Техномагикус (СИ)
— Милорд, и сколько времени это займет?
— Полагаю, от получаса до часа. Много, конечно, можем и не уложиться в лимит, но мы же предусмотрели оборону офиса портальщиков и отход в такой ситуации.
— Господин, я больше переживаю о том, что нас тут раскроют. В компании големов и с ботом над головой я чувствую себя более уверенно.
— Я тоже, Альбина, — вздохнул он. — Я тоже. Придётся отыгрывать роль до конца и изображать высокую инспекцию.
— Милорд, если нам в донжон больше не надо, то куда пойдём?
— Туда и пойдём. Словно у нас есть выбор… Мы не можем просто так бродить по территории замка, и так привлекаем много лишнего внимания. Придётся идти к местному руководству и стараться не спалиться.
— У меня плохое предчувствие, — рука Альбины потянулась к поясу с бластером, но девушка обратила внимание на то, как маскировка в том месте пошла волной, после чего остановилась.
На первом этаже донжона обнаружилась гостиная в минималистичном стиле. Деревянная мебель, большой простор и всё те же хрустальные светильники. Вот только тут обнаружился совсем не тот, кого они ожидали встретить в этом мире.
Навстречу шпионам вышел пожилой седовласый эльф в сером камзоле.
— Ах, Мих. Не ожидал твоего визита.
— Архимаг Ромеро? — сердце Андрея ухнуло в пятки. — Вот уж кого, а вас я точно тут не ожидал увидеть. Вы же нашим порталом не пользовались.
— Воспользовался порталом Совета. А вы что тут забыли, молодежь?
— Времена нынче опасные. Я решил проинспектировать готовность местных магов.
— Неужели у тебя на это есть время? — прищурился Архимаг.
Мысли бешено метались под черепушкой Андрея. Он ощущал себя застрявшим в болоте путником, которого затягивало в трясину. С архимагами шутки плохи, особенно когда ты от него не на расстоянии сотен километров и не на борту боевого звездолёта, а стоишь лицом к лицу. Боевой скаф казался ему бумажным, словно был сделан из папье-маше. Против мощи обладателя десяти линий с максимально развитыми каналами это не преграда, а всего лишь незначительная помеха. Архимаги одной волей и магией могут прогибать реальность и воплощать концепции, отчего даже без обучения крайне опасны.
Альбина тоже поняла всю глубину кроличьей норы, в которую они угодили. Она пыталась продумать пути отступления, и с головой ушла в эти размышления.
— Шутите? К сожалению, с тех пор, как Лорд Демиан переложил на мои плечи свои обязанности, у меня ни секунды свободного времени. Но безопасность этого места превыше всего, поэтому пришлось выделить немного времени для инспекции. Совсем немного, господин Архимаг, — плавно склонил он голову. — Поэтому прошу прощения, что не получится уделить вам должного внимания. Нам следует управиться за час, иначе вал проблем накопится как снежный ком.
— Интересная аналогия, дорогой бывший студиоз, — приподнялись уголки губ Ромеро. — Очень интересная. Я последний раз снег видел лет пятьдесят назад в горах Ванзеланда… Кстати, как там поживает Мяурицио?
— Кто?
— Твой кот.
— Простите, архимаг Ромеро, но у меня нет ни кота, ни собаки. За крыс не поручусь, но готов поклясться, что специально их не заводил.
— Хе-хе. Прости старика, запамятовал. Это не у тебя. А что, у вас в отделе придумали новое маскировочное плетение? Ай-яй-яй! — погрозил он указательным пальцем. — Нехорошо от старика скрывать такие разработки.
Андрей понял, что речь идёт о скафе, который экранирует энергетику тела. Потоотделение с трудом справлялось с тем объёмом влаги, который выделяли поры его тела. Хорошо, что голограмма передавала спокойное лицо Царуса.
— Недавно разработали. Ещё ни с кем не успели поделиться. Сейчас идут испытания плетения. Я вам его как-нибудь обязательно продемонстрирую.
— Вот и славно…
До последнего Деус надеялся отвертеться от архимага. Он продолжил отыгрывать начальника портальщиков.
— Господин Ромеро, а вы тут какими судьбами?
— Я? Ах, это… Я же главный ответственный за студиозов. Весь спрос с меня. Я подумал: а что вообще может понадобиться вражеским магам? Как думаешь, что?!
— Секретные сведения?
— Именно! — вздёрнул к потолку палец полуэльф. — Именно так я и подумал. Врагам нужны порталы. Поэтому я решил ожидать их в самом сердце производства порталов. Там, куда многие считали, враги добраться не могут. Не могут же?
— Я так не думаю, — плавно качнул головой Деус.
— Вот именно!
Архимаг щёлкнул пальцами. В следующий миг Альбина рухнула на пол в бессознательном состоянии. Жизнь в её теле едва теплилась. И если бы не куча медикаментов, которые были впрыснуты ей в кровь скафандром, она бы уже погибла.
Тело Андрея сковало параличом. Всю Ману будто заморозило и превратило в ледяную глыбу. Он ощущал невероятное магическое давление. Боевая химия скафа и сопроцессор помогли ему сохранить ясность сознания, но не преодолеть паралич. Магию он использовать не мог, как и любые функции скафандра и оружие, поскольку скаф сдох от перегрузок, а для сотворения магемы нужна мана, текучесть которой стала нулевой.
— Бесталанный?! — удивлённо приподнял брови Ромеро, мельком взглянув на распластавшуюся Альбину, чья маскировка из-за падения была нарушена и пошла волнами. — Зато ты сильнее, чем казался. Даже сознания не потерял. Что ж, так даже лучше, — радостно оскалился он. — Я подготовился. Подготовил для вас ловушку. И вы попались в неё. Я знал, что вы придёте за тайными знаниями о порталах. А теперь пришло время посмотреть, кто же прячется за маскировкой…
Глава 24
Пробуждение Андрея было не из лучших. Он обнаружил себя в нетипичной тюремной камере. Более того — в весьма антуражной пыточной. Тут имелся полный набор бронзового инструмента для нанесения ближнему болезненных ран.
Помимо этого Афанасьев был абсолютно голым и прикованным к стене. Кандалы имели весьма знакомый вид. Именно в таких был закован Торин в подвалах королевских псов. Только у дворфа имелась шконка и возможность перемещаться по камере, а его такой радости лишили, приковав вплотную к стене за руки, ноги и шею, распяв его. У Андрея так и не дошли руки до изучения кандалов, поскольку дел у него и так было выше крыши — не знал, за что хвататься.
Теперь он имел возможность в полной мере ощутить действие местных противомагических артефактов. И если магикусы для удержания магов использовали их же силу и виртуальную тюрьму, то местные маги пошли по иному пути. Они каким-то образом делали ману более густой и неподвижной, таким образом маг не мог ею воспользоваться.
Разные агрегатные состояния маны — отдельная сфера исследований. Изучением этого феномена у магикусов занимались лишь редкие учёные. К сожалению, Деус Омнис был практиком. Он магический инженер, который способен из экскрементов и палок построить звездолёт или превратить безжизненную планету в цветущий рай. О том, что мана на такое способна, он знал лишь в теории. И очень сожалел о том, что не представляет, как этому противостоять.
Ещё он сильно сожалел о своём непродуманном поведении. В прошлой жизни он бы ни за что так опрометчиво не поступил. Он бы продумал ещё множество планов, и использовал бы самый безопасный для себя, пусть это и заняло бы много лет или даже десятилетий. Но сейчас его разум ещё не до конца слился с личностью Андрея, которая имела на него большое влияние. Он не стал бы называть Афанасьева глупым, скорее, импульсивным. Но он мог понять сам себя. Андрей ещё не привык думать о том, что впереди у него долгая жизнь, а планы можно строить не на завтра, а на столетия вперёд. К тому же, страна, в которой он вырос, не способствовала длительному планированию. Она частыми потрясениями старательно отучала своих граждан думать о будущем и строить длительные планы на жизнь. Он спешил жить, желал поскорее добраться до порталов и свалить из мира на родную Землю к интернету и спокойной жизни.
Сопроцессор, что его порадовало, всё ещё работал, как и наномеханикусы в его теле. В отчёте говорилось, что пока он был без сознания, его разум много раз пытались прочитать менталисты. Но всё, что они получили — воспоминания рядового земного обывателя до прибытия в этот мир.