Непокобелимый (СИ)

 
В то время Сергей как раз получил кольцо Мастера. Десятого сентября восемьдесят третьего месье Медичи лично с наикислейшей рожей надел магическую печатку на его палец и скорбно поздравил с получением титула. Сергею было немного жаль, что он так и не увидел лица Главы Альпийской Гильдии, когда Мастер Бертран заявил о своём уходе через пару месяцев после «своего лучшего ученика».
  
В итоге самой первой их совместной разработкой с Делакуром стал артефакт, позволяющий определить наложенный «Империус». Идея принадлежала Сергею, который благодаря «врождённой русской смекалке» видел то, что не видели другие, а Бертран Делакур, как более опытный Мастер, смог в кратчайшие сроки подготовить схемы и расчёты будущего артефакта, который спас очень многие жизни и семьи. Всё это впоследствии очень хорошо сказалось на их общем бизнесе.
Идея была в использовании волшебной гоблинской воды, которая, как известно, кроме различных скрывающих и маскирующих чар, включая анимагию, смывала и наложение различных подчиняющих заклятий вроде конфундуса и империуса. Важно было найти и подобрать такие блоки, которые бы считывали с воды воздействие и определяли, какие заклинания применяли к магу и насколько давно. Артефакт, пафосно названный «Чашей Немезиды», внешне представлял собой чашу-фонтан с вяло ворочающимся посередине шаром из оникса, внутри которого магически была запаяна та самая гоблинская вода, а снаружи сплошь нанесены магические рисунки, позволяющие работать блокам и вбирать магию. В самом шаре, являющимся идентификатором, они разместили порядка десяти блоков, а вот в чашу-подставку, которая должна была интерпретировать то, что распознаёт шар, пришлось впихнуть более сорока. Самое забавное, как это и бывает в многоуровневых сложных артефактах, что как раз за интерпретацию информации отвечали всего шесть блоков. Двенадцать блоков было направлено на очень сложную задачу: очистку воды и её постоянного уровня, то есть невозможность испарения, а в случае намеренного осушения — восстановления путём активации заклинания призыва воды. Четыре блока отвечали за «спецэффекты», чтобы шар медленно и постоянно крутился и красиво подсвечивался, когда с ним работают: всё же первое впечатление самое важное, а артефакт должен был вызывать уважение и веру. Всё остальное было направлено на укрепление артефакта, невозможность вскрытия, магического воздействия, обмана или разделения шара и чаши.
Предполагалось, что если положить руку на шар и влить немного магии, то «Чаша Немезиды» с помощью световой иллюзии сообщит о давности наложенного подчиняющего заклинания. Бертран Делакур и Сергей провели демонстрацию прямо в зале суда, в том самом, в котором он когда-то защищал Билль Ориона. Результаты проверки артефактом повергли всех в шок: практически все заключённые под стражу маги были подвергнуты различным заклинаниям подчинения, начиная чуть ли не с семьдесят третьего года.
В числе прочих Люциус Малфой был освобождён из-под стражи. В кулуарах высшего общества это событие прозвали «Особо Счастливое Рождество». Малфои дали шикарный бал, на котором королевой вечера стала Апполин Делакур.
Лорд Волдеморт погиб позже, чем это случилось в памяти Сириуса. Впрочем, смертей в те года, пока два «жениха Смерти» были совсем маленькими, было предостаточно. Сергей до сих пор с ужасом и благоговением вспоминал ту цепь событий, которая привела к миру и процветанию, и становилось страшно, что если бы хоть одно звено было утеряно…
 
С Таней они поженились в сентябре восемьдесят первого. Вызволить брата супруги — Антонина Долохова — из «Азкабана» легальными способами так и не вышло, и Сергей подумывал о нелегальных, хотя это бы навсегда закрыло Долохову путь в магический мир. Быть беглым преступником — клеймо на всю жизнь, а парень был совсем молодым, всего на пару лет старше Сергея. Впрочем, удалось серьёзно облегчить пребывание Антонина в заключении: верхние уровни без дементоров, нормальная еда и условия. Деньги и в мире магии значили очень многое.
А потом наступил тот самый Хэллоуин, когда, рожая Маргарет, чуть не погибла Лили Снейп. В Лонгботтом-тауэр пришёл гость, который убил Фрэнка и Алису и сам был убит Августой. Этим посланником Смерти оказался Максвелл Пруэтт, отец Фабиана и Гидеона Пруэттов, которые погибли якобы от рук Антонина Долохова. Максвелл Пруэтт оставил магическое завещание и письмо, в котором подробно указывал на результаты собственного расследования гибели своих старших детей. Именно Фрэнк Лонгботтом был тогда с близнецами Пруэтт и убил их, посчитав предателями. Как оказалось, всё это Фрэнк рассказал своему другу Эдгару Боунсу, который погиб незадолго до того Хэллоуина. До Пруэтта непонятно каким образом дошли воспоминания Эдгара, и старик отправился мстить.
В результате работы целого полка адвокатов во главе с лучшим барристером магической Британии, Говардом Шаффиком, Антонина Долохова оправдали и выпустили из заключения. Вот только магический контракт, обеты и Метка не давали брату Тани сменить хозяина. «Лорд» Волдеморт после смерти Дамблдора затих и занялся политикой, практически оставив террористические методы борьбы. Впрочем, длилось это затишье примерно два года до середины восемьдесят третьего, а потом Волдеморта «как подменили». К тому же некто сообщил ему о Пророчестве и ребёнке, который под него подходит, Гарри Поттере.
К счастью, в стане врага у них был союзник, и Антонин вовремя предупредил о готовящемся покушении на крестника Сергея… Он предупредил Снейпа, и тогда тот рассказал о мантии Джеймса и обещании, которое Северус дал своему бывшему врагу. В итоге после рекогносцировки и планирования удалось обмануть и заманить Волдеморта в ловушку. Ну и убить, защищая Гарри. Маргарет и Лили были отправлены в Блэк-хаус, главная опасность могла грозить Снейпу как самому незащищённому от влияния молодого Поттера, так что Сергей настоял, чтобы Северус был в мантии-невидимке и прикрывал.
План удался на все сто процентов. Каждый получил своё…
— Блэк, ты что такой задумчивый, раздавай, давай, твоя очередь, — выдернул Сергея из воспоминаний голос Северуса. — Сейчас дети наиграются, наедятся и сюда прибегут, ты же у нас «самый лучший крёстный».
— Не завидуй, Северус, — улыбнулся Сергей. — Ты должен держать с Гарри дистанцию, я не хочу терять ещё одного друга.
— Знаешь, а я вот тоже завидую, — вклинился Люциус. — Завидую тому, как ты находишь подход к детям, общаешься с ними… У нас с Драко… сложные отношения. А у меня с отцом ещё сложнее.
Сергей усмехнулся, раздавая карты, про себя ответив Малфою, что просто всегда хотел иметь семью, а ещё обещал своему… брату, что позаботится о его крестнике и всё исправит.
 
 Часть 3. Глава 13. Летний дождь 
  30 июля 1991 г. 
  Англия, Лондон, пл. Гросвенор, 45, Лестрейндж-холл 
Беллатрикс проснулась от шума и поняла, что разбудил её раскат грома. Июльская духота, от которой не слишком помогали охлаждающие чары, вылилась на Лондон ночной грозой. За окнами творилось настоящее светопреставление, она забеспокоилась и вызвала эльфа.
— Что угодно госпоже от старой Кнопер? — с поклоном поинтересовалась домовушка.
— Как Хэстер? Она не проснулась? — спросила Беллатрикс о своей пятилетней дочери.
— Маленькая госпожа крепко спит, а старая Кнопер заглушила звуки грозы, чтобы её не пугать, — отчиталась домовушка. — Кнопер не успела наложить чары на комнату мастера Невилла, он проснулся. Кнопер навести на него сон, чтобы мастер Невилл хорошо выспался, госпожа? Завтра у мастера Невилла важный день. Кнопер надеется, что сова не заблудится в такую плохую погоду.
— Да, конечно, пусть он выспится, — кивнула Беллатрикс, вспоминая, что на одиннадцатый день рождения к детям прилетают совы из Хогвартса. Сегодня её воспитаннику как раз исполняется одиннадцать лет.