривают проект привязки к аккаунту в нем электронных удостоверений личности.
  
Что же такое «Вэйсинь»? По сути, это довольно средненький мессенджер, по своим функциям общения похожий на WhatsApp. Причина его популярности вовсе не в красоте или удобстве.
Во-первых, он заменяет китайцам все: телефон, СМИ и социальные сети. В Китае, где заблокированы все популярные западные соцсети (об этом — см. очерк ниже), на все случаи жизни существует лишь одна универсальная социальная сеть — это, кстати, очень удобно для властей. Во-вторых, «Вэйсинь» является «волшебной палочкой», с помощью которой человек может решить все или почти все бытовые вопросы. Мини-программы, интегрированные в WeChat, позволяют делать покупки в интернет-магазинах: от товаров из секс-шопа до авиабилетов, вызывать такси, заказывать еду на дом, арендовать велосипед. По мнению фанатов «Вэйсиня», жизнь никогда еще не была такой легкой и удобной, как с ним. А решение удалить мессенджер вызывает искренний шок — как жить без него?
Столь значимую роль в жизни любого китайца WeChat приобрел из-за интегрированной в него функции мобильного платежа. У всех китайцев есть аккаунт в мессенджере, и почти у всех он привязан к банковскому счету. Это позволяет буквально в один клик платить через терминал и осуществлять денежные транзакции с любым встречным, продавцом, таксистом. Все, что необходимо, — лишь считать с экрана или распечатки информацию об аккаунте, заключенную в QR-коде. Сейчас оплата смартфоном в Китае стала настолько привычным делом, что даже бездомные на улицах принимают милостыню при помощи QR-кода.
Россия далеко продвинулась по пути развития мобильных платежей, но все же такого универсального и легкого инструмента, каким является оплата с помощью интернет-мессенджера, пока не появилось. Например, оплата по QR-коду через банковские приложения требует нескольких кликов и нескольких секунд ожидания, — а в Китае это все происходит с минимумом касаний экрана и почти мгновенно.
В чем же причина такого успеха мобильных платежей в Китае? Встав на путь информатизации позже многих развитых стран, Китай разом перескочил несколько ступенек в эволюции денежных транзакций. Дорожных чеков и чековых книжек здесь и вовсе не было. Даже банковские карты не стали в Китае чем-то общераспространенным. Банкоматы, конечно же, до сих пор установлены повсеместно, однако в небольших лавочках кардридеров отродясь не бывало. Раньше там принимали только наличные, теперь предпочитают мобильные платежи.
Корпорация «Алибаба» предложила покупателям «Таобао» платить онлайн еще в середине 2000-х годов. Однако подлинный расцвет цифровых платежей начался вместе с бурным ростом продаж китайских смартфонов на Android. Сервис мобильных платежей от «Алибабы» — Alipay 
 — успел завоевать большую часть рынка и до сих пор удерживает лидерство, в том числе из-за более высоких лимитов по транзакциям и функции сберегательного счета. Его главный конкурент, WeChat Pay 
, хоть и появился позже, но за счет преимуществ интеграции с популярнейшей (а по сути единственной) в Китае соцсетью WeChat быстро приблизился к предшественнику.
WeChat Pay появился в 2013 году, аккурат в канун празднования Нового года по лунному календарю. Его фишкой стала возможность отправлять своим контактам по мессенджеру виртуальный хунбао 
 — «красный конвертик» с деньгами внутри, традиционный подарок китайцев по любому жизненному поводу. Цифровой «конвертик» может вмещать сумму не больше 29 долларов, однако для его отправки не нужен QR-код.
Успех с виртуальными «конвертиками» разом перетянул на сторону WeChat Pay значимую долю клиентуры. Сам Джек Ма сравнил произошедшее с атакой на Перл-Харбор [150]. Коварное нападение «Тенсента» вынудило «Алибабу» разработать свой ответ — функцию хунбао с дополненной реальностью, которая позволяет пользователям ловить «красные конвертики», как в игре Pokemon Go. Более того, поняв, что Alipay проигрывает своему конкуренту именно за счет интегрированности WeChat Pay в социальную сеть, «Алибаба» ввела в свой сервис возможность пересылать друг другу сообщения. Но, как и функция «Диалоги» в приложении «Сбер-онлайн», она пока не пользуется особым успехом.